Падение
Шрифт:
– Мерзость какая! – сплюнула полуэльфийка и схватила разбушевавшуюся руку, отрывая ее от щеки соламнийки вместе с клочьями ее кожи. Справившись с этим, Рикали швырнула руку на пол пещеры и, выхватив у соламнийки факел, ткнула им в конечность, прикрыв свободной рукой рот и нос, чтобы избавиться от запаха горящей плоти.
– Вот ведь отвратительная тварь! – выругалась Фиона. Зажав левой рукой кровоточащую щеку, она начала наносить существу удары, отсекая вторую конечность. Тролль сердито взвыл и попробовал откатиться в сторону, но девушка
Но Рикали как раз отправилась к Дамону, чтобы сжечь тролля, которого он и Мэлдред убили во второй раз. Тогда соламнийка просто закинула руку за спину, вытащила из заплечного мешка второй факел, быстро зажгла его и принялась за работу.
Позади нее раздался голос Рига, который тоже просил факел, чтобы сжечь останки чудовища.
– На тебе! – донесся возглас полуэльфийки, которая увидела ногу тролля с дергающимися пальцами, поддала ее, отправляя поближе к Фионе, и занялась тем, что принялась сгребать остальные части туши, громко жалуясь каждый раз, когда какой-нибудь из кусков начинал шевелиться.
– Сюда! – завопил Несун. – Смотрите сюда! – Кобольд указал вниз, прямо под колонну, на которой сидел. Мимо нее к выходу из пещеры катилась голова одного из троллей, словно пытаясь спастись.
– Сейчас уладим! – откликнулся Риг. Он подбежал к колонне и занес ногу, намереваясь вышвырнуть голову из пещеры.
– Стой! – крикнул Дамон. Он поспешил к мореходу, ткнул факелом в голову тролля и поморщился, когда та открыла рот и завизжала.
– Я слышал, что любая отрезанная конечность тролля может вырастить себе новое тело.
– С каких это пор ты веришь всему, что услышал? – насмешливо бросил мореход и отправился на подмогу к Фионе.
На то, чтобы разрубить тела троллей и сжечь их останки на большом костре, ушло не меньше часа, и теперь вся пещера насквозь пропахла горелой плотью.
– Я не уверен, что мы уничтожили все части тел, – сказал Дамон Фионе, когда они приблизились к выходу из пещеры, чтобы подышать свежим воздухом. Грозный Волк то смотрел на костер, догорающий внутри, то переводил взгляд на стены и колонны, изображения гномов на которых теперь были видны более отчетливо.
Тем временем Мэлдред и Риг кружили вокруг костра, не позволяя ему угаснуть окончательно, и то и дело подталкивали остриями мечей обратно в огонь пальцы н ноги, которые пытались уползти.
Дамон осмотрел щеку Фионы.
– Скорее всего, останется шрам, – сказал он соламнийке, промывая рваную рану крепким пойлом из бурдюка. – Но Угрюмый Кедар, ну тот целитель из Блотена, просто чародей. Может быть, он сможет тебе помочь.
– Заживет и без его помощи.
– Щека пропорота до кости. Я думаю, все же надо, чтобы он тебя посмотрел. Не хотелось бы, чтобы ты подцепила какую-нибудь заразу. Зачем рисковать? Когти троллей нельзя назвать чистыми.
– Удивительно, что
– Меня-то оно не заботит, – решительно заявил Грозный Волк, – Но, уверен, твое здоровье может очень озаботить Мэлдреда.
– А… Ну тогда ладно. Когда мы вернемся в Блотен, я обязательно навещу Угрюмого Кедара.
К ним подошла Рикали:
– Дорогой, а я сомневаюсь, что это надо делать. Мне кажется, шрам придал бы лицу леди-рыцаря больше мужественности. – И полуэльфийка быстро отбежала, прежде чем Фиона нашлась что ответить.
Дамон подавил смешок.
Несун, наконец, позволил уговорить себя слезть с колонны. Пока кобольд не убедился, что все тролли мертвы окончательно и больше не воскреснут, спускаться он наотрез отказывался.
– Разве нельзя было сделать это снаружи? – спросил Несун, указывая на груду тлеющих углей, принюхиваясь и отгоняя ладошкой дым от лица. – Это же пахнет даже хуже, чем я.
– Ну, это спорно, – сказал Риг. – Снаружи все еще идет дождь, так что там мы их сжечь никак бы не смогли. Кстати, большое тебе спасибо, что ты нам так хорошо помог управиться со всем этим, – резко добавил мореход, указывая на прогоревший костер.
– Обращайтесь в любое время, – рассеянно бросил кобольд, отправляясь осматривать алтарь, на котором восседала Рикали. Он с минуту глазел на свое отражение в отполированной поверхности камня, строя рожицы, потом заскучал и скрылся в одной из ниш в поисках чего-нибудь интересного.
– Значит, это и были те самые великаны, которые докучали жителям деревни, – сказал Риг через несколько минут тишины. – Мы их сожгли, не взяв ничего, чем могли бы доказать Доннагу, что действительно разобрались с неприятностями Облачного Холма. – Он испытующе посмотрел на силача: – Людоеду достаточно будет нашего слова?
– Меня больше интересует, сдержит ли он свое, – вставила Фиона.
– Он сдержит, – ответил силач, вглядываясь в темно-серое небо. Вокруг царила темнота – солнце село около часа назад. – Либо тролли были заперты в этой пещере как в ловушке и вышли, когда трещина открылась. Либо они жили здесь всегда, но охотиться на коз были вынуждены после того, как их привычная еда разбежалась или была смыта этим проклятым дождем.
– А это имеет значение? – спросила Рикали, – Твари мертвы, дело сделано. Остается выковырять из колонн драгоценные камни и уходить. А еще мы…
– Здесь наверняка были великаны! – Из ниши появился Несун, таща за собой скелет козленка. – Там столько костей… и какая-то лестница. Но я один не спускался. – Он передохнул и положил находку на пол. – На всякий случай… Вдруг там еще тролли.
Мэлдред подошел к Фионе и выдернул из ее заплечного мешка еще один факел.
– Мы должны убедиться, что там нет еще троих, – сказал он и добавил тише, только для нее: – Ты действительно великая воительница, леди-рыцарь. Я наблюдал, как ты управлялась с клинком. Я знаю, что любой мужчина был бы рад взять тебя в жены.