Отверженные сердца
Шрифт:
Рука Сюзанны, скрытая в складках плаща, непроизвольно сжалась в кулак, когда женщина вспомнила то, что произошло семь лет назад. Гнев, обида и чувство унижения вновь завладели ее сердцем. Трэвис Брэгит – человек нисколько не лучше ее отца, и уже успел доказать это. Стать его женой означало превратиться в презираемую запуганную женщину, и она благодарила бога за то, что этого не случилось.
Но в то же время Сюзанна ощущала в себе вновь ожившую маленькую искорку, вспыхнувшую в тот момент, когда она вышла из дилижанса и встретилась взглядом с Трэвисом. Но Сюзанна
Они спустились вниз. Трэвис предупредил бармена, что на время отлучится. Сюзанна пробиралась сквозь ряды столиков, опустив глаза. В этот момент ей меньше всего хотелось встретиться взглядом с Трэвисом.
– Где бы ты хотела пообедать, Сюзанна? – Прервал ее размышления Трэвис. – Или мне лучше называть тебя Жоржеттой?
Она улыбнулась.
– Лучше Сюзанной, Трэвис. Жоржетта Линдсей – мое сценическое имя. Так настоял отец. Вдруг кто-нибудь из сильных мира сего узнает, что Сюзанна Форто зарабатывает себе на жизнь, выступая на сцене. – Она рассмеялась. – Это будет настоящий скандал!
– Конечно. – Трэвис знал, что Сюзанна лжет. Он не мог понять, как Ландон Форто, человек, которого Трэвис хорошо знал, позволил своей единственной дочери кочевать по стране и петь в салунах. Однако все меняется. И люди тоже. Возможно, из-за продолжающейся войны финансовое положение семейства Форто ухудшилось. Трэвис решил написать матери и все разузнать. В любом случае, он не мог спросить об этом Сюзанну.
– Я не очень хорошо знаю этот город, Трэвис, – произнесла она. Они вышли из салуна и оказались на улице. Ночь была темной и прохладной. Сюзанна поежилась. – Решай сам, где мы поужинаем. И, пожалуйста, выбери не слишком людное место.
Трэвис улыбнулся.
– Наверное, здесь намного холоднее, чем привыкли южане.
– Да, – согласилась Сюзанна.
– Поблизости есть несколько неплохих заведений, но я предпочел бы «Даймонд Хаус». Этот ресторанчик находится совсем рядом, и там подают лучшую еду к западу от Миссисипи.
– Я согласна. Мне ужасно хочется есть.
Они направились в сторону Тейлор-стрит.
Вскоре улица резко пошла в гору, и Сюзанне пришлось приподнять юбку, чтобы не упасть. «Даймонд Хаус» оказался двухэтажным кирпичным домом, в окнах которого призывно горел свет. Ночной воздух наполняли нежные звуки скрипки.
– Наверное, ты приводишь сюда всех своих подружек, Трэвис? – игриво спросила Сюзанна. Она старалась не переиграть, и к тому же у нее было не слишком много опыта в общении с мужчинами. Женщина с трудом удержалась от тяжелого вздоха. После того, как Трэвис покинул ее, Сюзанне не оставалось ничего другого, как длительное время скрываться на семейной плантации Форто. Наконец, когда она набралась смелости и снова стала показываться в свете, Сюзанна поняла, что ее доверие к сильному полу оказалось серьезно подорванным. Единственным исключением был ее брат Брет, которым Сюзанна всегда гордилась.
Трэвис взял ее за руку, и она почувствовала тепло его тела. Ей захотелось отдернуть руку, но
Фонарь у входа в ресторан бросал золотистые отблески на дощатый настил перед зданием. Сюзанна взглянула на Трэвиса. Свет фонаря отражался в его волосах и делал лицо еще более мужественным.
Трэвис повернулся к ней и улыбнулся, открывая двери ресторана.
– Вход только для избранных лиц, – сообщил он, пропуская женщину вперед.
– Значит, я теперь отношусь к этой категории?
Улыбка на лице Трэвиса едва не сменилась гримасой. Сюзанна намекала на то, что произошло семь лет назад. И как он поступил тогда с ней. Или это всего лишь мимолетное замечание? Трэвис вошел вслед за Сюзанной, помог ей раздеться, снял свой плащ и подозвал метрдотеля.
– Наверное, ты уже в курсе того, что все мужское население Вирджиния-Сити по достоинству оценило Жоржетту Линдсей? – ему понравилась произнесенная им фраза. Она была не только комплиментом, но и ответом на вопрос Сюзанны. Трэвис повернулся к метрдотелю.
– Столик на двоих в спокойном месте, подальше от входа и окон, – попросил он.
Метрдотель кивнул и дал знак следовать за ним.
После того, как они сели и сделали заказ, Трэвис повернулся к Сюзанне, которая открыто восхищалась обстановкой ресторана: мебелью красного дерева, стульями с бархатной обивкой, зеркалами в золоченых рамах.
– Неплохо для небольшого городка золотоискателей, приютившегося на склоне горы? – заметил Трэвис.
Сюзанна улыбнулась в ответ.
– Совсем неплохо. У меня ощущение, что я дома.
Он кивнул.
– А как дела дома? Как твои родители? Твой брат? – эти вопросы Трэвис задал лишь из вежливости. На самом деле его мало интересовали родители Сюзанны. Ландон Форто относился к тому же типу людей, что и Томас Брэгит: хвастун, наглец, закоренелый эгоист, равнодушный к собственной семье. Трэвис полагал, что чем меньше таких типов останется на свете, тем лучше для всех.
– Все в порядке. Мама часто пишет мне, хотя из-за моих переездов из города в город письма опаздывают на несколько недель. В последнем письме она сообщила, что янки пытались захватить их город, но потерпели неудачу. – При этих словах Сюзанна хихикнула. – Им никогда не удастся взять Новый Орлеан. С их стороны глупо даже пытаться. С мамой все в порядке, а вот папа сильно беспокоится о нашей плантации.
– А чем сейчас занимается Брет? – на самом деле Трэвис не очень хорошо знал брата Сюзанны и спросил о нем лишь из вежливости. Брет Форто был на несколько лет младше Трэвиса и больше знаком с его братом Трейсом, чем с ним самим.
– Он продолжает отстаивать свои убеждения, – уклончиво ответила Сюзанна.
Официант принес еду, но Сюзанна продолжала следить за Трэвисом сквозь слегка опущенные ресницы, надеясь уловить малейшую реакцию на имя ее брата и ту ситуацию, в которой он находится. Но Трэвис сразу же переменил тему.