Ожог от зеркала
Шрифт:
– Вас просили подойти, там поплавок шатается.
Риски посмотрел на молодого рыцаря, что принес сообщение. Поплавок у них шатается. Твою мать. Пить меньше надо, руки держать тверже, подумал он, но благоразумно проглотил эту реплику, поскольку с рыцарями ему теперь полагалось быть шёлковым.
Он был почти уверен, что бандиты или уходят через зельцкабину, или уже ушли. У него даже мелькнула мысль, а не сделать ли ноги самому, но он себя одёрнул. Ну не могла Анна всерьёз воплотить угрозу.
– Сейчас
– Ну, что тут у вас, господа рыцари?
Тот, что держал на коленях чашу, помахал ему рукой. Риски сморщился.
– Чашу следует держать ближе к солнечному сплетению. Так у вас пройдёт только сильный сигнал.
Рыцарь передвинул чашу ближе к животу, отчего зеркало воды дрогнуло, и поплавок поехал вверх.
– Понимаете, он нырял.
– Как нырял, когда? Сколько пробыл под водой, в каком месте находился?
– Ну вот... Минут пять прошло, наверное. А нырял, как рыба клюёт. Нырнул и снова поднялся.
– Вы это серьёзно?
– Что значит серьёзно?
– На прошлой неделе господа из первого звена устроили мне дурацкий розыгрыш. Напоминаю, мы с вами не на отдыхе.
– Нет, я совершенно серьёзно. Поплавок нырнул.
– Сам по себе он не может нырнуть. Он ни к чему не привязан.
– Так и я о том же. Нам сказали, чуть что, звать вас.
– Более подробно движение описать можете?
– Он нырнул, и как бы к правому краю. А потом всплыл. Потом снова нырнул. Снова всплыл. И через время уже все видели, снова нырнул, потом всплыл – и всё.
Риски скорчил гримасу.
– Очень жаль, что поводки пришлось раздавать неподготовленным людям.
– Позвольте...
– Вас никто не винит. У нас было слишком мало времени. Видите ли, движение поводка, или поплавка, как вы его называете, очень многое обозначает.
– Нам сказали, что если он будет нырять, значит, они пошли под водой.
– Ну да. – Риски усмехнулся. – Примерно так. Только не если он будет нырять, а если он нырнёт. А он обязательно нырнёт и сдвинется именно в ту сторону, куда уходит синхрон. Если кому-то хочется, может взять у меня поводок и на городской подводке проверить. Но так, чтобы то нырять, то всплывать... Это ж не карась на пруду.
– Может, я держал неровно.
– Держали-то вы неровно, но суть от этого не меняется.
– Вы сомневаетесь в моих словах?
– Что вы, господин рыцарь. – Риски снова надел на лицо улыбку. – Поймите меня
– Но к простому языку вы тоже, надеюсь, привыкли?
– Разумеется. Но понятие «нырнул» можно трактовать очень по-разному.
– Позвольте, господин маг. А что, если, пока мы с вами говорим, они там, под водой, уходят?
Риски отрицательно помотал головой.
– Не волнуйтесь на этот счёт. Скорее всего вы видели обычные помехи.
– А если нет?
– Когда пойдут сто человек, поводок упрётся так, что ни с чем не перепутаешь. Да и когда трое идут, он не ныряет. Вернее, ныряет только один раз.
– А так чтобы... То вверх, то вниз?
– Это почти исключено.
– Что значит почти?
– Разве только они полезут под болото без отлаженного синхрона. Это такая глупость, которую я даже не хочу рассматривать. Никто в здравом уме на это не отважится. Кроме того, башенный конверт был в порядке, я сам его настраивал.
– А если всё-таки...
– Да что вы в самом-то деле. Там же не дети. Не будут же они специально его ломать. К сожалению, мне уже сообщили о вероятном пути их отхода. Но, господа, наблюдение надо продолжать. Если поводок ещё раз дёрнется, обязательно зовите.
Риски повернулся и пошёл обратно. Ему захотелось выпить вина.
Артур приподнял забрало, сел и сплюнул на грязный снег.
– Крыса канцелярская.
– Чего ты его так?
– Позвали – хоть бы посидел, посмотрел. Какой-то он сегодня странный.
– Он всё время с прибабахом.
– Сегодня особенно.
Вода прибывала все сильнее. Собственно, это была не вода – чёрная болотная жижа. Ноги вязли в ледяной каше, а свод провис так, что уже приходилось пригибаться. Зацепить головой кокон означало спровоцировать новый поток воды. Идти становилось труднее. Лучник больше ни о чём не спрашивал, Ярослав также молчал, лишь тяжелое дыхание обоих слышалось в холодном мраке, да однажды, зацепив обо что-то пальцами, Лучник зашипел.
Когда вода поднялась выше пояса, Ярослав остановился.
– Всё. Готовься, будем вы-ыбираться.
– Ещё... Ещё можно идти, – прохрипел Лучник.
– Ладно, да-авай ещё са-аженей двадцать, – согласился Ярослав, и они снова двинулись вперед. Зубы выплясывали знобкую дробь, и разговаривать было трудно. Ярослав отсчитал ещё несколько двойных шагов и почувствовал изменение в коконе. Они «упёрлись» в грунт, заболоченное озеро закончилось. Можно было повернуть правее, отойти вдоль берега ещё, но Ярослав остановился.