Падшие
Шрифт:
Четыре центральные башни замка поднимались в ночное небо словно древние обелиски. Два огромных кольца каменных стен охраняли его со всех сторон, и их окружал ров. Когда-то замок сиял белым в лучах солнца, а во дворе бродили львы. Буквально пятьдесят лет назад вороны летали над двадцатью одной башней, и истинные Альбийские короли и королевы танцевали во дворах.
Тогда мы думали, что вороны защищают Доврен. Что они приносят удачу.
Но вороны ничего не сделали, когда по Тёмной Реке прибыли захватчики — армия элитных воинов, возглавляемая безжалостным
Теперь граф правил всем королевством из-за каменных стен замка. Наши жители болтались снаружи на виселицах, служа зловещим предупреждением. Всех, кто восстанет против его правления, ждал смертный приговор.
Я почти уверена, что этот ублюдок убил и воронов тоже, ибо почему бы и нет?
Два года назад мою сестру Элис видели в последний раз, когда она несла красные шелка в замок. Потом она просто исчезла. Никто не знает, что с ней стало. Такое чувство, будто замок проглотил её целиком.
Задрожав, я развернулась, с теплом подумав о мюзик-холле «Библиотека». Моя подруга Захра наверняка ждёт меня с коктейлем в руке. В кармане у меня имелась крохотная фляжка с виски, и я сделала глоток, чтобы согреться. Дешёвый и крепкий алкоголь обжёг горло.
Может, граф завоевал мою страну, но у нас всё равно оставалась лучшая музыка в мире. И мы умели устраивать вечеринки.
Но как раз когда я начала расслабляться, позади меня эхом разнёсся звук шагов. Я резко развернулась, и укол страха пронзил меня, когда из тумана появились тёмные силуэты.
Проклятье. Грубые Парни снова нашли меня.
Глава 2
Лила
— Лила! — закричали они. — У нас же есть сообщение!
Похоже, мне придётся добираться до мюзик-холла по короткой дороге. Я побежала со всех ног, стуча пятками по брусчатке, и мой топот эхом отражался от зданий вокруг.
Мои лёгкие горели, ноги ныли, и я знала, что буду бежать, либо пока не упаду и не умру, либо пока не добегу до мюзик-холла. Потому что я сегодня не стану лишаться частей своего лица. Я к ним весьма привязалась.
Тяжело дыша, я неслась по Дикой Улочке. Здесь магазины закрылись на ночь, окна были тёмными. Мне предстояло преодолеть ещё десять улиц.
Пока я бежала, звуки моего дыхания образовали единый ритм с топотом ног.
Девять улиц.
В детстве мы с моей сестрой Элис играли в игру: мы бежали по улочкам, притворяясь, будто за нами гонится фантом по имени Шкурный Монстр Тревор. Не знаю, откуда Элис выдумала такое имя, но я представляла его кошмарным. Если бы он поймал нас, он оставил бы после себя лишь горку окровавленных костей. Я почти слышала в голове голос Элис, подгонявший меня. «Лила! Тревор идёт за тобой! Он убьёт тебя!»
Вот только теперь за мной гнался не фантом. Это мужчины из плоти и крови, которые хотели меня порезать.
Мой взгляд метнулся вперёд, где от главной улицы между двумя заброшенными
Позади меня ботинки бандитов топали по камням.
Мои лёгкие горели, когда я выбежала из переулка на Сорочий Двор — тесную улочку с трущобами, где всё воняло мочой и тухлой рыбой.
«Почти на месте… почти добралась до Библиотеки».
— Прекрати бежать, кисонька! — кричали они позади меня. — Милая Лила!
Ну само очарование. Но я не собиралась останавливаться и сдаваться им в лапы, ведь так?
Я свернула за угол. Впереди газовые лампы освещали улицу подрагивающим светом. Это был Петушиный Ряд, названный так из-за соседства с парком тенистых деревьев, где работали уличные шлюхи [1] . Напротив парка огромный мюзик-холл занимал целую площадь.
Теперь я почти добралась до дверей. Я украдкой обернулась через плечо, и меня затопило облегчение.
1
В английском слово cock означает и петуха, и мужской половой член. Отсюда, собственно, и пошла привычка называть мужское достоинство «петушком».
Ни следа Грубых Парней. Я снова оторвалась от них. Ха! Тормознутые ублюдки.
Я действительно рассмеялась от облегчения. «Неплохо, Лила. Очень даже неплохо».
Положив ладонь на дверную ручку, я посмотрела вверх на мюзик-холл «Библиотека», на светящиеся окна, где виднелись танцующие люди. Трёхэтажное здание из красного кирпича возвышалось передо мной. На первом этаже каменный фасад был выкрашен ярко-красной краской, но теперь она выцвела и превратилась в нечто более красивое. Мне это нравилось. Музыка пульсировала за стенами, грохочущая и раскатистая. Это роскошное место располагало всем, чего я когда-либо хотела.
За исключением, видимо, одного очень важного в настоящее время элемента: доступа внутрь.
Я ещё раз попыталась повернуть дверную ручку, и ощутила вспышку ужаса. Заперто.
Моё сердце ударилось о рёбра. Почему дверь заперта? Кто-то решил посмеяться?
Нет, в Библиотеке все меня любили. Должно быть, Финн или один из других привратников заперли дверь, чтобы отойти отлить, и с моей точки зрения, они выбрали ужасно неудачный момент.
Я заколотила по двери.
— Эй? Финн? Кто-нибудь?
Когда они не ответили, я сунула руку в карман за отмычками. Но не успела я начать, как моё сердце ухнуло в пятки. По брусчатке затопали башмаки.
Грубые Парни бежали по узкому переулку, приближаясь ко мне. Теперь их была целая банда; они привели с собой подкрепление.
Мой взгляд метнулся к факелам, которые крепились к красноватому камню, и я схватила один из них.
Когда я выставила его перед собой, его тепло омыло моё лицо.
— А ну отошли! — закричала я.