Падающий

Радин Сергей

– Некоторое время нам придётся идти пешком, - предупредил я.

– Ага, - сказала Серена и погладила ствол "Скорпиона".
– Вадим, я в плаще, а под ним - джемпер. Может, плащ - тебе?

– Спасибо, милая. Только вот незадача - в плечах у нас небольшая разница. Ничего, потерплю. Думаю, в течение часа мы будем на месте. Не успею замёрзнуть.

Она крепче сжала мою ладонь, и мы вышли на обочину тихой дороги, в тень дома напротив… Если бы не холод, я бы наслаждался ночной прогулкой. Глуховатый шаг. Сумрак, подчёркнутый далёкими фонарями. Одни в пустынном мире.

… Под колени врезали

внезапно и сильно. Набок рухнул так неожиданно, что Серена не успела разжать пальцы и невольно нагнулась вслед за мной.

– Вадим, что случилось?!
– шёпот как крик.

Ответить не мог: рот перекосило, лицевые мышцы закаменели. Весь будто схваченный и зажатый судорогой, я лежал и ничего не понимал сам. Что происходит… Боль, жестокая и доселе невообразимая, что такая может быть на свете, разодрала меня от головы до ног. Я замычал и обнаружил, что связки тоже скованы - говорить не могу. Потом - меня деловито стали перемалывать в мясорубке, дробя в костную муку и в самый настоящий фарш, одновременно сжигая в слепящем ядерном взрыве…

Очнулся я, больной и изломанный, спиной прижатый к стене дома, с маленькой, но железной ладонью на моих губах. Шевельнулся. Вроде получается. Медленно, осторожно, боясь боли, поднял руку, погладил ладонь Серены.

– Тс…

Ладонь исчезла. Я завозился на месте, стараясь сесть удобнее. Раздирающая боль откатила - эхом осталась в измученных судорогами мышцах. И вдруг - ужас ледяной волной по телу: я без оружия! Зашарил лихорадочно вокруг себя: шершавый асфальт, камешки. Что-то резануло по пальцу. Стекло… Маленькая ладонь поймала ищущую руку.

– Тихо…

Моя железная леди выдержала несколько секунд, прежде чем я перестал дёргаться, и отпустила. В грудь что-то ткнулось - и я вспотел от облегчения. Оружие. Ещё через секунды я полностью пришёл в себя, чтобы вспомнить о двух пистолетах в ботинках.

Мы сидели у дома, как я и сообразил, более-менее придя в сознание. Я - прислонившись к стене, Серена рядом - на коленях. Всё внимание - дороге. И её, и двух "Скорпионов" в её руках. Я медленно, пока ещё страшась резких движений, повернул голову. Мгновением позже я подтянул ноги, чтобы вытащить из левого ботинка оружие.

Неопределённые тёмные силуэты, сторожась, но не прерывая движения, крались к нам. Какое крались… Они походили на шакалов, которые приближались к раненной кем-то дичи, примеряясь к обстановке: сдастся ли жертва без сопротивления, или придётся повозиться с нею, успокаивая? То бишь догрызая беспомощную?..

– Давно?
– прошелестел я.

– Только оттащила - и…

Я приподнял плечо. Мышцы двигались нормально, разве что ощущения - как после излишних тренировок. Ноет чуть-чуть. Подтянул вторую ногу. Оттолкнулся пятой точкой - и тяжёлой волной перетёк-встал на ноги. Серена не шевельнулась. Тени нерешительно остановились. Прикинув, сколько магазинов осталось в подсумке, я успокоился: достаточно, чтобы перебить этих крыс. Ещё и останется. Ещё прикинул, произведёт ли впечатление на тени, если я демонстративно вставлю магазин в один из "Скорпионов". Тишина-то какая. Пристук защёлки будет слышен далеко.

От эксперимента отказался. Тени снова пришли в движение. Они уже перешли дорогу. Нас разделяло метров семь. Я уже начал различать объёмность

недавних теней, когда, видимо, и самые шустрые из них разглядели в моих руках оружие. Ближайшие к нам остановились, задние всё ещё шли - странно горбатые и скрюченные.

У этих выродков начисто отсутствовало чувство самосохранения. Я-то думал, зрелище оружия в руках двоих их остановит. Фиг! Первые ринулись на нас так, словно им предложили дармовую жратву. Мы скосили их мгновенно, однако бегущие за ними и не думали остановиться, опомнившись. Они легко перепрыгивали через застывшие и корчащиеся тела и рвались только к нам. И - тишина с их стороны. Только топот босых ног и падение тел - под грохот оружия. В редкие паузы я не слышал ни стона, ни вскрика.

И они ведь умудрились проскочить границу из падающих тел и очутиться в такой близи, что их можно было резать как овец на заклание. Что-то страшное было в этом безумном беге к нам. Что-то не похожее на простой грабёж прохожих, нечаянно вошедших в зону, где живут опасные преступники. Мельком я заметил брошенный искоса на меня взгляд Серены. Неужели она почувствовала то же, что и я? Ту же странную обречённость вкупе с бескомпромиссной яростью бешеных собак?

И сколько же их… Они выскакивали будто из-под земли, и отстрел казался бесполезным перед бесконечно наваливающейся на нас толпой теней. Я успел дважды перезарядить пистолеты - и вынуть на всякий случай "скорп" из второго ботинка.

Сколько бы их ни было, но шеренги теней стали редеть.

До полной победы я не дожил. Мне снова врезали - на этот раз по затылку. В последний миг сообразив, что опять начинается та же мясорубка, я бросил оружие под ноги Серене - с последней же ясной мыслью: "Слава Богу, успел магазины…" И меня снова швырнули в эпицентр ядерного взрыва, в один момент спалив дотла и превратив в идеальную боль, боль, боль!..

… Очухался. Глаз открыть не могу. Плохо. Тяжело. По телу будто танк прокатил. Ни единой целой косточки. Первое впечатление - оглох. Второе, что на том свете. В аду. Серой пахнет. Дымом. Сгоревшим воздухом. И влажным. От крови.

– Вадим?
– женский голос. Кто это? Голос жёсткий, незнакомый.

– Да… - Сип вместо голоса.

Разлепил веки. Сначала ничего не понял. Раздражающе пропесоченные глаза видели - мозги не понимали данной им информации… Дошло. Я - снова на боку. Серена стоит надо мной, расставив ноги по обе стороны моего тела. Хриплое дыхание в тишине.

– Вадим. Ты как…

Я упёрся руками в асфальт, пополз, нисколько не стесняясь раскоряченной позы, из-под Серены. Руки пару раз подламывались. Чуть нос не разбил, тычась физиономией в землю… Вылез, развернулся - сел с облегчением, прислонившись к стене.

– Ты упал, а у меня сначала в одном… - странным, чужим голосом сказала Серена и оборвала собственную фразу.

Опираясь на стену, я встал. Серена неподвижно смотрела на тела, валявшиеся буквально метрах в двух. Я, глубоко вздохнув, шагнул и присел перед одним. Перевернул. Кажется, мы недалеко от того места в метро. И, кажется, теперь понятно, почему Дэнил перестрелял тех, из гарнизона… Не лица - изуродованные морды…

Серена начала раскачиваться на месте. Отблеском от далёкого фонаря - мокрые щёки. Я поднялся, взял её за плечи.