Падальщик
Шрифт:
— А если попросить ее выбрать из двух конкретных слов? — спросил Абубакар.
Девин пожал плечами:
— Пробовали. Не помню, что это были за слова — допустим, А и Б. Система сказала: «Не А, потому что мой ответ А». Это, кстати, пример абсурдной логики — вполне научной вещи. Мы опять остались ни с чем, ведь любое слово, которое бы мы произнесли после этого, подтверждало ее правоту. В самый свой ответ система уже заложила ошибку, и тем самым обезопасила себя от нее. Говорю вам, Лиза гораздо более изощрена в работе со словами, чем любой из нас.
— Впрочем, —
Итальянец сел прямо в кресле и сложил руки на груди:
— Так что, задавать мой вопрос? Или уже не так интересно.
— Отчего же? — вступил снова Девин. — Посмотрим, как! среагирует машина на ваше желание ее обмануть в этот раз. Как! мы говорили, в машине заложена определенная способность к самообучению. Может быть, на сей раз мы станем свидетелям чего-то оригинального. Кстати, какие вопросы вы задумали? — поинтересовался Девин.
— А не все ли равно? — спросил итальянец. — Это ведь м"'быть какие угодно вопросы. Главное, что я планировал задать следующим не тот вопрос, который предскажет ваша машина.
— Но для чистоты эксперимента нам все-таки хотелось бы знать…
— Ну, хорошо, один вопрос, который я держу в уме, это От какой компании я получу по окончании курса предложение о работе?», а другой «Когда я наконец пойму модель Блэк-Шлосса?»
В зале раздались сочувственные смешки. Модель расчета стоимости опционов давалась с трудом многим.
— Ну что ж, посмотрим, что получится из вашей затеи.
Леон опять встал перед роботом и защелкал кнопками. Руки золотой женщины медленно поднялись и вытянулись в сторону сидящего. Вспыхнули рубины глаз.
— Задавайте, — одними губами шепнул Девин, вставши за машиной.
— Какой вопрос я задам тебе следующим? — четко произнес итальянец, пожал плечами и поглядел на Девина, словно говоря: «Ну вот, дело сделано».
Машина загудела. С жужжанием она повернула голову вверх и вниз, словно пытаясь повнимательнее рассмотреть того, кто хотел выставить ее на посмешище.
Раздался женский голос:
— Вы зададите вопрос «Что?»…
Итальянец поднял ладони и заулыбался — ну вот, проиграла!
Но машина вдруг продолжила:
— Ваши отец, мать и брат будут мертвы завтра в это время.
— Что?! — Джованни замер, и так сидел в полнейшей тишине несколько секунд.
Потом сорвал с себя браслет и швырнул его на пол.
— Если это шутка, — сказал он, делая видимое усилие, чтобы не поддаться эмоциям, — то она зашла слишком далеко…
Девин встревоженным взглядом смотрел на Леона. Тот с бешеной скоростью заколотил по кнопками на груди робота.
— Дайте мне телефон, — потребовал Джованни у Девина. — немедленно!
Девин вынул из нагрудного кармана трубку и протянул ее Итальянцу. Джованни принялся судорожно нажимать кнопки.
— Вы знаете, вас можно судить за это… — не удержавшись, ткнул в направлении Девина пальцем,
11
— Мама, это я! Как дела? Все в порядке? А как папа? А погода как? отлично… А Жан-Лука как? Уехал на пару дней на экскурсию? А завтра что будете
— Видите, — сказал он дрожащим голосом. — Мои родите ли в полном порядке. Они в отпуске на Таиланде. Отдыхают на пляже. А ваша машина…
Девин с Леоном переглянулись. Зал заволновался.
— Присядьте, пожалуйста, — озабоченно попросил Девин Джованни. — Спокойствие, пожалуйста, спокойствие, — он обратился он к залу. — Лиза попыталась сформировать интенцию Джованни, используя…
— Она попыталась сформировать будущее, это вы хотели сказать? — раздался голос Ректора. — Искренне надеюсь, что у нее ничего не получилось!
— Спокойно, господа! Лиза не может сформировать будущее, она не человек.
— Но вы же сказали, она может переформировать интенцию спрашивающего! Уже признайтесь, что все это шутка! — закричали из зала. — Хватит!
— Нет, нет, — встав возле Лизы, Девин умоляюще поднял вверх руки. — Скорее всего, это был вариант так называемого ответа-нонсенса. Это бывает. Нужно разобраться. Умоляю вас, — обратился он к залу, — если мы продолжим эксперимент, мы узнаем, откуда Лиза взяла такой ответ. Сейчас мы все проясним.
Зал не успокаивался, шум нарастал. Девин продолжил:
— Поймите, Лиза сегодня ведет себя весьма необычно. Тот! длинный и запутанный текст, которым она ответила студенту из Индии на вопрос о загадке; тот факт, что она позволила Эльзе сформировать свое будущее; это странная выходка в ответ на уловку Джованни — все это скорее всего следствие какого-то воздействия на машину… Не исключено, что в зале находится кто-то с энергетикой необыкновенной силы, — или это взаимоусиливающие друг друга волны нескольких людей, близких по структуре спектра к волнам тех семерых, которых мы ищем. А если так, — взволнованно закончил Девин, — то у нас может появиться возможность попытаться создать с помощью Лизы искомый алгоритм. Учитывая эту уникальную возможность, — он просительно сложил на груди руки, — позвольте нам продолжить эксперимент.
Зал гудел, заспорил.
— Все это глупости! Хватит нас морочить! — кричали одни.
— Разберемся во всем! Продолжим! — настаивали другие.
Ректор поднялся с места.
— Леди и джентльмены! — громко сказал он, повернувшись к залу. — Не будем поддаваться эмоциям. Пока что, в конце концов, никто не умер. Нонсенс — есть нонсенс. И все же, — обратился он уже к Девину, — если вы хотите продолжать, постарайтесь, насколько это, возможно, избавить нас от подобных неприятных ошибок.