Отрицание Оккама

Абдуллаев Чингиз Акифович

Он снова облизнул губы и выжидательно посмотрел на Дронго.

– Я жду, – сказал гость, – если вы начали эту тему, то ее нужно закончить.

– Не знаю, какой гонорар вы получаете, но я потребую половину, – заявил Шмелев. – Я ведь сразу сказал вам, что знаю, кто организовал убийство Егора. Это сенатор Анвар Махметов. Только поэтому я так спокойно сижу и разговариваю с вами. Несмотря на все ваши попытки как-то меня поддеть или поймать на противоречиях, я точно знаю, что никогда не убивал и не пытался убить моего товарища. Даже несмотря на все его заморочки последних месяцев. А вот сенатор Махметов, у которого он увел жену,

человек горячий, южный, он не прощает подобных обид. Он и убил нашего друга. Вернее, приказал убить. Я не думаю, что он сам убивал. Это невозможно. И обратите внимание, что его не было на приеме в тот вечер. А он никогда не пропускает подобных приемов. Ведь там были министры, сенаторы, депутаты. Наконец, там был и Кирпичников, с которым их связывают тесные отношения. И вдруг он не приходит, а вместо него появляется его супруга. И алиби обеспечено.

– Мы уже говорили на эту тему…

– Но я не знал, что вам уже известно о наших разговорах с Егором. Я не знал, что Мила вам все рассказала. Тогда вы должны знать, о чем именно говорили Казбек и Егор в этот последний вечер. А если знаете, то должны понимать, что заказчиком убийства Егора мог быть только Анвар Махметов. Я прямо указываю вам на это обстоятельство с самого начала нашего разговора. Либо он послал убийцу, который отравил Егора уже на приеме в саду «Эрмитаж», либо приказал отравить любовника своей жене, и она его послушалась. В любом случае, зная о разговоре Казбека с Егором, можно сделать твердый вывод, что убийца – наш уважаемый член Совета Федерации.

Дронго не знал, о чем именно говорили Казбек Малхазов и погибший Егор Богдановский. Но он понял, что эта тема имеет отношение к мужу актрисы. Однако уточнять у Шмелева ему не хотелось. И не потому, что он боялся выглядеть недостаточно компетентным. Он собирался допрашивать Казбека, а Шмелев мог помешать этому разговору, заранее предупредив своего друга о подобном допросе. Следовало оставить Илью в полной уверенности, что его собеседнику все уже известно.

– Похоже, вы все время пытаетесь меня убедить, что в этом убийстве может быть виноват только Анвар Махметов.

– Ревность – ужасное чувство. Кажется, еще Шекспир показал нам, на что способен ревнивый и обманутый муж. И не забывайте, что, прежде чем задушить Дездемону, он приказал убить ее любовника. Шекспир был гениальный автор, он знал, как ведут себя обманутые мужья.

– Он не совсем приказывал, – возразил Дронго, – насколько я помню, там была и личная инициатива самого Яго. В таких случаях всегда есть подонки, готовые помочь. Но тут я как раз с вами согласен. Ревность действительно ужасное чувство. И вполне способное толкнуть человека на решительные действия. Значит, вы приехали на прием после разговора с Егором и больше с ним ни о чем не говорили?

– У нас разговор был днем, а прием был вечером, – напомнил Шмелев, – к тому времени мы уже успокоились и мило поздоровались друг с другом. Хотя, если честно, для себя я решил с ним поговорить. Так дальше нельзя было жить. Он становился чужим, не принимал участия в наших вечеринках, отказывался от общения с нами.

– Не хотел сидеть на полу и ждать, пока его укусит пчела? Или не собирался играть с вами в гольф по всей Москве? А может, Виола нужна была вам как очередная игрушка для клиентов, которых вы пугали голыми женщинами?

– Интересно, кто это вам все рассказал? – добродушно спросил Шмелев. – Наверное,

Гоцадзе, больше просто некому. Но в этом нет ничего необычного. Он вам еще и половины наших забав не открыл. Он не говорил вам о том, как мы отбирали «пары чистых» и «пары нечистых»?

– Это уже из Маяковского, – заметил Дронго, – вам нужно было поступать в Литературный институт.

– Значит, не говорил, – удовлетворенно кивнул Илья, – а игра очень простая. Мы едем в студенческое общежитие, где обычно много молодых людей и мало денег. А потом предлагаем им деньги за встречу. Большие деньги. Некоторые соглашаются, некоторые отказываются. Кто быстрее найдет «пару чистых», тот и выиграл. Иногда приходится платить и большие деньги, ведь не все соглашаются.

– Какую встречу? – не понял Дронго.

– Интимную, – пояснил Шмелев. – Кто быстрее сведет пару для интимной встречи. И учтите, что они получают не только удовольствие, но и деньги. Единственное и непременное условие – при этом должны быть свидетели. То есть мы. Которые тоже получают удовольствие. Хотя бы от созерцания такого зрелища.

Дронго поморщился:

– Я не ханжа, но, по-моему, это гадко. Несчастные студенты готовы за деньги на что угодно. Даже прыгать с крыши для вашей забавы.

– Почему несчастные? Они здоровые молодые люди. Мы выбираем самых красивых и самых спортивных. Вы смотрите по телевизору «Дом-два»? Там сводят людей в пары и показывают это по телевизору. И никто не видит в этом ничего аморального или оскорбительного. Мы делаем то же самое, только быстрее и на интерес. Победитель забирает все деньги. Здесь главное – вовремя найти девушку. Парни чаще всего согласны на любые условия. И не возражают против нашего присутствия. А вот дамы иногда стесняются. Такие современные игры, разве вам не говорили? Неужели вы никогда не слышали про «Бои без правил»? Это лучше? Когда убивают друг друга двое молодых людей. Неэстетично, дико, грубо и преследуется по закону как настоящее членовредительство и убийство. А теперь скажите – разве мы нарушаем какие-то законы? Мужчина и женщина хотят быть вместе, и мы им помогаем найти друг друга. Что здесь плохого? Только то, что мы наблюдаем за этим зрелищем, чтобы нас не обманули. Ну извините, мы платим деньги и имеем право проверить. Как говорят в Одессе, кто платит музыку, тот ее и танцует.

Дронго подавил в себе нарастающую ненависть.

– Эти ребята, которые от вас ушли, были не натурщиками? – уточнил он.

– Нет, – весело признался Шмелев, – они как раз создавали новые композиции для моего личного архива. Они любят друг друга, и у них нет даже подходящих условий для того, чтобы заниматься любовью. Я им отдаю свои комнаты абсолютно бесплатно. Единственное условие – их отношения фиксируются на пленку. Всем хорошо. Они получают удовольствие и деньги, а я пополняю свою фильмотеку. У меня есть настоящие шедевры. Хотите взглянуть?

Они смотрели друг другу в глаза.

– В другой раз, – сказал Дронго.

– Вы бы сейчас с удовольствием дали мне по морде, – заметил Шмелев, – это написано у вас на лице.

– Я бы не стал пачкать руки, – возразил Дронго, – продолжайте совершенствоваться в своих играх, господин Шмелев. Рано или поздно игра превращается в реальность. У вас ведь уже был случай, когда какой-то подонок сорвал вам игру. Не боитесь, что завтра найдется другой, который захочет добраться до организаторов этой игры?