Отсутствует
Шрифт:
– Да, врач - это Люси!
– Спотыкушка махнула влево.
– Она в той комнате.
– О, спасибо!
– поблагодарила я девочку.
– Ну, пока!
– Пока, Кайли!
Та с улыбкой помахала мне рукой и, пройдя мимо меня, направилась к двери, ведущей из домика.
Мы с Догмитом направились в соседнюю комнату. Это оказалась старая просторная комната. Здесь справа от стены, где находилась дверь, тянулась стойка, забросанная игрушками, листами бумаги,
Слева от входа стоял письменный стол с металлическими и деревянными ящиками, в которых лежали лекарства, инструменты и пыльные склянки.
В углу комнаты, рядом со старым матрасом, который валялся на полу, стояла старая медицинская кушетка. Она стояла прямо за посеревшей от грязи и пыли ширмой со старой клеёнкой.
С потолка свисала старая, но красивая довоенная люстра, а на стене возле ширмы я заметила плакат с буквами для проверки зрения. В комнате никого не было. Я прошла к стойке и взяла в руки мягкую коробку от голодиска и стала её рассматривать. В этот момент в дверях появилась девочка, в зеленом платье и белым платком на голове. В руках она держала стопку старых махровых полотенец.
– Можешь взять эти голодиски, если хочешь, - сказала мне девочка.
– Они тут никому не нужны.
– О, спасибо...
– только и сказала я.
Я посмотрела на диски. Сначала мне захотелось отказаться, но я передумала - мне стало интересно, что на них было записано, поэтому я скинула с плеч рюкзак и засунула голодиски а один из карманов.
– Ты из новеньких, да?
– взваливая полотенца на кушетку, спросила девочка.
– И судя по возрасту - не из местных. Наверное, это ты одна из дылд, про которых рассказывают Пенни, Сэмми и Бельчонок?
– спросила девочка, и я кивнула.
– Тогда ясно, почему Эр-Джей тебя впустил! Спасибо тебе и твоей подруге-дылде от всех нас! Меня зовут Люси, и я тут что-то типа всеобщей мамы.
– Люси усмехнулась, сложив руки на груди.
– Днями напролет целую болячки, чтобы зажили. Так что, - Люси пожала плечами, - если разобьёшь коленку, приходи ко мне. Ну и если тебе в лицо выстрелят или обгоришь по полной программе - тоже заходи, но тут я разве добрым словом помогу.
– О, спасибо, - протянула я.
– Ну и как же ты здесь со всем справляешься?
Люси улыбнулась.
– Ну, всегда есть какая-нибудь старшая сестра, которая знает, как наложить повязку и зашить порез, так что со всеми мелкими неприятностями мы разбираемся.
– Люси внимательно посмотрела на меня, поучительно указав пальцем вверх.
– А кто-то в свое время понял, что некоторые растения и грибки впитывают радиацию. Малышам, конечно, не нравится есть овощи, но им и болеть не нравится. Так и справляемся.
– А что это за грибки, которые впитывают радиацию?
– удивленно спросила я.
– Где вы их находите?
– Грибок растет здесь, у нас в пещерах, - сказала Люси.
– Этот грибок очень нужен, особенно, чтобы выводить небольшие дозы радиации, которые мы все получаем от воды. Грибок просто впитывает её.
– Люси грустно покачала головой.
– Но это не спасает от рахита, которым болеют самые младшие.
– Да, - отозвалась я с улыбкой.
– Я за этим и пришла.
Люси указала рукой на ящики.
– Тогда проходи, выбирай, что тебе нужно.
Я поспешила подойти к столу, где хранились медикаменты, и спустя десять минут я полностью закупилась нужными мне лекарствами. Попрощавшись с Люси, я покинула комнату, после чего вышла из домика в пещеру.
Я шла по пещерам.
Здесь везде стояли старые бочки, в некоторых из которых горел огонь, валялся какой-то мусор, и стояла старая мебель.
Со стен пещер свисала какая-то бахрома неизвестного растения, я сначала подумала, что это плесень, но не стала это проверять.
Я шла вглубь пещеры. Мимо меня постоянно бегали дети, а ещё тут было полно собак, очень похожих на Догмита - это были то ли овчарки, то ли лайки. Все они перенюхивались с Догмитом и весело виляли хвостом.
Собаки были дружелюбные, но я думаю, что как и Догмит, в случае опасности могли незамедлительно напасть.
Я была поражена уютом и приятной атмосферой, царящей в этом месте. Здесь моя израненная душа почувствовала себя немного лучше.
Надеясь найти торговца, я шла всё дальше и дальше. Наконец, я выбралась в большой пещерный зал, увешанный проводами с огоньками на потолке.
Здесь по всей площади пещеры торчали палки с фонарями, валялись старые бочки и какой-то хлам, собранный в кучи.
Магазин находился в строении, которое возвышалось на крепких деревянных балках. Это был старый домик с широкими окнами. Рядом с магазином была установлена огромная скульптура крота в шахтёрской шапке, в которой горел фонарь.
Прямо под скульптурой от земли до домика тянулась деревянная лестница. Вверху, над домиком крепилась огромная вывеска с надписью "Сувенирная лавка Барахольщика".
Я зашла в магазин.
Прямо напротив двери тянулась стойка, на которой лежали различные коробки с едой, была разложена посуда, и стоял кассовый аппарат.
На стенах в комнате висели порванные довоенные плакаты, а на стеллажах, стоящих вдоль стен, лежали коробки, еда, оружие и много чего ещё.
За стойкой стоял и скучал тот самый мальчик, на голове у которого была полицейская кепка.
Когда я зашла, мальчик сразу оживился.
– Новичок в городе, да?
– протянул он веселым голоском.
– Если МакКриди тебя впустил, значит есть за что.
– Я хотела ответить, но не успела. Мальчик отмахнулся и сказал: - Ладно, довольно формальностей: кто ты и как тебе удалось уговорить Мак-Криди?
– Я Кайли Смит, - представилась я.
– Мы с моим другом спасли Сэмми, Бельчонка и Пенни из Парадайз-Фоллз...
– О, - восхитился мальчик.
– Так это ты? Молодец! Я надеялся, что кто-то из вас прихватил оттудп добра перед тем, как уйти...ну, в качестве платы, что ли.
– Он поднял на меня блестящие глаза.
– Кстати говоря, я Барахольщик, держу тут лавку, в которой, между прочим, я собрал очень много всякой всячины, которую меняю на другую всякую всячину. Видишь, у меня тут тот ещё магазин!