Отверженные
Шрифт:
«Может быть, я сделал что-то плохое? Вдруг Листопад и Утес рассердились на меня?»
Продолжая размышлять над этим вопросом, он набрел на кустик мальвы и принялся безучастно перегрызать стебли, складывая их в кучку.
— Ты умница, Воробушек, — раздался за его спиной довольный голос Листвички. — Давай отнесем все в лагерь!
Воробушек молча взял в пасть стебли. «Хороший предлог не поддерживать разговор!» — хмыкнул он мысленно и задумчиво побрел через лес следом за наставницей,
Из оцепенения его вывел тревожный птичий крик. Воробушек испуганно отпрянул назад и выронил стебли, а птица шумно пролетела прямо перед его носом.
— Что же ты натворил! — раздался рядом возмущенный вопль Ягодки. — Зачем ты спугнул моего дрозда? Неужели не видел, что я его выслеживаю?
— Нет, я не видел! — злобно зашипел Воробушек, вымещая на бедном Ягодке раздражение и чувство вины за собственную неловкость. — Ты не забыл, что я слепой!
— Но в другие дни это тебе не мешает, — с неожиданной резкостью вмешалась Листвичка. — Ты сегодня очень рассеян, Воробушек. Все утро бродишь, как полоумный кролик.
— Что ж, надеюсь, он не окончательно погубил мое испытание, — пробурчал Ягодка. — Я ведь почти поймал этого дрозда!
— Я знаю, — раздался чуть поодаль спокойный голос Ежевики.
Воробушек почувствовал запах глашатая и прижал уши. Неподалеку стояли Мышонок и его наставник Долголап.
«Вот несчастье! Неужели тут собралось все Грозовое племя?»
— Бессмысленно оплакивать упущенную добычу, — продолжал Ежевика, подходя ближе. — Настоящий воитель не станет вешать нос из-за одной-единственной неудачи. Пойдем, Ягодка, посмотрим, сможешь ли ты поймать мышь в корнях вон тех деревьев.
— Ладно, — буркнул Ягодка. Было ясно, что мудрые слова глашатая не слишком его успокоили. — А ты, Воробушек, постарайся держаться от меня подальше!
— С превеликим удовольствием, — процедил ему вслед Воробушек.
— Нам пора возвращаться в лагерь, — сказала Листвичка, подталкивая его вперед. — Сюда.
«Спасибо, я и без тебя могу найти дорогу в лагерь!»
Воробушек молча подобрал с земли стебли мальвы и следом за наставницей потрусил через колючие кусты в каменный овраг. Раздвинув густые плети ежевики, преграждавшие путь в пещеру целителей, он сложил свою ношу в дальней ее части.
— Пойду подкреплюсь, — бросил он Листвичке, поворачиваясь к выходу.
— Погоди, — остановила его наставница. Она тоже положила принесенные травы на пол и уселась перед Воробушком, преграждая ему путь. Воробушек мгновенно почувствовал исходившие от нее волны недоумения и тревоги. — Я не понимаю, что с тобой творится в последнее время, — начала Листвичка. — С тех пор, как вы спасли котят племени Ветра…
В ее словах он уловил скрытый вопрос и сильный привкус какого-то странного любопытства. Листвичка явно чувствовала, что в прошлый раз
— Воробушек, с тобой все в порядке? — спросила Листвичка, и он почувствовал, что раздражение наставницы исчезло, уступив место искренней заботе. Удушливый поток ее сочувствия грозил захлестнуть его с головой, подобно воде в тех проклятых туннелях. — Ты ведь расскажешь мне, если случилось что-то плохое?
— Конечно, — буркнул Воробушек, надеясь, что наставница не почувствует его лжи. — Но мне не о чем рассказывать. У меня все отлично.
Листвичка застыла, и Воробушек тоже замер, чувствуя, как раздраженно шевелится ее шерсть. Но целительница вскоре овладела собой, кротко вздохнула и сказала:
— Ну хорошо, иди, поешь. Попозже, когда спадет жара, мы сходим к заброшенному гнезду Двуногих за кошачьей мятой.
Она не успела закончить фразу, как Воробушек сорвался с места и выскочил наружу. Подойдя к куче с добычей, он нашел по запаху аппетитную сочную мышку и отнес ее на солнечное местечко, чтобы там полакомиться. Полдень только что миновал, и каменный овраг так и дышал теплом. Насытившись, Воробушек растянулся на боку и принялся лениво умываться одной лапой.
Вскоре он услышал, как Пепелинка с Остролапкой выбираются из колючего туннеля на поляну. Со своего места Воробушек учуял сильный запах мха, исходивший от их нагретых солнцем шубок.
— Ты не сердишься, что я все время тебя побеждала? — спрашивала Остролапка. — Нет, правда, ты не держишь на меня зла?
— Какие глупости! — отмахнулась Пепелинка. — Я бы злилась, если бы ты нарочно мне поддавалась или сражалась не в полную силу.
Голосок ее звучал бодро, но Воробушек сразу обратил внимание на звук неуверенной походки ученицы и понял, что ее еще беспокоит покалеченная лапа. Что ж, тут целители были бессильны. Только время может окончательно залечить и укрепить недавно сросшиеся кости. Кто знает, как распорядится судьба? Возможно, Пепелинке, как и Пепелице, просто не суждено стать воительницей?
От размышлений над судьбой Пепелинки Воробушка отвлек писк, доносившийся из детской. Он недовольно поморщился. Ромашкиным котятам было всего четыре дня от роду, но глотки у них уже были будь здоров!
Их отец Долголап с раннего утра отправился тренировать своего оруженосца Мышонка, хотя Дым любезно предлагал заменить его, чтобы молодой отец мог больше времени проводить с детьми. Воробушек подозревал, что Долголап был рад унести лапы из лагеря. Серый воин почему-то стыдился своих котят, словно никак не мог примириться с неожиданным отцовством.