Отрицание
Шрифт:
Честно, вылетело это у меня на автомате, я даже сама удивилась, что сказала это вслух.
— Придурком, значит, — он сверлил меня карими глазами, в которых уже не было веселья.
Вика и Артём переглянулись, а потом одновременно поднялись со стола.
— Спасибо за гостеприимство, — улыбнулась Вика, — мне уже пора идти домой.
Я тоже поднялась, выходя за ними из кухни, за мной поплелся и Влад. Молодые люди обулись, Артём протянул ключи от квартиры Влада.
— Мы немного убрались там, как смогли. Спишемся потом. Пока, Алиса, —
Я развернулась ко Владу, замечая, как возвращается на кухню.
— Эй, ты уходить не собираешься? — я шла за ним, скрестив руки на груди.
— Я еще чай не допил, — он снова уселся на стул и взял кружку.
— Вот допивай и проваливай, — пробурчала я, собирая пустые тарелки со стола и отправляя их в раковину. Возмущению моему не было предела.
— Ты грубая, — он улыбался. — И злая.
Я начала мыть посуду и не стала отвечать ему на эту реплику. Просто не хотелось с ним разговаривать, лучше сделать вид, что его нет.
Я почувствовала, как он подошел сзади меня и положил свою кружку в мойку, а затем поставил свои руки по обе стороны от меня. Я бросила тарелку и замерла. Вода лилась из крана так же быстро, как билось мое сердце. Затем его рука обвила мою талию, слегка прижимая к своему телу, а лицом он уткнулся в мою шею. Я схватилась за его руку, попыталась отодрать от себя, но не вышло.
— Что ты делаешь? — я уже практически не дышала.
— Ничего, — от его низкого голоса у меня по телу побежали мурашки.
— От…. Отпусти, — даже стала заикаться.
Я резко подалась назад, отодвигая парня от себя, развернулась к нему.
— Ты допил чай, так не соизволишь ли идти домой? — я хмурилась и психовала.
Он улыбнулся, затем дотронулся до моей щеки.
— Странно, температуры нет, а лицо красное, — заметив мою не очень хорошую реакцию, он добавил: — Ладно-ладно, ухожу.
Он улыбался и лукаво поглядывал на меня, пока выходил из кухни. А я так и осталась стоять на кухне, пока из крана лилась вода.
Часть 5
В тот вечер мама меня познакомила со своим другом, звали его Григорий Михайлович. На пять лет её старше, вполне симпатичный и солидный мужчина. Высокий, с благородной сединой и приятной улыбкой. По глазам мамы, я поняла, что он ей нравится. Как я поняла по их рассказу, познакомились они, когда Григорий Михайлович приводил свою матушку на приём в больницу, а мать моя была ее лечащим врачом. Между ними завязались отношения буквально сразу же, как-то Григорий Михайлович узнал номер моей мамы. Мужчина знал, как завоевать сердце красивой женщины. Ну, а я была совершенно не против их отношений, даже рада.
Близился новый год. Наши отношения с Владом были максимально странными. С того вечера в лифте мы практически не разговаривали с ним, виделись мельком. Его компашка упорно готовилась к защите, поэтому в универе появлялись редко. Да и я сама погрузилась в учебу. Но мысли так и возвращались к нему.
—
— А бывшая жена? — я хмыкнула, представляя, какое будет зрелище, если он позовет и её.
— Она умерла десять лет назад.
— Ой…. — я скомкала фантик от конфеты, — не знала….
— Да…. Так что скажешь? — мама поставила передо мной стопку горячих блинов.
Я быстро схватила первый и скрутила его так, чтобы удобнее было пихать в рот.
— Ну, я не против. Этот твой Григорий вроде ничего такой.
— Мне тоже нравится, — мама улыбнулась, мечтательно вздыхая.
Похоже, реально влюбилась. Иногда, я ей даже завидую, ведь у неё нет таких сердечных проблем как у меня. Она уже взрослая, состоявшаяся женщина, знает, чего хочет от жизни и кого хочет…. Вообще, мамка у меня самая лучшая….
— Тогда приготовь одежду на неделю. Можно покататься на лыжах.
— О-о-о, одобряю, — я одобрительно кивнула. Лыжи мне нравились. — Завтра сдаю зачет, потом свобода. Кстати, я думаю устроиться на подработку после нового года. Что думаешь об этом, мам?
— А не рано тебе? Вроде денег нам хватает.
— Просто хочу попробовать, — я вымыла стакан и поставила его сушиться. — Опыт хоть какой-то…. А то у меня и увлечений-то никаких нет.
— Ладно, посмотрим.
После разговора с мамой у меня, как ни странно поднялось настроение, хотя утром я была мрачнее тучи. Ночью снился эротический сон с этим придурком, после которого я проснулась вся потная. Даже во сне меня преследует.
Ларисы Николаевны видно не было уже несколько недель, чему я, несомненно, была рада. Благодаря ей, все бабки в доме знали, что я раздвинула ноги перед её сынком. Боже, бедненький Владик. Благо, за четыре месяца почти все забыли эту сплетню, и когда я проходила мимо соседей, на меня уже не так косо смотрели.
Накануне нового года я сдала все зачеты, собрала барахло на неделю и была готова выезжать с мамой к этому Георгию Михайловичу, но как назло, я подхватила простуду. И утром тридцать первого декабря проснулась с температурой. Мама сильно расстроилась, она хотела позвонить и сказать, что мы не приедем, но я её отговорила. Не хочу, чтобы из-за меня она упустила свою судьбу.
— Не могу оставить тебя в таком состоянии, — мама принесла мне отвар. — Еще и в Новый год.
— У меня всего лишь простуда. Температура уже спала, горло болит, но не критично. Поехать я с тобой не могу, буду только под ногами путаться и ныть. Лучше уж я дома поною, — я отхлебнула отвар.
— Но Новый год ведь…. Ты хочешь провести праздник больная в одиночестве?
— Всего лишь Новый год. Для меня как обычный день. Притом ко мне придут Регина и Ленка после двенадцати ночи. Так что одна я точно не останусь.