Отразись в моих глазах

Дейн Люси

Тот отвел глаза.

–  Что-что… Какая разница? Ведь победишь ты!

Но Макс качнул головой.

–  Это еще неизвестно.

–  Не говори так, приятель, - сказали ему.
– Перед состязанием нужно настраиваться на успех.

–  Что я и делаю, - не поворачивая головы, обронил Макс.
– Но мне все же хочется знать, хотя бы предположительно, что будет, если в победителях окажусь не я?

–  Такого просто не может быть… - вновь завел кто-то, однако Макс поднял ладонь, призывая всех к молчанию.

Он по- прежнему сверлил Джонни взглядом, и тот в конце концов

произнес:

–  Если победит Фред Уилсон, тогда все наоборот - мы должны выставить парням из Престон-Виллидж бочонок эля… ну и закуску, конечно, тоже.

Макс хлопнул себя ладонью по бедру.

–  Так я и знал! Выходит, ты заключил пари?

–  Вроде того, - буркнул Джонни.

По залу вновь прокатился гул, перемежающийся отдельными выкриками:

–  Как, без нас?! Не посоветовавшись?!

Джонни удивленно вскинул брови.

–  Где же мне было вас искать? И потом, все произошло между делом. Знаете, как бывает: слово за слово и договорились.

–  Выходит, парни из Престон-Виллидж надеются получить бочонок эля?
– деловитым тоном уточнил Том Гизер, которому было абсолютно ясно: так или иначе эль приобретут у него.

Джонни кивнул.

–  Похоже на то. Но не дождутся. Правда, Макс?

Тот покачал головой.

–  Откуда мне знать? Я не ясновидящий. А тебе, прежде чем биться об заклад, следовало посоветоваться с ребятами. В какое положение ты их поставил? По твоей милости им светит перспектива выложить денежки в случае, если победу присудят не мне.

–  Никаких «если»!
– решительно произнес кто-то из завсегдатаев.
– Ты победишь - и точка!

–  Правильно!
– поддержали его остальные.

Макс только руками развел.

–  Вижу, вам не терпится отведать дармового эля…

–  И ростбифа!
– пискнул вертевшийся тут же меленький сынишка Тома Гизера.

Все рассмеялись.

–  Устами младенца… - обронил Джонни, потрепав Гизера-младшего по вихрам.

В зале вновь зазвучали веселые восклицания, смех. Потом пошли обычные разговоры, как будто все вопросы решились и обсуждать стало нечего.

Почему они так уверены, что победителем объявят именно меня?
– недовольно подумал Макс, обеспокоенный таким безоговорочным доверием, а также отсутствием сомнений в том, что честь деревни Лоубридж не будет посрамлена и главный его соперник Фред Уилсон заведомо обречен на поражение…

5

Эта мысль не давала ему покоя весь вечер, часть ночи и даже на следующий день, в разгар большого местного праздника, частью которого и было состязание кузнецов.

Лучше бы Джонни не заключал того дурацкого пари, думал Макс, тогда я чувствовал бы себя увереннее.

Стараясь не обращать внимания на окружавшую его празднично одетую публику и поворачивая клещи то так, то этак, он некоторое время наблюдал, как нагревается в пламени заготовка для подковы. Потом под пристальными взглядами двух наблюдателей от жюри - которому затем предстояло определить победителя - ловко переместил ее на наковальню и тут же ударил молотом. Суть данной части конкурса состояла в том, чтобы выковать металлическое

изделие с помощью минимального количества ударов.

На деревенской площади то тут, то там раздавался звон - пожелавших принять участие в соревновании кузнецов в этом году собралось даже больше, чем в прошлом. Разумеется, каждый из них надеялся стать первым.

Сколько у меня сегодня соперников!
– мрачно подумал Макс, между делом, вполуха, прислушиваясь к ударам по раскаленному металлу и оживленному гулу голосов, среди которых было много женских.

Кроме того, на заполненной людьми площади, в разных концах, играло сразу два музыкальных коллектива - маленький духовой оркестр и трое волынщиков, - поэтому шума хватало. Время от времени в нем возникали взрывы хохота и раздавался чей-то залихватский свист.

Однако, несмотря на царящее вокруг всеобщее веселье, настроение Макса трудно было назвать приподнятым. На него давило сознание ответственности перед односельчанами, которые связывали с ним большие надежды.

М- да, ловко Джонни заманил меня в ловушку!
– вертелось в голове Макса, пока он занимался подковой. Получается, хочу я этого или нет, а должен завоевать первое место, иного выхода нет. Парни никогда не простят мне, если я не оправдаю их надежд и не выберусь на самый верх. Ведь тогда им придется выставлять угощение для оравы фермеров из Престон-Виллидж. Но дело даже не в том, что наши должны будут раскошелиться. Это вопрос престижа. Молва о проигранном пари пойдет гулять по округе, и все окрестные деревни станут потешаться над нашей. Скажите, кому это приятно? А виноват во всем окажусь я, не Джонни. Хотя это ему взбрело в голову биться об заклад с парнями из Престон-Виллидж!

На мгновение оторвавшись от быстро остывающей подковы, Макс взглянул на веселые беззаботные лица окружающих - включая представителей жюри, - и в голове его уныло проплыло: что я здесь делаю? Стою, потешаю публику, как какой-нибудь балаганный клоун. Да еще на глазах у людей, собравшихся со всей округи. Нечего сказать, достойное занятие для уважающего себя человека!

Вообще Макс любил ковать - иначе его никто не затащил бы в кузницу, - да и участвовать в ежегодных состязаниях ему нравилось, но сейчас все было как-то не так. Мысль о том, что он непременно должен выиграть, отравляла настроение, которое в другой ситуации было бы праздничным. Ведь Макс участвовал в соревновании только потому, что ему это нравилось. Никаких обязательств он до сих пор на себя не брал. Но сегодня все было иначе, потому что Джонни поставил его в идиотское положение.

А тут еще к тому месту, где работал Макс, приблизился деревенский староста с громкоговорителем.

–  Прошу сюда, леди и джентльмены!
– провозгласил он скороговоркой, держа рупор у губ.
– Здесь площадка фаворита состязаний Макса Ричардсона! Живее, живее, спешите видеть, как работает кузнец, которому прочат победу в нынешнем состязании!

Макс поморщился. И этот туда же - прочат победу… Сговорились они, что ли?

А староста тем временем продолжал:

–  В особенности это касается дам! Прошу сюда, красавицы! Взгляните на мужчину своей мечты!