Отступник
Шрифт:
– От кого вы пытаетесь спастись? – улучив момент, спросил Сенор у сидящего рядом Урода с клешней вместо руки.
– Мы проезжаем через Кладбище Стеклянного Леса, – процедил тот, показывая на окружавшие их со всех сторон голубые купола. – Никто не знает, чье это кладбище. Мы не строили этих гробниц. Они были созданы до того, как Дети Гриба спустились в Мургуллу...
Он помолчал немного, потом продолжал, понизив голос:
– Далеко не весь этот ярус принадлежит графу, – Урод улыбнулся недоброй улыбкой. В глазах его сверкнула ненависть. – За нами движется нечто... поверья зовут это Кладбищенской Крысой, но никто, кроме графа, не знает, что это такое.
Хотя скачка представлялась сидящим в карете хаотической, у нее была явно какая-то цель и всадники заметно приободрились, но тут скрежет когтей раздался прямо перед ними и верховые в ужасе спрятали лица, одновременно осаживая лошадей. Из-за деревьев к Сенору пришли отражения чего-то чуждого настолько, что он не мог бы даже представить себе, как выглядит существо, таившееся в Стеклянном Лесу, – если оно, конечно, вообще было существом.
Это было как присутствие камня, который узнаешь в темноте по его тяжести, или воды – по еле слышному журчанию, или движения воздуха – по едва ощутимым касаниям кожи...
В этот момент граф Тойнгха развернул свою лошадь.
– Скачите к замку! – крикнул он своим людям. – Я задержу ее!..
С этими словами он пронесся мимо них и исчез между деревьями.
Урод с клешней облегченно выдохнул и отвел взгляд от дороги.
– Я же сказал вам, что только граф видел Крысу и знает, что это такое. Говорят, у него соглашение с силами Зла. Лишь он один может договориться с Кладбищенской Крысой. Может быть, благодаря своему украшению, – он повилял в воздухе своей клешней, имитируя движения графского хвоста, и ядовито рассмеялся.
– Так почему он не сделал этого сразу? – спросила Истар.
Урод похотливо взглянул на нее и сказал громким шепотом:
– Может быть, условия соглашения не очень, гм, подходящие для графа, а?.. – Он откинулся на спинку сидения. – Во всяком случае, на этот раз нам повезло избежать встречи. Но вам ведь еще придется возвращаться, не так ли? Другого пути наверх из замка Грах нет.
Он насмешливо заглянул им в глаза, но тут Суо превратило свое лицо в крысиную морду – и Урод с клешней в ужасе отшатнулся. Истар засмеялась, наслаждаясь этой маленькой местью.
Они неслись через сумрачные поляны, под белыми, переплетающимися в воздухе ветвями, по едва заметным в темноте тропам, и мимо проплывали источавшие мертвенный свет гробницы. Сенор пытался запомнить дорогу хотя бы приблизительно, но это казалось совершенно невозможным: поворотов было слишком много, лес был слишком густым, и со всех сторон возникали выхваченные светом из мрака одинаковые, как яйца, купола гробниц.
Сенор потерял им счет, когда их нагнал граф Тойнгха на своей лошади, которой, казалось, была неведома усталость – так быстро она неслась. Лицо Тойнгха было столь же бледным и непроницаемым, как и раньше. Никто из всадников не повернул головы и не сказал ни слова.
Обгоняя карету, граф улыбнулся им своей ледяной улыбкой, как обязательный хозяин, отдающий гостям всего лишь долг вежливости. Но в этой улыбке было и нечто большее – обещание мести за утраченную часть неведомого богатства.
25. СЛЕПАЯ КОРОЛЕВА
Когда они выехали наконец из Стеклянного Леса, бледные кони повлекли карету
Он был вырублен прямо в скале, и острые иглы его башен носили лишь едва заметные следы вмешательства Детей Гриба в нечеловеческую архитектуру. Из множества труб поднимался к невидимой тверди густой жирный дым.
Слепые лошади, почуяв близость стойла, еще более ускорили свой неправдоподобно быстрый бег и вскоре отряд оказался перед подъемным мостом через глубокий ров, окружавший Грах. Многочисленная замковая челядь, поражавшая непривычный глаз разнообразием врожденных уродств, высыпала на мост поглядеть на пришельцев из Верхнего Мира, но скакавший впереди Тойнгха сделал властный жест рукой, заставив слуг в спешке удалиться.
Карета и всадники въехали на вымощенный камнем двор, окруженный со всех сторон вздымавшимися ввысь стенами замка.
Граф спешился, слуга с челюстями рептилии принял у него поводья слепой лошади.
– Вам покажут ваши комнаты, – бросил Тойнгха сидящим в карете. – Королева Мелхоэд примет вас завтра.
Они шли по замку Грах к той его части, где сейчас временно находился тронный зал Королевы подземелья.
Внутри замок поражал роскошью и незнакомым раньше Сенору великолепием. В отделанных камнем и металлами залах они встречали многочисленных придворных и слуг, живших здесь вместе со своей Королевой, но мысли их, чувства и вера не отличались разнообразием.
Гриб был их фетишем. Они поклонялись ему. Он олицетворял для них безличное столкновение природных сил, давшее толчок появлению первых Уродов, начало их времен, болезненные роды Праматери, в результате которых появились существа столь ущербные, и – все равно, – столь нелюбимые ею. Их ущербность делала это поклонение источнику своих страданий противоестественным, впрочем не менее странной была их любовь к своей Королеве. Сенор улавливал в здешней атмосфере намеки на эту любовь, смешанную с ненавистью и страхом. Повсюду – в украшениях вельмож, в предметах обстановки, в сумрачных гобеленах, в диких и ни с чем не сообразных статуях, в округлых изгибах колонн подземных покоев – была воплощена их Королева, но нигде не присутствовала явно, но лишь как часть целого, ускользающая тень, манящий запах.
Здесь тоже кое-где были машины, но бесшумные и изящные; машины, заменяющие магию и отсутствующие члены, поражающие своим совершенством, вобравшие в себя горечь и надежды своих создателей.
Сенор и его спутники приблизились к арке из черного камня, венчавшей вход в длинный полутемный зал. Холодный Затылок увидел мелькнувший впереди силуэт графа Тойнгха, перед которым почтительно расступались Придворные. Крысиный Хвост на мгновение оглянулся и одарил их злобным и беспокойным взглядом. Они вошли в тронный зал. Дети Гриба, сопровождавшие их, застыли в ритуальном столбняке. В глубине мрачного зала Сенор увидел высокий трон со спинкой в виде гигантского гриба. В тени этого гриба восседала Королева Уродов Мелхоэд. Она была одета в сети из драгоценного металла, чрезвычайно тонкой работы, на голове ее сверкал стеклянный обруч, в который вросли длинные волосы. Дама Нижней Земли была слепа, слепа от рождения, глаза ее не имели зрачков, белки поблескивали в узких щелях между почти сросшимися веками, но Сенор сразу же ощутил мощный натиск, обрушившийся на его мозг и опрокинувший почти все заслоны. Оправившись от неожиданности, он начал строить защиту, о которую должны были разбиться попытки Мелхоэд завладеть его сознанием.