Отвергнуть короля
Шрифт:
Тогда ему уже исполнилось шестнадцать, и он был достаточно взрослым, чтобы нести ответственность под присмотром отца. Гуго наточил зубы в этих йоркширских поместьях, готовясь ко дню, когда унаследует обширные плодородные земли и прибрежные деревни в Восточной Англии, в том числе замок Фрамлингем с тринадцатью великими башнями. Отец его еще здоров и крепок, но однажды Гуго станет графом Норфолком, и к нему перейдет больше ста шестидесяти рыцарских наделов.
Гуго задержался у хижины пастухов, чтобы сообщить им хорошую новость о волках, и поскакал в усадьбу. Смеркалось, лошади месили ледяную грязь дороги,
– Сир, прибыл ваш лорд отец, – сообщил Гуго старший конюх, когда тот спешился.
Гуго уже заметил в стойлах лишних лошадей и возросшее количество слуг. Он ожидал визита отца, поскольку король Иоанн и двор расположились в Йорке, всего в двадцати милях от Сеттрингтона. Гуго кивнул конюху, сдернул рукавицы и вошел в дом, дыханием согревая озябшие ладони. Камергер поднес ему чашу горячего вина с пряностями, которую Гуго принял с благодарностью. Его отец сидел у огня, скрестив ноги, и тоже потягивал вино из кубка, но при виде Гуго встал.
– Сир… – Гуго опустился на одно колено и склонил голову.
– Сын! – В голосе Роджера Биго прозвучала гордость.
Он поднял Гуго на ноги и расцеловал в обе щеки. Когда они обнялись, Гуго под плащом на меховой подкладке ощутил литые мышцы. Его отец был крепким и кряжистым, как подстриженное дерево.
Прибывшие Уильям и Ральф получили свою долю приветствий, и некоторое время разговор вращался вокруг непогоды и охоты на волков. Принесли еще горячего вина и блюда с горячими жареными пирожками. Был Великий пост, поэтому обошлось без сырной начинки или посыпки из сахара с пряностями, но мужчины, проведшие весь день в тяжелых трудах на морозе, были рады обжигающим язык пирожкам с хрустящей корочкой. Руки и ноги Гуго начали отогреваться и пульсировать. Риск что-нибудь отморозить – еще один повод не отходить от огня в промозглый февральский день. Он отпихнул нос собаки, выпрашивающей подачку.
– Как поживает моя леди мать?
– Неплохо. – Его отец вытер губы салфеткой. – Но с нетерпением ждет весны, как и все мы… И новостей от тебя, разумеется.
– Как только погода улучшится, я съезжу в Фрамлингем и повидаюсь с ней.
– Это может случиться и раньше.
– Да? – вопросительно поднял бровь Гуго.
Граф взглянул на остальных сыновей.
– После ужина я хочу побеседовать с тобой наедине и без помех.
Разговорить отца было невозможно, и Гуго пришлось усмирить свое любопытство.
После скромного постного ужина из рыбного рагу и хлеба Ральф отправился свежевать своих волков. Уильям, слишком брезгливый, чтобы присоединиться к нему, получил приказ удалиться и решил сыграть в кости с рыцарями.
Гуго напряженно ожидал, когда отец заговорит. Назревало что-то важное.
Стоя спиной к огню, граф прокашлялся:
– Уильям Маршал обратился ко мне и предложил тебе в жены свою старшую дочь Махелт.
Новость не стала неожиданностью, но у Гуго все равно засосало под ложечкой. Отец уже некоторое время присматривал ему невесту. Дочь Маршала была одной из нескольких кандидаток.
– Я сказал ему, что мы рассмотрим его предложение и я дам ответ, когда поговорю с тобой.
– Ей
– Она скоро вырастет, а ты еще молод для брака. Мне было больше тридцати, когда я женился на твоей матери, а Маршал был почти вдвое старше тебя, когда взял в жены Изабеллу Лейнстер. Что действительно важно – это престиж союза с Маршалами и родственные связи, которые принесет девочка.
Гуго вспомнил, как танцевал с Махелт Маршал на рождественском пиру в Кентербери. Она была высокой для своих лет и поджарой, точно борзая. Лучше всего ему запомнились ее волосы – блестящие, темно-каштановые, с насыщенным бронзовым отливом. Ему понравилась ее сообразительность и живость, но она была шумным ребенком и не годилась для брачной постели. Более того, при мысли о Маршалах ему представлялись граф и графиня, а не Махелт. При дворе его покой смутила скорее графиня Изабелла, сильная и привлекательная женщина слегка за тридцать.
– Похоже, тебя что-то беспокоит.
Гуго подпер подбородок рукой:
– Возможно, девочку от женщины отделяет всего несколько лет, но что, если она умрет раньше? Мы лишимся ее приданого и упустим другие предложения.
– Придется пойти на риск, – признал его отец, – но Махелт Маршал не из болезненных. Все ее братья и сестры крепки, как боевые кони. – Глаза старшего мужчины блеснули. – Прекрасная порода!
Гуго сардонически фыркнул.
Его отец посерьезнел:
– Предложения лучше не будет.
Гуго знал, что хитроумие и здравый смысл сделали Роджера Биго ценным судьей и советником короля. По-видимому, отец взвесил все преимущества и недостатки предложения и подготовил ответы на любые вопросы Гуго.
– Я покоряюсь вашей воле, сир, – произнес он. – Мне известен мой долг перед семьей, и мои сомнения – не возражения.
Губы отца изогнулись в полуулыбке.
– И все же сомнения делают тебе честь. Я рад, что воспитал сына, который думает своей головой. Лорд Маршал желает заключить только помолвку и повременить со свадьбой, пока девочка не станет достаточно взрослой, чтобы исполнять все обязанности жены.
– Она будет жить с нами? – Тон Гуго был безучастным, но он втайне беспокоился, что придется жить с девочкой-женой, даже если в основном она будет находиться на попечении его матери.
– До свадьбы – нет, а это случится не раньше, чем она достигнет детородного возраста. Граф Пембрук предлагает заключить помолвку в Кавершеме после Великого поста.
– Как пожелаете, сир, – произнес Гуго с облегчением при мысли, что не будет сразу же обременен невестой.
Отец протянул Гуго свой кубок, чтобы тот его наполнил.
– Хорошо, в таком случае дело решено, не считая обсуждения мелких подробностей приданого и выкупа. Разумеется, король должен дать разрешение, но я не предвижу проблем. Он благоволит нам и ценит нашу поддержку. Я принял меры предосторожности и, учитывая любовь Иоанна к побрякушкам и чтению, приготовил для него драгоценности и басни Эзопа. Они должны привести короля в хорошее расположение духа.
– Есть ли новости из Нормандии?
Когда Гуго в последний раз был при дворе, король Франции Филипп совершал набеги вглубь страны, и под угрозой находились не только земли Биго неподалеку от Байё, но и значительно более обширные владения Уильяма Маршала.