Отступник

Шитова Наталия

– Он что, совсем один живет?

– Я всегда считал, что один, – буркнул Сергей с набитым ртом. – Впрочем, я уже ни в чем не уверен… Что это ещё за пацаненок у него? Какой-то подозрительный. Знаешь, мне кажется, что я не два года с братом не виделся, а по меньшей мере двадцать… Ты не пугайся. Валяй неплохой парень, только странный очень. Не зря его ещё в университете Валяй-ламой прозвали. Он тогда помешан был на своем дзен-буддизме…

– Это которые "Харе, Кришна" поют? – уточнила Лида.

– Нет, –

Сережа мотнул головой. – Эти, кажется, ничего не поют. Они размышляют и находят удовольствие в своей обыденной повседневности… Впрочем, лучше об этом спросить самого Валяя.

– Нет уж, не надо, – решительно сказала Лида. – Ни о чем спрашивать его я не буду. Он на меня волком смотрит.

Валяй спустился сверху и сел к столу.

– Я забыл предложить вам зелень. Серега, я знаю, траву не уважает. А вы? Может, попробуете? – обратился он к Лиде. – Это очень полезные целебные травы.

– Пахнут странно, – ответила она нерешительно, глядя, как Валяй перемешивает в глубокой тарелке влажное зеленое крошево.

– Пахнет речной масличный лук. Вообще-то это не совсем лук, луковицы у него нет, но листья полые и растут кустиком, – пояснил Валяй. – Он дает столько маслянистого сока, что никакая заправка не нужна. Попробуйте. Впрочем, вы меня не обидите отказом, поэтому не надо соглашаться из вежливости. Если вы здесь пробудете долго, я успею приучить вас к местной зелени.

– А что, есть шанс, что мы не пробудем здесь долго? – удивился Сережа и даже есть перестал. Обиделся. – Не пойму, гонишь ты нас, что ли?

Валяй отложил вилку и неожиданно, сбросив с себя напускной этикет, оперся обоими локтями о столешницу. Его темно-карие глаза заблестели, а худое лицо с выпирающими скулами и впалыми щеками вдруг посветлело и разгладилось. Улыбка у Валяй-ламы оказалась очень доброй и мягкой:

– Сережка, ты такое же чудо, как и прежде! Лысеешь, но не меняешься… Ну, с чего ты взял, что я вас гоню? Я очень по тебе соскучился. Поэтому удерживать я тебя здесь буду руками и ногами. Но под замок посадить тебя я не смогу, поэтому буду молиться, чтобы вы сами не решили уехать отсюда слишком скоро.

– Подожди, подожди, – перебил Сергей. – А что такое может нас заставить уехать отсюда раньше времени?

Валяй открыл рот, потом снова закрыл, задумчиво потрогал кончик своего носа и несколько напряженно улыбнулся:

– Да ничего такого нет…

– Кроме разве твоих вздорных шуточек, – насупился Сергей.

– Да Господь с тобой, братишка, – засмеялся Валяй, но тут же стал серьезным. – Я просто боюсь, что тебе или Лиде что-нибудь у меня не понравится, вы сбежите отсюда, и тогда я снова буду годами тебя ждать…

– Лидок, ты поняла? – Сергей повернулся к Лиде. – Все зависит от тебя.

– Боже мой, Сережа, я не

собираюсь уезжать, по крайней мере до завтра. Я так устала, что не сдвинусь с места, и до постели тебе придется меня нести.

– Это я всегда пожалуйста… – засмеялся Сережа.

Валяй усмехнулся, задержал взгляд на лице Лиды, потом взглянул на брата и спросил:

– А почему ты Бучу не привез? Куда ты его дел?

Бучей звался огромный сенбернар Сережи.

– С мамой оставил. Едва уговорил, – ответил Сергей. – Я и взял бы его, да Лидочка боится больших собак.

– Не боюсь, а не люблю. И не только больших, а всяких, – вставила Лида.

– Она считает, что не любит, а на самом деле боится, – подмигнул Сережа брату.

Валяй пытливо посмотрел на Лиду:

– А каких же животных вы любите?

– Черепах, – твердо ответила Лида.

– Почему? – глаза Валяя широко раскрылись.

– Спят по полгода, едят в день по листику, не лают, не кусаются, не дерут обои, их не надо выгуливать, не надо менять наполнитель в корытце. Практично и не хлопотно.

– И безрадостно, – добавил Валяй и в его глазах появилось сдержанное осуждение. – Признаться, собак я и сам сторонюсь, но черепахи…

– Да шутит она, – вступился за Лиду Сережа. – Дома у нее шикарный кот Филька, и несмотря на то, что он дерет обои и ест, как лошадь, Лидка его обожает.

– Вот как? – Валяй снова взглянул на Лиду. – Извините, как давно вы знаете Серёжу?

– Полгода, – ответила Лида. – А что?

Валяй неопределенно пожал плечами:

– Да ничего особенного. Просто подумайте хорошенько, прежде чем окончательно вскружить ему голову.

– Кто сказал, что мне вскружили голову? – фыркнул Сергей. – Почему вдруг ты, братишка, ставишь мне такой безвыходный диагноз?

Валяй в упор посмотрел на брата:

– По прежнему опыту. Ты возишь сюда только тех, кто по-настоящему задел тебя за живое…

– Ты что, дурак?! – ахнул Серёжка.

За столом воцарилось молчание. Наконец, Сергей швырнул вилку на тарелку и выпрямился, торопливо дожевывая то, что ещё оставалось у него во рту.

– Господи, я не подумал! – расстроился Валяй. Его ресницы виновато захлопали. – Не бери в голову, Серёжа.

– Кто тебя, придурка, за язык тянул? – яростно крикнул Сергей. – Опять издеваешься?!

– Да нет же, Сережа! – Валяй поднес к лицу сжатые вместе ладони и сокрушенно покачал головой: – Лида, простите меня, я не хотел!

– Идиот ты, Валяй! – закричал Сережа, вскочил и поспешно ушел в комнату.

– Как глупо я вас обидел… – проговорил Валяй. – Я, верно, совсем одичал здесь. Ой, как все скверно вышло…

Он развел руками и уставился на Лиду влажными, но словно бы настороженными глазами.