Отсчет
Шрифт:
– Но это действительно небезопасно для вас обоих, – подчеркнул я. – С Ди может остаться Мэтью.
– Ничего с нами не случится. – Доусон наклонил голову, запечатлевая поцелуй на лбу Бет, прежде чем бросить в мою строну предупреждающий взгляд. – Ты не должен был покидать колонию. Мы отправили тебя туда для твоей же безопасности. Если полиция увидит тебя или…
– Полиция меня не увидит. – Хотя для этих опасений имелись основания. Поскольку мы с Кэт оба считались пропавшими или сбежавшими, мое появление вызвало бы множество вопросов. – И
Доусон, казалось, сомневался.
– Ты не беспокоишься по поводу МО?
Я ничего не ответил.
Он тряхнул головой.
– Вот черт!
Бет рядом с ним переступила с ноги на ногу.
– Ты пойдешь за ней, разве нет?
– Его жизнь превратилась в ад, – резко вмешался мой брат, и когда я ничего не ответил, он выдал такое многоэтажное ругательство, что я был действительно впечатлен. – Черт, Дэймон, только я один знаю, что ты чувствуешь, но то, что ты делаешь, – безумие. И, кстати, как все же ты выбрался оттуда?
Шагнув вперед, я прошел мимо него и Бет направился на кухню. Так странно снова находиться здесь. Все было таким же – серые гранитные поверхности, белые приборы, ужасные украшения в силе кантри, которые Ди развесила на стенах, и тяжелый дубовый кухонный стол.
Я уставился на стол. Словно мираж, появился образ Кэт, сидящей на краю. Глубокая боль резанула по груди. Боже, я скучал по ней, меня убивало неведение, что же на самом деле случилось с ней или что они с ней делали.
Однако я вполне мог это представить. Я знал достаточно о том, что делали с Доусоном и Бет, и это причиняло физическую боль.
– Дэймон? – Он последовал за мной.
Я отвернулся от стола.
– Нам не нужен этот разговор, и я не в том состоянии, чтобы обсуждать очевидное. Ты знаешь, что я буду делать. Потому-то ты закрыл меня в колонии.
– Я даже не могу понять, как ты выбрался оттуда. Там же повсюду оникс.
Каждая колония имела домики, предназначенные для содержания Лаксенов, ставших опасными для нашего вида, или для тех, кого Старейшины не хотели отдавать человеческой полиции.
– Было бы желание, а способ найдется. – Я улыбнулся, когда он прищурился…
– Дэймон…
– Я здесь, чтобы кое-что взять, а потом уйду.
Я открыл холодильник и вытащил бутылку воды. Сделав глоток, я встал перед ним. Мы были одного роста, так что смотрели друг другу глаза в глаза.
– Ты же понял, о чем я. Не подталкивай меня к этому.
Он вздрогнул, но его зеленые глаза встретили мой взгляд.
– Я могу сказать что-нибудь, что могло бы изменить твои намерения?
– Нет
Он сделал шаг назад, потирая челюсть. Позади него Бет села на стул, сложив руки на животе, ее взгляд блуждал по кухне, однако не задерживался на нас.
Доусон облокотился на стойку.
– Тебя что, удерживать силой?
Голова Бет дернулась вверх, а я рассмеялся.
– Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься, младший братец.
– Младший братец, – хмыкнул он, но слабая улыбка обозначилась на его губах.
– На достаточное количество. – Я метнул бутылку из-под воды в мусорную корзину.
Доусон помолчал.
– Я помогу тебе, – через некоторое время произнес он.
– Черт, нет. – Я предупреждающе поднял руки. – Я не хочу твоей помощи. Я не хочу, чтобы кто-либо из вас был вовлечен в это.
Он решительно стиснул зубы.
– Чушь. Ты помогал нам. Это слишком опасно, чтобы делать все в одиночку. И если ты собираешься упорствовать и забыл, как сам еще недавно пытался удержать меня от того же, я все равно не позволю тебе совершить безумство.
– Извини, что старался удержать тебя. Теперь, когда я в точности знаю, что ты тогда чувствовал, я бы взял штурмом это проклятое место в ту самую ночь, когда ты вернулся домой. Но я не позволю тебе помогать. Посмотри, что произошло, когда мы были там все вместе. Я не могу беспокоиться еще и о вас, ребята. Хочу, чтобы вы с Ди находились как можно дальше от всего этого.
– Но…
– Не намерен спорить с тобой. – Я положил руки на его плечи и сжал их. – Я знаю, ты хочешь помочь. И ценю это. Но если действительно этого хочешь, не пытайся остановить меня.
Доусон закрыл глаза и нахмурился, в то время как грудь его резко вздымалась.
– Я не могу оставить тебя одного, так неправильно. Ты поступил бы так же.
– Знаю. Но я справлюсь. Всегда справлялся. – Я наклонился, прижался своим лбом к его лбу. Зафиксировав его лицо в ладонях, я понизил голос. – Ты только что вернул Бет и не можешь бросить ее, отправившись со мной. Ты нужен ей, а мне нужна…
– А тебе нужна Кэти. – Он открыл глаза, и в первый раз с тех пор, как на «Маунт-Уэзер» случилось все это дерьмо, в его взгляде читалось понимание. – Я знаю. Правда.
– Ты тоже ей нужен, – прошептала Бет.
Мы с Доусоном оторвались друг от друга. Он повернулся к ней. Девушка все еще сидела за столом, ее руки, лежавшие на коленях, нервно сжимались и разжимались быстрыми, повторяющимися движениями.
– Что ты сказала, детка? – спросил он.
– Он нужен Кэт. – Ее ресницы взметнулись вверх, и хотя ее взгляд был прикован к нам, она будто смотрела сквозь нас. – Вначале они будут много чего рассказывать ей. Они обманут ее, но то, что они сделают потом…
У меня было такое чувство, словно из комнаты выкачали весь кислород.
Доусон немедленно оказался рядом с ней, встав на колени так, чтобы она посмотрела на него. Потом он взял ее руки в свои и поднес к губам.
– Все хорошо, Бет.
Она следила за его движениями почти с благоговением, но в ее глазах разгоралось странное сияние, словно ее сознание было не с нами. Волосы у меня на затылке встали дыбом, и я сделал шаг вперед.
– Кэт не будет на «Маунт-Уэзер», – проговорила Бет, ее пристальный взгляд устремился куда-то вдаль. – Они увезут ее и заставят делать разные вещи…