Ожерелье Онэли
Шрифт:
Выхватив из-за пояса нож, Хельви обернулся. Вепрь из Межичей, довольно улыбаясь, протискивался в дыру в зеркальном поле, через которую влетели гарпия и принц. На полу уже лежал внушительный мешок, внутри него что-то потрескивало. Да, без добычи из башни алхин уходить явно не собирался.
— Удивлен, что у тебя хватило дерзости найти меня. На твоем месте я бы не стал рисковать так сильно. Наина, а ты разве не услышала, как он приближается?
— Услышала. Но разве ты просил меня сторожить тебя? — негромко ответила гарпия откуда-то с потолка. Очевидно, после сытной трапезы
— Прекрасно. На будущее я хотел бы, чтобы ты сообщала мне о приближении к нам разных существ, — гневно сказал Хельви и закусил губу, вспомнив, что мог бы поручить гарпии охрану еще в самом начале, до того, как им пришлось лезть по забытому богами коридору с мышами. Между тем Вепрь благополучно вылез в зал и отряхнулся. Его синие окуляры, которые он почему-то не рискнул снимать в темноте подвалов Ронге, засияли в свете мечей.
— Если мне будет позволено встрять в ваш интересный спор, ваша светлость, — Вепрь хмыкнул, — то я позволю себе заметить, что у меня хватило дерзости встретиться с тобой только потому, что я полагал, что те небольшие услуги, которые мне посчастливилось оказать наследному принцу в пути, дают мне самое несущественное право не быть скушанным любимой гарпией их светлости на полдник. Впрочем, если я ошибаюсь, то готов немедленно покинуть вашу веселую компанию. Только вот загляну в эту скромную шкатулку на столе.
Преследуемый отнюдь не дружественным взглядом Хельви, Вепрь подхватил свой тугой мешок, быстро подошел к постаменту и перевернул четырехугольную чашу. Старательно собранные драгоценности рассыпались вокруг, однако алхин не обратил на них никакого внимания. Он любовно потер рукой чашу и вдруг поднес ее к губам. Хельв с удивлением смотрел на него. Вепрь подержал несколько секунд чашу у самого рта, потом усмехнулся и поставил ее на стол. Затем он нагнулся к мешку и начал аккуратно его развязывать.
— Ты хочешь забрать чашу?
— Молодец, догадался. Я думаю, это честно. Ты забрал себе лучшее — ожерелье, но и я не останусь без добычи.
— Не верю я, что ты оставил себя в накладе. Ну да ладно. Теперь мы в расчете. Ты спас мне жизнь по дороге в Тихом лесу, но чуть не убил, затолкав в башню Ронге. Я бы мог приказать гарпии убить тебя, но мне пока что совершенно не хочется этого делать. Поэтому мой тебе совет — забирай свою чашу и убирайся.
Вепрь пожевал губу, убрал чашу в мешок и снова занялся завязками.
— Я не спрашиваю, почему наследный принц королевства скрывается в Тихом лесу, словно государственный преступник. Мне все равно, зачем он отдирает королевские метки от своей одежды и ищет незнакомый воинский гарнизон, чтобы вступить в него. Никакая гарпия не поможет тебе здесь. И твой счет не совсем верен. Ты обязан мне жизнью гораздо больше, чем говоришь. Не в моих правилах расхваливать себя, но что-то говорит мне, что мои услуги тебе еще пригодятся. Наверное, это внутренний голос. А что касается моей попытки убить тебя, то клянусь, я ни минуты не сомневался, что тебе удастся выйти из башни Ронге так же легко, как из чащи Тихого леса. Ну, может, с маленькой помощью верного советчика. То есть меня.
Хельви помолчал.
— Уж не хочешь ли ты принести мне клятву верности, алхин?
— Клятву верности? Нет, принц, ты и сам прекрасно знаешь — никогда алхины не становились на службу ни к королям, ни к графам, ни к баронам. Никогда алхины не участвовали в войнах королевства. И не потому, что мы плохие воины, а потому, что это наш принцип — мы живем ради сокровищ и умираем ради сокровищ. Только тому, кто без остатка посвящает себя поиску, улыбается удача, — торопливо сказал Вепрь.
— Где же гарантии, что ты не предашь меня, что не всадишь мне нож в спину на первой же стоянке? Не улыбайся. У тебя есть прекрасный повод прикончить меня — это ожерелье, которое ты, конечно, не погнушаешься снять с мертвеца.
— Отчего бы тебе не приказать гарпии прикончить меня, если я попытаюсь убить тебя?
Хельви исподлобья посмотрел на Вепря, который снова как ни в чем не бывало ухмылялся.
— Гарпия, ты слышала, что сказал этот человек?
— Ну, слышала.
— Исполни так, как он сказал: в случае, если он попытается убить меня или убьет, немедленно прикончи его.
— Я его и так съесть могу, — вкрадчиво пообещала Наина.
— Спасибо, просто так меня есть пока не нужно, — в тон ей ответил Вепрь.
Забавная компания собралась, честное слово. Алхин, отказывающийся служить, ненасытная гарпия и принц крови. Хельви был несколько смущен, что Вепрь не испытывает к Наине ни страха, ни отвращения. Но затем он решил, что Оген знает, с какими чудовищами алхину приходилось сталкиваться на узких тропах колдовских угодий Младших. Может, прирученная гарпия — еще не самый плохой вариант.
— Ты слышал весь наш разговор с карлом?
— Практически весь. Мой тебе совет на будущее, хороший мой: если тебе попадется сыплющий проклятиями собеседник, постарайся приложить все усилия, чтобы он поскорее замолчал. Самый верный способ не попадать под проклятия — это не давать их накладывать.
— Что же, я на самом деле проклят?
— Мне сложно об этом судить, — Вепрь пожал плечами. — Этот карл ведь не был магом. С другой стороны, магия Младших отличается от магии людей. Человеческие колдуны вынуждены читать заклятия и варить зелья, а магия Младших просто у них в крови. Гарпии летают не как птицы, они не размахивают руками, как крыльями. Просто внутренняя сила отрывает их от земли. Так и с карлом — магического проклятия я не заметил, а что произошло в невидимом мире, мне неизвестно. Ладно, не трусь. Если выйдем отсюда живыми, можешь считать, что никакого проклятия не было.