Отражения
Шрифт:
Уголки его губ чуть дернулись – тень улыбки была почти теплой.
– Я рад, что ты немного думаешь о других, милая, – тихо сказал волшебник. – Пожалуй, ты права. Я уже не так юн, чтобы спать на полу, а кровать, боюсь, для двоих тесновата. Если ты одолжишь нам свечу или фонарь, я буду благодарен, – сказал он уже Ренару. – И, надеюсь, никто не узнает, что леди Лидделл завела дурную привычку прогуливаться по ночным коридорам.
– Эй! – я аж подскочила с места и скрестила руки на груди.
Плед, конечно,
– Смею тебя заверить, – ответил Ренар, протягивая Кондору небольшой фонарик с кристаллом, – что среди дурных привычек леди Лидделл именно эта отсутствует. Спокойной ночи, милая, – улыбнулся он мне. – Ценю твое доверие.
В коридоре было темно, тихо и по-прежнему пахло деревом. Ахо так и остался где-то в тенях, зато на моем плече сидел Корвин, вцепившись когтями так, что не будь у халата плотного воротника, я бы заработала несколько новых царапин.
– Итак, о чем ты не хотела мне говорить, Мари? – спросил Кондор, когда мы оказались рядом с лестницей, ведущей на второй этаж.
Пальто висело у него на сгибе руки, лямка сумки была перекинута через плечо, фонарь он держал так, чтобы мы видели, куда идем, и не споткнулись о мебель или ступеньки.
– С чего ты взял, что я не хотела?
– С того, что приходить к кому-то среди ночи – правда не в твоих привычках. Кошмары?
– Почти, – я сделала первый шаг вниз, проигнорировав протянутую мне руку.
Потому что лучше сам за перила держись, придурок.
Корвин сорвался с моего плеча и исчез где-то во тьме коридора, мазнув крылом по щеке.
– Ты же помнишь правило…
– Рассказывать обо всем, что кажется мне подозрительным. Помню, конечно, – я вздохнула. – Присцилла знает и так. Твоего отца я сегодня не видела, а ты… а тебя я толком не видела последние несколько дней, – я пожала плечами. – Давай не будем делать из этого еще один драматический эпизод, хорошо? Твоя тетушка устроила мне испытание, я прошла его, погасив свечу магией, и переволновалась, только и всего.
– Вот как, – я не видела лица Кондора, только затылок и ворот сюртука, но мне показалось, что маг сощурился, как делал всегда, если не мог понять, нравится ему что-то или нет. – Поздравляю. А зажечь удалось?
– Нет, – я покачала головой. – Не удалось.
– Получится потом, – он открыл передо мной дверь и пропустил вперед. Я проскользнула настолько близко, что почувствовала запах табачного дыма и лакрицы. И вербены.
Когда дверь закрылась, Кондор протянул мне фонарь.
– Зачем? – не поняла я.
– Дальше сама, милая. Мне в другой коридор, и я обойдусь без кристаллов. Или тебе нужно прогнать чудовище из-под кровати?
Насмешка в его голосе не была злой.
– Нет уж, спасибо, сама справлюсь, – я взяла фонарь за металлическое кольцо. – В крайнем случае, огрею его канделябром.
В этот момент я почему-то заколебалась –
– Спокойной ночи, Кондор, – сказала я и зачем-то сделала книксен.
Он хмыкнул и одним движением руки сотворил в воздухе небольшой светящийся шарик, который тут же завис над его левым плечом.
– И вам спокойной, леди Лидделл.
ГЛАВА 2: Бедная девочка
В доме Габриэля нам никто не обрадовался.
Невысокая, сухая женщина с тронутыми сединой волосами посмотрела на меня так, словно она была воспитательницей в яслях, а я пришла сюда, чтобы втянуть вверенных ей детей в какую-нибудь нехорошую историю. Воровать яблоки, например, или шляться по заброшенным стройкам.
Она появилась словно бы из теней, как фэйри, вынырнула из-за какого-то угла, стоило мне моргнуть, и встала перед светлыми двустворчатыми дверьми, ведущими в комнату, куда нам всем было нужно попасть.
На Кондора эта женщина смотрела с еще большим недоверием. Она нервно дотронулась до жемчужной броши, прикрепленной к высокому, жесткому воротнику фиолетовой блузки, нахмурилась и сухо сказала:
– Доброго дня, Юлиан.
Он улыбнулся ей в ответ и покрепче сжал мою руку, словно без этого я бы не высунулась из-за его спины.
– Доброго дня, тетя Хеллен, – поклонился он. – Позвольте представить вам леди Мари Лидделл, она пришла проведать…
– Бриджет, – перебил его Габриэль. – Мы ненадолго, – добавил он виновато.
Тетя Хеллен нахмурилась еще больше:
– У вас четверть часа, – сказала она, скрестив руки на груди, и перевела взгляд с меня на Кондора. Взгляд ничего доброго не предвещал. – Врач был у нее с утра и сказал, что вам, молодой человек, стоило бы бережнее относиться к тому, кого касается ваша магия.
Пришла моя очередь хватать кое-кого за запястье и хмуриться.
– Никакой магии сегодня, тетя Хеллен, – сказал Кондор, не меняясь в лице. Он все так же улыбался, с какой-то деланной беспечностью мальчишки, которого пытаются отчитать за шалости, которые он сам шалостями не считает. – Но я поговорю с ее врачом, – беспечная улыбка искривилась лишь самую малость. – Тем более, как я помню, я сам же его и нанял. Пойдемте, леди Лидделл, посмотрите на вашу, хм, находку и убедитесь, что ей здесь не причиняют никакого вреда.