Падший
Шрифт:
– Падший. Это ты?
Блин, а то кто же!– Нет, не я, – ответил я любезностью отродью. И добавил: – Что делать будем, а?
– Я вытащу тебя отсюда, – заверило оно. – Доверься мне!
Ага, уже было раз – проходили. Вот только я до сих пор неуверен, что нам с ним по пути.
Отродье отвлеклось от меня, подзывая по-кошачьи очередное зверьё, и я увидел, как из листвы показались светящиеся изумрудным светом глаза хищника. А вслед за его злобными очами
– Фу, нельзя, Магра, свой, – предупредило отродье.
– Да, – согласился я. – Свой я – ваш…
…теперь. А никуда денусь. Вот сейчас эти ящеры завалят дерево и займутся нами вплотную, как давеча им.
Так почти и случилось, но чуть раньше на ящеров налетел…– Крон! – обрадовалось отродье встрече с ним.
Ну и конечно же я.– Говорящий конь! – обозвал я кентавра на свой лад, как Магомед до этого его.
Зрелище получилось – на словах не передать. Что такое полутораметровая секира в лапах бешеного кентавра да ещё при копытах – надо видеть. В сравнении с ним, эти жалкие ящерицы не казались мне больше рептилиями, а скорее земноводными, которых принято давить… копытами. И их боевые топоры, как оказалось, Крону также до одного места. С копытами и секирой, кентавр грозная сила, а если к нему на спину добавить умелого всадника, и вовсе будут представлять собой на пару с ним машину смерти по здешним меркам.
Улучив момент, лопоухое отродье указало мне на киску. По её наказу, я должен был забраться с ногами на эту полосатую тигру и продолжить скачки, но уже не по земле, а по деревьям.
– А как же сама? – не выказывал я большого желания оставаться наедине со зверьём отродья. Вид полосатой тигры не вызывал у меня доверия – хоть убейте.
– Магра, – рявкнуло отродье киске, и, указав на меня, добавило: – Взять!
В рюкзак и вцепилась клыками, потащив меня. Перед глазами замелькала листва, шурша в ушах. И вновь свободное падение, ничуть не порадовавшее меня, ведь я летел один – без полосатой тигры и парашюта за спиной, – всё же сумел сгруппироваться и вцепиться в ветви соседнего дерева. Куда следом прыгнула клыкастая тварь и снова вцепилась в меня.– Нет, ну вот привязалась! Фу, пусти! Кому говорю! Вот скотина! – затрепыхался я.
Земля манила меня, но там сейчас было жарко – кентавру досталось, иначе бы отродье не покинуло меня на эту тигру.
Нет, загрызёт её киска меня, едва поймёт: хозяйка погибла из-за меня. А оно мне надо? И где этот кавказец? Куда запропастилось дитя гор? Как он там… без меня?
Хотя в душе мне хотелось верить: ему достанется, и он поспешит разыскать меня. Ведь не дурак, должен сам понимать: мы повязаны с ним – у нас
Угодив на очередное дерево, я наконец-то понял: остался совершенно один. Полосатая тигра оставила меня, не став прыгать следом – скрылась.
Неужто, правда! Я свободен? Оглянулся и не поверил своим глазам – киска исчезла, подавшись на выручку к отродью. Ну и ладно, ну и хорошо, я сам способен постоять за себя, вот только доберусь ногами до земли и… Спрыгнул. Удачно. Приземление получилось мягким. Я угодил в какую-то жижу, покрытую сверху ковром мха.– Кыс-кыс-кыс… – закричал я.
Вот уж не думал, что отсутствие полосатой тигры отродья неожиданно удручит меня. Тут бы и на ящеров согласился, чтоб они вытащили меня отсюда. А на всё согласен – даже на корчей лопоухих аборигенов.
И, кажется, меня услышали. Кто-то стремительно нёсся в мою сторону. Хотелось верить и надеяться: именно в мою, а, не реагируя на побоище по соседству. Поскольку тамошние драчуны никоим образом не реагировали на мои крики. Им было не до меня. Да и не слышали они меня в пылу схватки – лязга оружия и воинствующих рыков.
В какой-то миг мне показалось: я услышал голос с акцентом.– Магомед! Я здесь! Сюда! Помоги! Вытащи…
Но цокот копыт немного удручил, и мне было всё равно, кому он принадлежит. Однако из кустов появилась голая по пояс девка.
– Откуда ты взялась красавица?! – позабыл я на миг обо всём на свете – и о том, куда угодил, грозясь вот-вот пустить пузыри, исчезнув с головой в болотной жиже.
– Оттуда, да, Арол, – показалась довольная физиономия напарника.
Ну надо же! И почему именно ему, вперёд меня, повезло с этой девкой, а мне достался говорящий конь?
Но стоп! А почему тогда до моего слуха по-прежнему доносился перестук копыт? Да и девица не стояла на месте и переминалась с ноги на ногу.
– Что, понравилась, красавица, да, Арол?
– Ага, стройная, как лань!
– Ты ниже глянь, – не переставал скалиться Магомед во всю широту своей убийственной улыбки, – на копыта!
– …мать! – вырвалось у меня.
Ещё миг – и я бы утонул в жижи, из которой меня за рюкзак вырвал Магомед, возвращая на сушу.
– Я тут на говорящих конях катаюсь, а ты…
– Что, завидуешь, да?
– Чему, Магомед? Я ж не такой скотовод, как ты!
– Обижаешь, да?
– Хм, тебя обидишь, как же!
– Нет, не меня, а Жезниру, да?
– Уже и познакомиться успели? Вот так дела!
Похоже я чего-то пропустил.– А что это там за возня? – отвлеклась от нас говорящая лань. И как кентавр, направила туда свои уши.
– Правда, хороша, Арол, да?
– Магомед!