Падение Света

Эриксон Стивен

— Прости, Ардата, — сказал Канин Трелль. Мучительная боль накатывала волнами от разбитой ноги, раны в груди пульсировали в ответ на каждый вздох. — Я подвел тебя.

Она смотрела сверху вниз. — Тебя знобит? Ты дрожишь и трясешься. Начался жар?

— Думаю, да. Похоже, твои усилия не оправдались. Слышу голоса. Женщины спорят и страстно стонут — какой странный союз…

— Они налетели на Оссерка, — рассеянно сказала Ардата.

Он наморщил лоб, плотнее натягивая меха. — Кто?

— Драконицы

в обличье Тисте. Похоже, они Солтейкены, получившие кровь Первых Тисте. Что объяснило бы редкостную страсть к тронам и власти.

— Твои мысли далеко, Ардата. Я стал помехой…

— Ох, заткнись, Канин. Жалость к себе весьма непривлекательна. Да, я думаю о другом. Прежде всего, следует ли убить дракониц? Душа Оссерка запечатает рану, я же должна буду уйти на юг. Боюсь, сучки попросту вытащат его, едва я скроюсь. Единственная причина не поступить так — боязнь соперников-драконов. Видишь мою дилемму?

Он всматривался, сжав зубы — новая волна агонии овладела телом. — Моя неудача привела к этому, Ардата. Это не самоуничижение, просто факт.

Она склонилась, кладя прохладную ладонь ему на лоб. — Ты горишь, Тел Акай. Увы, ничего сделать невозможно.

— Тогда оставь меня и уходи своим путем.

— Моя супруга вернулась из Витра, — сказала она. — Память ее потеряна. Нужно ее найти. Вернуть.

Он кивнул.

Через миг Ардата встала. — Забавное милосердие: вытащить Оссерка из хватки двух ненасытных женщин.

— Учитывая, что его ожидает потом… да, весьма забавно.

— Всего наилучшего, Канин Трелль.

— И тебе, Ардата.

Когда она покинула пыльную комнату, он продолжал ее ощущать. Лихорадка отложила тысячу паучьих яиц под кожу, твари вылупились и ползали. «Не будем звать это любовью. Но, женщина, кажется… твое прикосновение вечно. Ах, я благословлен».

* * *

Вопли они услышали еще до того, как заметили руины храма. Скабандари глянул на К'рула. — Этого вы ожидали? Мы поспели к жуткому жертвоприношению какому-то давно мертвому богу?

Впереди яростный пожар полыхал, окружая изломанные контуры храма. Над всем этим в воздухе висело нечто, тусклое и пульсирующее багрянцем.

В ответ Скабандари К'рул вздохнул. — Она колеблется. Не потому, что жертва выкрикивает ужас перед ждущей ее участью, но ощутив присутствие Скиллена Дро.

В этот миг две огромные крылатые тени поднялись, паря по сторонам раны воздуха.

Скиллен Дро лязгнул челюстями и распахнул крылья, но К'рул повернулся к спутнику, поднимая руку. — Момент, ассасин. Да, они унюхали тебя, знают, кто ты.

Если демоническая тварь что-то ответила, Скабандари видел лишь, как К'рул пожимает плечами.

Они пошли дальше, к храмовой земле. Скабандари смотрел на драконов.

Скиллен Дро был не так велик, но внушал страх и тревогу. К'рул ведь назвал тварь ассасином. «Да, я сам вижу. В южной стране Форкассейлов обитает оса, охотящаяся на пауков размером в ладонь. Размер не имеет значения в сравнении с жалом. Думаю, Скиллен Дро относится к наиболее ядовитым противникам». — К'рул, вы говорили о беседах с драконами, не о битве.

— Верно.

— Но привели сюда… спутника.

— Да. Нужно, чтобы драконы выслушали меня.

— Скорее они улетят!

К'рул снова сделал жест Скиллену Дро, словно отметая неслышимый упрек. — Нет, вред ли, Скабандари. Драконы не понимают, что такое отступление. Стараются держаться и поражать, даже если гибель неизбежна. Вот здравая мера их наглости.

— Скорее мера глупости!

— И это тоже.

Что-то в раздирающем уши визге тревожило Скабандари; едва крик затих, он непроизвольно ускорил шаг. У первой поваленной колонны разглядел костер. Рядом была высокая женщина, волосы ярко-рыжие, кожа оттенка алебастра. У ног ее скорчился кто-то жалкий, плачущий.

Скабандари вздрогнул, когда Скиллен Дро пролетел мимо и тяжело плюхнулся рядом с женщиной.

Тяжело дышащий К'рул появился за спиной Скабандари. — Ах, как неудачно, — буркнул он.

— Мужчина у ее ног — тот, кого я искал.

— Я уже понял. Увы, друг, его душе суждено запечатать врата Старвальд Демелайна.

Оскалив зубы, Скабандари вытащил клинок. — Вряд ли.

— Тебе не преуспеть, — пояснил К'рул. — Если врата останутся, придут новые Элайнты, уже не десятки — тысячи. Королевство будет разрушено их бессердечной яростью, ибо одни драконы поведут войну с другими. Когда явится Буря Матери…

— Хватит прорицаний, — рявкнул Скабандари. — Он единственный сын лорда Урусандера. Он нужен отцу, хотя бы чтобы помнить о будущем. Более того, он нужен Куральд Галайну. — Скабандари шагнул прямиком к рыжеволосой, только сейчас обернувшейся навстречу гостям. Что-то жадное в ее взоре заставило его замереть.

Она же уделила ему лишь мгновенный луч внимания, набросившись на К'рула. — Ты! Ага, теперь вижу. Это волшебство — твое дело. Идиот. Почему оно противится мне?!

— Ты Азатеная. Моя кровь не для тебя.

— Ты помешал мне, — сказала она и метнула взгляд на Скиллена Дро. — И еще ты! Я же сказала, что не желаю тебя видеть!

Во взгляде ассасина на К'рула мелькнуло нечто тоскливое.

'«рул покачал головой и ответил женщине: — Ардата, вели драконицам вернуться. Скиллен Дро пришел не лить кровь. Нас всех ждет большая сделка.

— Сделка? — Улыбка Ардаты не была приятной. — О, они будут наслаждаться.

Скабандари указал острием клинка на Ардату. — Оссерк под моей защитой, — заявил он. — Найдите другую жертву.