Отстойник
Шрифт:
— Мы от зверья точно не отобьемся, даже учитывая то, что я купил для каждого мечи и ножи. Еще пару копий прихватил. Звери рядом со стеной в основном пятого уровня. А дальше, в глубине пустыни, говорят, и двадцатиуровневого монстра можно встретить. Только уровни далеко не все. Если тобой решит перекусить туша килограмм под семьсот, то и от нулевки не объешься.
— У нас только одна надежда. До темноты добраться к развалинам башни. Она стоит километрах в двадцати отсюда. Прямо рядом с дорогой. Забраться на верх, там площадка уцелела и полуразрушенная лестница, ведущая к ней. Разжечь костер. А потом всю ночь молить
Глава тринадцатая
Мы идем по Африке…
Глава тринадцатая. Мы идем по Африке…
Это хорошо, когда все ясно и определенно.
— Изя, — поинтересовался я у генерала. — Ты марш-бросок по пустыне совершал.
— А как же иначе. Входит в обязательную подготовку всякого новобранца. Девушки двадцать километров, парни сорок. Я еще в учебке сержантом год прослужил. Прежде чем записаться на офицерские курсы. Так что исходил пустыню Негев вдоль и поперек.
— Ну тогда тебе и карты в руки. Вперед. Командуй.
— То есть на время перехода до развалин башни вся команда переходит в мое полное подчинение, — уточнил Изя.
— Ну да, — подтвердил я
Счастливая улыбка на лице генерала заставила меня усомнится в правильности этого решения. И я начал лихорадочно вспоминать, не осталось ли у Изи камня за пазухой по отношению лично ко мне. Вроде бы по приколам баланс нулевой, но кто знает, что на уме у этих вояк.
Все таки молодое, полное сил тело это истинное чудо. А ослы самые прекрасные животные на свете. Только благодаря своему обновленному телу и ослу по имени Кеша, так его Ника окрестила, мне и удалось преодолеть первый этап нашего марш-броска.
— Пять километров в хорошем темпе, потом привал на десять минут, — пояснил нам Изя. После чего заставил всех переодеться в шмотки купленный Гоги и лично проверил экипировку каждого.
Казалось, при чем здесь осел. Я же своими ногами топал. Да и вещами особо перегружен не был. Все очень просто. Этот садист, прикидывающийся моим другом, установил темп движения по самому медленному члену команды. И если бы не героизм благородного животного, которое всячески сопротивлялось многочисленным понуканиям и пинкам, скорость нашего передвижения возросла бы немерено. А этого и молодое тело не выдержало бы. Похоже, что остальные члены команды разделяли мою точку зрения. И тем не менее первый этап преодолели все. Даже Ника не словечком не пожаловалась на трудности. Я предполагаю, что на это у нее просто не осталось сил.
Не знаю, каким командиром был Изя в свою бытность службы в Израильской армии, но подозреваю, что память об этом у него давно выветрилась из головы и он просто копирует поведение сержантов армии США, третирующих новобранцев. Один в один, как их изображают в Голливудских боевиках. Вот и сейчас, пока мы все пластом лежим на голой земле и получаем от этого неземное наслаждение, Изя легкой походкой прохаживается между нашими полумертвыми телами (откуда только силы берутся?) и ведет воспитательную работу. В основном используя уничижительные прилагательные. Среди которых «сраные доходяги» вполне можно отнести к числу высокоинтеллектуальных.
А это что-то
Как мы прошли наш второй пятикилометровый этап, я просто не помню. Очнулся лежа на земле. В сознание меня привел спор между Никой и Изей. Генерал таки привел в действие свое обещание со стимулом и заставил осла ускориться. Что неминуемо, не лучшим образом отразилось на состоянии всех остальных. Теперь Ника гневно требовала от Изи немедленно прекратить мучить бедное животное.
В этом споре меня удивило только одно обстоятельство. Откуда Ника взяла силы, чтобы пререкаться на равных с Изей. И это вместо того, чтобы пластом валяться на камнях. Неужели любовь к животным так благотворно влияет на организм.
— Командир, ты как там, жив еще?- слабым голосом поинтересовался у меня Джон. Судя по источнику звука, он расположился где-то невдалеке. Вот только поворачивать голову, для того чтобы в этом убедится не было ни малейшего желания. Ничто не могло оторвать меня от созерцания совершенно пустого, подкрашенного в желто — багряный оттенок неба. Голубое светило опустилось ближе к горизонту и в поле зрения не попадало.
Не отвлекай меня звуки нарастающей перебранки между Изей и Никой, а теперь еще и праздное любопытство Джона, мог бы с твердой уверенностью заявить, что я впал в нирвану и полностью растворился в сущем. Поэтому в ответ на провокационный вопрос Ассасина демонстративно промолчал. Джона мое молчание не остановило.
— А тебе не кажется, командир, что ты погорячился, когда передал бразды правления этому садисту? По моим расчетам мы вполне успеваем добраться к месту до наступления темноты без этого надругательства над нашими телами и душами. Предлагаю объединить усилия и свергнуть тирана. А что бы не выглядеть при этом отъявленными слабаками, не способными выполнить нормативы солдата первогодки, подвести под переворот идеологическое обоснование. Например, под флагом защиты девиц и животных.
Джон оживал буквально на глазах. С каждым произнесенным словом его речь становилась все более внятной и в ней появились эмоциональные оттенки
— И Кеита нас в этом благородном деле поддержит.
— Нет, раздалось справа от меня.
— Как это нет? — искренне удивился Джон. — Почему?
— Изя все правильно делает, — буркнул японец.
— И это все, что ты можешь сказать в свое оправдание? — возмутился лидер несостоявшегося заговора. — Ты обоснуй свою позицию.
— Не буду.
— То есть как это не буду? Почему? — судя по звуку Джон попытался привстать, чтобы взглянуть на японца.
— Сил нет, — объяснил свое поведение Кеита и окончательно замолчал.
Ответ дал все тот же рейд-лидер. Оказывается, генерал давно освоил Интерфейс и свои действия соизмерял с его показателями. Обозвав нас всех, в том числе и девушку, кретинами конченными, Изя посоветовал заглянуть в собственные интерфейсы и поинтересоваться параметром Выносливость.
И снов сработал фокус с целевым мысленным запросом. Мой Интерфейс выдал: