Отражение

Джиллиан Алекс

– Я думаю, что тебе пора жениться и завести детей, – заявила Анжелика, резко сменив тему. Его взгляд изменился. Холодный, отчужденный, замкнутый.

– Я никогда не женюсь, – Твердо заявил он. – У меня никогда не будет детей.

– Почему? – искренне удивилась девушка.

– Не хочу, чтобы они страдали. Роль отца не для меня.

– Ты можешь измениться, если захочешь, – осторожно предположила она.

– В том-то и загвоздка. Я не хочу, – пристальный взгляд, как выстрел. Лика задержала дыхание. Сердце упало вниз. Грустно. Обидно. Он

говорит правду.

– Ты можешь передумать. Человеку необходима семья. Он должен чувствовать, что его любят.

– Ты у нас психолог? Или просто излагаешь свои мысли?

– Это прописные истины.

– Не для меня.

– Ты не исключение, Максим…

– Не называй меня так, – глаза его сузились, ее обдало волной холода.

Почему? Макс, Максимилиан, Максим – вариации одного имени. Лика промолчала, поджав губы.

– Вернемся к разговорам о семье. Ты планируешь завести кучу спиногрызов и состариться рядом с тем смазливым парнем, который ждал тебя у колледжа? Неужели он так хорош?

– Я ему нравлюсь, – пожала плечами Анжелика. Вино развязало ей язык, избавив от привычной осторожности и немногословности. Сумасшедший день.

– И все? – Макс удивленно приподнял брови. – Я многим нравлюсь, но не испытываю желания …хм… превратить это в нечто серьезное.

– Многим нравятся твои деньги, а ты лишь приложение к ним. У меня нет ничего, а Никита все равно хочет встречаться со мной.

– А чего хочешь ты? – прямо спросил Макс. Синие глаза смотрели прямо в душу. Она сжала ножку бокала напряженными пальцами.

– Окончить университет, найти хорошую работу, выйти замуж. Быть счастливой. Ничего нового ты не услышишь. Я тоже не исключение.

– Отец сказал, что ты выявила желание продолжить обучение в Москве, – выстрелил он. Лика съежилась, побледнела. Она не ожидала, что Эдвард выдаст ее. – Ты скрывала от меня. И сейчас лжешь. Почему?

– Я пока не уверена. Не хотела, чтобы ты очередной раз посмеялся надо мной.

– Я сейчас смеюсь?

– Нет, – покачала головой Анжелика.

– Собиралась уехать от меня? Не попрощавшись? Поставить перед фактом, после всего, что я сделал для тебя? – холодный упрек в его глазах. Лика изумленно заморгала.

– От тебя? О чем ты говоришь? Ты сам говорил, что через год купишь мне квартиру. Ты должен радоваться, что я сэкономлю твои деньги и вернусь в Россию.

– Ты можешь сделать это прямо сейчас, – расслабленно откинувшись на спинку стула, лениво проговорил Эванс, скользя по ее лицу непроницаемым взглядом. – Я куплю тебе билет. Я устрою твой перевод в МГУ. Сниму или куплю квартиру в Москве.

– Не терпится избавиться от меня?

– Тебя это огорчает?

– Да, – искренне ответила девушка. Его взгляд замер. – И нет. Я не готова принять твое предложение.

– Почему?

– Я снова буду зависима от тебя. Устала быть содержанкой.

– Глупо. Глупо отказываться. Тебе повезло, что я не оставил тебя тогда в Москве, – последняя фраза резанула прямо по сердцу своей жесткой интонацией.

– Думаешь,

я не знаю? Не понимаю? Думаешь, я не встаю каждое утро с тяжелым ощущением бессилия? Я ничего не могу сама. У меня нет ничего и никого. Только ты, и твоя жестокая щедрость. И я хочу это изменить, Макс. Хочу оправдать каждый доллар, вложенный в меня. – Ее горячая речь иссякла. Она не хотела смотреть на него. Он причинял ей боль. Просто своим присутствием здесь и сейчас, безжалостными, но правдивыми словами. Постоянно причинял боль, но она обязана ему, как никому другому в этом мире. Что может быть хуже? Хуже золотой клетки, из котрой нет выхода.

– Уверен, что тебе представиться возможность, – ответил Макс нейтральным тоном. Она кожей ощущала его пристальный тяжелый взгляд. – Мне легко с тобой. Это правда. Ты послушна, молчалива, прилежна. Ты хорошо учишься, и почти … не доставляешь хлопот.

– Но я обуза. Раздражаю тебя, – шмыгнув носом, проговорила Анжелика

– Не без этого, – усмехнулся он. – Такой уж характер. И не считай меня предвзятым. Спроси у любой моей подчиненной, и она расскажет, каким я могу быть злым и раздраженным.

– Но я не подчиненная, – слабо возразила девушка. Он равнодушно повел плечами, заправил за ухо упавшую на лоб прядь. Она проследила за этим обыденным жестом. Он не стриг волосы коротко, по утрам ходил лохматый, но выглядел … мило. Молодо. И блондинкам тоже нравились его волосы, они постоянно прикасались к ним. А она, прожившая с Максом четыре года под одной крышей – ни разу.

– А какая, по сути, разница, крошка? Ты, можно сказать, получаешь зарплату, – иронично отметил Эванс. Она смотрела на его волосы. Вот бы вцепится в них. И вырвать на фиг.

– Раз так, то судя по времени, мой рабочий день подошел к концу, – вздернув подбородок, Энжи с вызовом улыбнулась. – И мне пора спать.

Макс криво усмехнулся, залпом высушив бокал вина.

– Ты права, – взглянул на золотые именные часы на своем запястье, – Ко мне должна прийти подруга. Ты не очень расстроишься, если я угощу ее твоим замечательным ужином?

– Мне абсолютно все равно, – выговорила девушка, но в груди что-то болезненно сжалось. Еще одна блондинка, которая будет трогать его волосы, лицо, пить вино с его губ, есть ужин, который приготовила Анжелика. Стонать на весь дом полночи, пить кофе с утра в его футболке или вовсе без нее.

– Все было вкусно. Спасибо, Энжи, – он почти вежливо улыбнулся. – Ты можешь быть свободна.

Они столкнулись в холле. Анжелика и блондинка. Красивая и утонченная. Породистая, как говорил Макс. Лика видела ее раньше. Новая секретарша Эванса. Он уволит ее, как только она ему надоест. Энжи не было жаль. Однажды она попыталась предупредить одну из блондинок, но была осмеяна. Каждая думает, что может стать последней и единственной. Но только Анжелика знала, что такой женщины не существует в природе. Максу никто не нужен. Он живет в своем микрокосмосе, не желая его делить с кем-то еще.