Падальщик
Шрифт:
Студенты кивнули.
Толстый Леон, стоящий в это время у Лизы, словно пианист у инструмента, опустил пальцы на клавиши под экраном — красный свет из глаз робота отразился от черных блестящих волос Лоа, осветил лица сидящих вокруг нее. Подняв руки и протянув их вперед, робот принялся водить головой из одного конца группы в другой.
— Вопрос! — кивнул Девин Лоа.
— Как пройдет операция мамы? Сколько времени она будет в больнице? — тоненьким голоском выкрикнула та и стала неотрывно смотреть влажными раскосыми глазами в красные кристаллы машины.
После
— Операции не будет. Мама не попадет в больницу.
Лоа расплылась в улыбке и захлопала в ладоши:
— Так значит, она передумала! Какая молодец! Значит она приедет, правда?
Левин заулыбался было вместе с девушкой, но услышав новый вопрос, предостерегающе поднял палец к губам.
Вопрос, однако, был уже задан. Машина снова включилась в работу. Девин повернул голову к Леону — тот беспомощно пожал «печами. Через мгновение в тишине прозвучал ровный голос Лизы:
_ Мама не приедет.
Несмотря на отчаянные жесты Девина, Лоа тут же выпалила:
— А папа? А Тамира? Это сестра! — пояснила она.
Леон сбоку подошел к Лоа и скрестил перед собой руки: остановитесь!
Раздалось гудение робота, спокойный женский голос произнес:
— Никто не приедет.
— Почему?! Что случится?! — Лоа гневно отмахнулась от Леона. Машина щелкнула, загудела; через секунду приятный женский голос сказал:
— Завтра ваши мать, отец и сестра будут мертвы.
Зал ахнул. Лоа замерла на стуле с белым лицом. Леон, подбежав к машине, защелкал клавишами. Глаза робота потухли, гудение прекратилось, золотая женщина опустила руки.
Девин, который собирался было что-то сказать, после последних слов машины застыл, тревожно глядя на Леона. Программист разом потерял образ игривого толстячка, — нахмурившись, он плотно сжимал губы и цепким тяжелым взглядом смотрел в экран.
Зал закипел.
— Мы должны понимать, — беспомощно поднял руки Девин в нарастающем шуме, — это наука… Мы столкнулись с феноменом, который нам еще предстоит объяснить.
Лоа сидела белая, вцепившись в сиденье стула и смотрела перед собой.
— Немедленно прекратите этот психический театр! — послышался с первого ряда пронзительный голос толстого преподавателя в мятом замшевом пиджаке, — посмотрите, до чего они довели девочку! Это опасно!
Раздались новые голоса из зала: — — Дайте ей воды! Позовите доктора!
С Первых рядов встали и подошли к Лоа несколько человек, Снимали, похлопывали по руке, совали в руки стакан.
— Дайте мне телефон! — вдруг попросила она Девина твердым голосом. — Дайте телефон! — уже выкрикнула она, оттолкнув от себя всех и разбрызгав воду.
Девин в который раз за вечер вынул из кармана свой телефон и, раскрыв его, протянул ей. Дрожащей рукой Лоа набрала номер, закусив губу, подождала соединения.
— Мама?! — лицо ее словно осветилось изнутри, — Мама' Мама! Ты в порядке? Что с тобой?
Окружающие расступились, вздохнув с облегчением.
— Все хорошо?
По мере того, как Лоа говорила, лицо ее прояснялось все больше, на губах играла улыбка.
— Как твоя операция? Через два дня? А сколько ты будешь в больнице? Так ты прилетишь с папой?
Она слушала и часто кивала. Потом сказала:
— Будь осторожна, береги себя. Жду вас, целую!
Она нажала кнопку, опустила руку с телефоном и посмотрела на Девина. Взгляд ее не предвещал ничего хорошего. Сейчас она была не несчастная девочка, она была тигр, готовый броситься.
— Мне очень жаль, мисс… — начал было Девин.
Тигр прыгнул.
— Вы и ваша машинка! — гнев исказил лицо Лоа до неузнаваемости, — Чего вам жаль? Что вы устраиваете здесь эксперименты над чувствами людей? Я не вижу никакой научной основы ваших опытов! Моя мама в порядке и прилетит ко мне после операции, которая и займет всего два часа! Сестра не полетит ко мне вообще, потому что уехала из Джакарты с женихом в Шри-Ланку. Она вообще за тысячу километров от того места, где мама! А мои отец полетит ко мне отдельным рейсом потому что тоже сейчас не дома, а находится в командировке в пятидесяти километра* от мамы, на Суматре. По мнению вашей чертовой машины, половина юго-восточной Азии завтра провалится в тартарары?!
— Мисс, мы очень рады, что ваши родные в порядке. Еще раз повторю, дело в сбое… В любом случае, — лепетал Девин, — я с вами полностью согласен, с научной точки зрения, то есть с учетом того, что вы нам рассказали и статистических вероятностей, выданный машиной прогноз практически равен нулю. Дело, может быть, в несовершенстве созданной группой комбинации волн.
__ — А по-моему, дело в несовершенстве ваших мозгов! — отрезала Лоа.
Яростно сдернув с себя браслет, она с красным лицом сошла со сцены, прошла вдоль первого ряда и вышла из зала, хлопнув дверью.
На мгновенье в зале наступила тишина. Леон продолжал все так же тревожно смотреть на Девина.
— Еще немного, и ученая публика вываляет гостей в перьях, — нагнулся Дипак к Самуэлю.
В зале начались шевеления, шум. Гуру на первых рядах вставали один за другим и, качая головами, шли к выходу. Прочие гости последовали их примеру. Презентация была сорвана.
Самуэль с Дипаком все еще сидели на сцене перед Лизой, с браслетами на руках. Рядом Леон с растерянным лицом что-то говорил Девину, Самуэль услышал обращенный к Девину тонкий голос:
— Ты не поверишь, по всем показателям…
Они говорили тихо, но Самуэль мог расслышать.
— Кто-то послал запрос…
— Невероятно. Чудовищная мощность.
Перекрывая разговор, сзади зазвучал начальственный голос Ректора, пытавшегося придать конфузу организованную форму:
— В сложившейся ситуации мы вынуждены попросить вас прекратить эксперимент, господин Девин! Мы сожалеем, что технология вас сегодня подвела!
— Произошел сбой… — нервно повернулся от машины Девин. — Мы приносим свои извинения… Мы выключаем машину.