Отшельник

Херд Мишель

Когда я вижу статую Будды, я спрашиваю: — Вы буддист?. —

Доминик качает головой. — Нет. Я агностик. — Он ставит мой багаж у подножия лестницы, сделанной из светло-коричневого дерева, а затем спрашивает: — Какую религию вы исповедуете? —

— Я не верю, — бормочу я, подходя к большому окну. — Я давно перестал верить в высшие силы. —

За окном виднеются деревья, а когда я вижу озеро далеко внизу в долине, мне остается только смотреть на захватывающий дух пейзаж.

Я не ожидал, что дом Доминика окажется таким

красивым. Если бы я был верующим, я бы подумал, что попал в рай.

Доминик встает рядом со мной, и это напоминает мне, почему я здесь.

Мы женаты.

Сложив руки вокруг себя, я отодвигаюсь от него. Я чувствую, как он смотрит на меня, пока я изучаю дальше.

В столовой стоит черный стол и шесть стульев. На стенах нет никаких произведений искусства, а каждый предмет мебели — это предмет, о котором можно сказать.

У этого человека хороший вкус.

Когда я захожу на кухню, Доминик говорит: — Я оставлю тебя, чтобы ты чувствовала себя как дома. —

— Куда ты идешь? — спрашиваю я.

— Принять душ и поработать. — Он махнул рукой в сторону ничего не значащих предметов. — Угощайтесь всем, что есть на кухне. Я положу ваш багаж в вашу спальню, которая находится на втором этаже. Вторая комната справа. —

Я смотрю, как он уходит, чувствуя себя мухой, которую заманивают в паутину.

— Чертовски красивая паутина, — бормочу я, подходя к холодильнику.

Я с удивлением обнаруживаю, что в холодильнике есть вода и различные соки. Я наливаю себе холодную воду и, делая маленькие глотки, заглядываю в прачечную.

Ни одна вещь не кажется неуместной.

Я открываю случайную дверь и смотрю на кладовку, которая по размерам легко сравнится с моей спальней дома. Вдоль стен тянутся полки с продуктами и прочими принадлежностями.

Боже правый, да мы здесь, в горах, можем месяцами не вылезать из дома.

Я слышал, что Доминик — отшельник, и теперь, когда я увидел его дом, это подтвердилось.

Зачем он привел меня сюда? Не может быть, чтобы я просто не раздражала его.

Я ни за что не поверю, что такой человек, как Доминик, ничего от меня не ждет.

По позвоночнику пробегает холодок, и я спешно покидаю кухню и поднимаюсь по лестнице.

Я прохожу мимо закрытой двери и направляюсь во вторую спальню. Когда я захожу внутрь, мой багаж аккуратно стоит у шкафа. Там стоит кровать королевских размеров, застеленная белым постельным бельем, на котором черным шрифтом нарисован горный хребет.

Здесь есть пустой стол и табурет, а также еще одна дверь, которая, как я полагаю, ведет в ванную.

Я закрываю за собой дверь спальни и, увидев ключ, быстро запираю ее, а затем подхожу к окну. Уставившись на завораживающий вид, я прикусываю зубами нижнюю губу.

Я не смогу оставаться в этой комнате вечно, и я не дура, чтобы думать, что запертая дверь не позволит

Доминику войти.

Только потом я понимаю, что Доминик выделил мне отдельную комнату. Он не настаивает на том, чтобы я делила с ним кровать.

Мои глаза расширились при этой мысли, и в груди затеплилась надежда.

До сих пор он делал все возможное, чтобы расположить меня к себе. Ближе всего к интимной близости мы подошли два раза, когда он поцеловал меня в лоб.

Я оглядываюсь через плечо на закрытую дверь. — Смею ли я ему доверять? —

ДОМИНИК

Приняв душ и надев черные брюки-карго и футболку, я отправляюсь в свой офис.

Зная, что Грейс где-то в доме, воздух кажется другим.

Я ввожу код безопасности, который открывает дверь, и, ступая в свой кабинет, автоматически включаю свет.

Я потратил миллиарды на то, чтобы отвоевать этот кусочек горы и построить дом по последнему слову техники. Мне пришлось обмазать немало пальм, чтобы все это произошло, но оно того стоило.

У меня есть еще один дом в Братиславе, которым я редко пользуюсь. Он нужен только для того, чтобы подстраховаться на случай, если кто-то будет искать меня на горе. Эвинка пользуется им, когда бывает в Словакии.

Мониторы на левой стене загораются, показывая разнообразную информацию и все камеры наблюдения в доме и вокруг него.

Я нахожу канал кухни и, не увидев Грейс, просматриваю другие каналы. Не найдя ее нигде, я предполагаю, что она в своей спальне.

Я не волнуюсь, потому что знаю, что Грейс не настолько глупа, чтобы пытаться спуститься с горы пешком.

Я сажусь за свой стол и достаю из кармана телефон. Заметив сообщения от Эвинки, я открываю чат и читаю их все.

Я нашел аэродром в Пуэрто-Агирре, где мы можем приземлиться. Оттуда до острова можно добраться на лодке за четыре с половиной часа. Я купил нам яхту.

Я заказал архитектору проект крепости. Он сказал, что строительство может начаться через месяц или около того, если мы готовы заплатить несколько взяток.

Вы хотите подождать и посмотреть, что сделает Йен, или мне стоит начать связываться с его покупателями?

Решив ответить через голосовое сообщение, я говорю: — Хорошая работа с аэродромом и яхтой. Заплатите всем, кому нужно, чтобы на острове началась работа. Я хочу, чтобы крепость заработала как можно скорее. — Я пристально смотрю на ее последний вопрос, а затем отвечаю: — Начните связываться с покупателями Девлина. Чем быстрее мы порвем с ним связи, тем лучше. —

Сначала я был готов позволить ему оставить себе пятьдесят процентов бизнеса, но после того, как он дал Грейс пощечину, все изменилось. Теперь я забираю все.