Ожидая рассвет
Шрифт:
– Так что я должен сделать, Лорд?!
– воскликнул Алек негромко.
– Приедем в Лемган - я скажу. Но прежде… Подумай, надо ли это тебе?
Алек посмотрел на него не то изумлённо, не то подавленно. Нейцер рассмеялся негромко, щуря глаза:
– Не беспокойся, Воин, я держу своё слово. Если я сказал, что верну тебе покой, то я так и сделаю. Ты меня заинтересовал, и я не хочу упускать тебя из рук. В Лемгане ты дашь мне лично клятву верности, а я отчеркну твоё прошлое своей рукой.
– Милорд, - начал Алекрин и заговорил быстрее, не давая Нейцеру себя прервать, - милорд, я не раз слышал от командира угрозы, что он избавится от меня, если я не буду, как все. В то время я ещё не встретился с Изгоняющей. Я всем сердцем хочу служить верно, но я не могу быть способен на это, когда все эти образы теснятся в моей голове. Если это - слабость, тогда я готов умереть, чтобы больше не испытывать ни её, ни того позора, который она на меня навлекает! Но я не могу жить с ним! Я знаю, что ни один Воин не…
– Не может знать своего прошлого?
– завершил Нейцер, спокойно улыбаясь.
– О да, да…Отчасти, так и есть. Большинство Воинов готово убить того, кто назовёт его человеком. И ты тоже, хотя помнишь, что сам был простым солдатом… Но это заблуждение, что невозможно быть Воином Тени, помня прошлое. Видишь его, - он кивнул головой на Воина, поившего коней, - он почти всё помнит из своего прошлого. Далеко не всё, но он, тем не менее, предан. Я предложил ему избавиться от воспоминаний, но он сказал, что память отрезвляет его. Зря Лорды не доверяют тем, кто помнит прошлое. Напротив, если Воин помнит, но всё равно предан, значит, он тем более верен…
– Разве это не противоречит той клятве, которую я давал?
– спросил Алекрин.
– Воин, твоя клятва неприкасаема, - нахмурился Нейцер.
– Пока ты верен, ты её не нарушил. Если ты уверен, что прошлое не сможет тебя сломить, то так и будет. А ты, я вижу, боишься его, и поэтому…
– Я не боюсь!
– воскликнул Алек яростно, сжимая кулаки, забывая, что перед ним Лорд.
– Я с этим прожил месяц, я проживу и пару лет! Но потом я не сумею выдержать, потому что не владею этими воспоминаниями, милорд!
– он понизил голос, но в глазах Нейцера плясали не сердитые, а озорные оранжевые огоньки.
– Если бы я мог ими управлять…
– Этому я тебя научить не смогу, - покачал головой Нейцер.
– Что ж, если ты уверен в своём желании - я сотру твои воспоминания, - он легко и быстро поднялся.
– Но ты должен знать, что это может сыграть с тобой плохую шутку… Перед тобой тот, кто помнит каждый миг своей жизни с тех пор, как младенческий разум научился отличать лицо матери от лица отца, Воин. И никто не посмеет обвинить меня в неверности только из-за этого…
– Простите, милорд, - проговорил Алек, всё же не собираясь брать свои слова назад.
– Когда прибудем в Лемган, - равнодушно бросил Нейцер, уходя, - у меня будут дела. Буду ждать тебя на следующее утро в своей приёмной. Назовись, и тебя пропустят.
Алек
"Нет, я должен избавиться от этого груза. Тогда, когда я буду помнить только посвящение, и ничего раньше, я буду совершеннее,… - он посмотрел на других Воинов, которых ещё не знал.
– Один из них тоже помнит? Как он может быть спокоен? Как он может?…"
Прошло несколько лет после разговора четвёртого Лорда и Воина Алекрина на пути в Лемган. Эти годы были похожи друг на друга, как небо и его отражение в море. Из года в год количество белых шнурков на поясе Алекрина становилось больше, больше опыта, больше жестокости и больше гордости…
Лорд Нейцер сдержал своё слово и напрочь изгнал из памяти Алека все те картины прошлого, что мешали ему, и увидел, что ошибался. Он думал, что, лишив Воина памяти, он сделает его таким же, как остальные, и тогда жаль будет потраченных сил.
Нейцер всегда считал, что тот, кто своего прошлого не помнит, не может быть совершенен. Но Воин по имени Алекрин был к тому близок. Лорд Нейцер доверял ему многие дела, и ещё ни разу Алек его не подвёл. Лорд Эдмаил однажды увидел бывшего коменданта Ао-Хиш во главе одного из полков войска Тени во время совместной компании с четвёртым Лордом против Такеи, и был страшно удивлён. Он думал, что этот Воин давно умер…
Однако он был жив, он возглавлял отдельный полк, и носил доспехи с оранжевыми вставками, как подчинённый Лорда Нейцера. Эдмаил подумал, что потерял неплохого Воина, разозлившись тогда на излишнюю самостоятельность, но вряд ли что-то было моно изменить.
Алекрин больше не страдал от преследований прошлого, пробуждённых Изгоняющей. Он знал, что это было, и что ему было нелегко. Он помнил Изгнание и то, сколько боли оно принесло ему, но ничего конкретного больше не знал. Прошлое исчезло прочь, и вместе с ним окончательно пропал человек по имени Алек. Многие из черт юноши он пронёс через посвящение, через служение в армии Тени, через Изгнание…
Лорд Нейцер окончательно стёр всё, что делало его Алеком. Даже собственное имя стало казаться ему чужим.
Но личность Алек не утратил. Он продолжал быть не таким Воином, как остальные, но наравне с гордостью, запретной для любого Воина Тени, он был так сообразителен и самоотвержен, как никто. Нейцер привык полагаться на разум своего Воина, и не отдавал даже конкретных приказаний. "Сделай", - говорил он, Алек кланялся и исчезал, а Нейцер мог быть уверен: всё будет выполнено.
У Алека было много недоброжелателей - непорядок, когда Воин Тени превозносит себя над остальными, когда он считает себя вправе решать, сохранить жизнь или убить того, кого приказано убить, когда он смеет говорить: "Я думаю, что Лорд ошибся", - и делать по-своему. Но Нейцер закрывал на это глаза. Когда один из командиров осторожно заметил, что Воин по имени Алекрин, кажется, зарвался, четвёртый Лорд насмешливо посмотрел на него и спросил: