Отражение
Шрифт:
Я натянуто улыбнулся.
Ди замялась, а потом шагнула ко мне, привстала на цыпочки и чмокнула меня в щеку.
– Я тебя люблю, даже когда ты вредничаешь. Просто хотела, чтобы ты знал.
Я усмехнулся, приобнял Ди за плечи и прижал к себе.
– Ты тоже не подарок, но и я тебя люблю. Даже когда ты болтаешь всякую чушь и бесишь меня.
Ди шлепнула меня по руке и улыбнулась.
– Только не задерживайся.
Я кивнул, и Ди буквально влетела в дом. Я проводил ее взглядом. Сестра вообще редко что делала медленно. Энергия всегда била из нее ключом. А вот Доусон был спокойным. Я же – тут я усмехнулся – всегда
Мы были тройняшки.
Теперь нас осталось только двое.
Некоторое время я глазел на то место, где только что стояла моя сестра. Она – единственная на свете, кто мне по-настоящему дорог. Потом я снова уставился на соседний дом. Даже не буду себя обманывать. Едва Ди узнает, что там поселилась девушка, тут же прилипнет к ней, словно ракушка к днищу старого корабля. Против моей сестры никто не устоит. Она добрая, веселая и всех любит.
Мы живем среди людей, но стараемся держаться от них подальше по миллиону разных причин. И я не допущу, чтобы Ди совершила ту же ошибку, что и Доусон. Брат погиб по моей вине, но с Ди такого не случится. Я сделаю все, чтобы она была жива и здорова. Все, что окажется правильным.
Глава 2
Я прижался лбом к стеклу и тихо выругался, в основном потому, что снова смотрел на соседский дом. И ждал. Я стоял и ждал. Были, конечно, занятия и поинтереснее. Например, биться башкой о бетон. Или слушать, как Ди в мельчайших подробностях описывает каждую черту характера каждого парня из группы, которая ей нравится.
Я отвернулся от своего объекта, зевнул и потер подбородок. Черт побери, прошло уже три дня, а я до сих поверить не мог, что в соседнем доме поселились люди. Бывает, конечно, и хуже, подумал я. Нашим соседом мог оказаться парень. И вот тогда мне пришлось бы запереть Ди в ее комнате.
Или это могла оказаться девица, похожая на парня. Что, конечно, было бы лучше, но эта на парня совсем не похожа. В ней нет ничего особенного, напомнил себе я, но назвать мужеподобной было никак нельзя.
Взмахнув рукой, я включил телевизор и переключал каналы, пока не наткнулся на повтор сериала «Охотники за призраками». Эту серию я уже видел, но обожал смотреть, как люди выбегают из дома, потому что им якобы привиделось, как нечто светится в темноте. Я развалился на диване, взгромоздив ноги на журнальный столик, и постарался выбросить из головы девицу с не самыми некрасивыми загорелыми ногами и офигенной задницей.
Я видел ее всего два раза.
Первый, разумеется, в тот день, когда они приехали и я, как дурак, издалека помогал ей перетаскивать вещи. Так бы и врезал себе за это по яйцам. Ей-то, конечно, было невдомек, что это я облегчил вес коробок, чтобы она не упала, но мне все равно не надо было этого делать. И я это прекрасно понимал.
Второй раз я видел соседку вчера. Она выбежала к машине и достала из салона стопку книг. Лицо ее озарила широченная улыбка, как будто в руках у нее была не падающая башня из толстенных переплетов, а миллион баксов.
Ничего хорошего в этом не было. О чем я только думал? Вообще ничего хорошего.
В доме стояла страшная жара. Наклонившись вперед, я стащил с себя футболку, отшвырнул в сторону и рассеянно потер грудь. С тех пор, как в соседнем доме поселилась эта девица, я постоянно
Стоп. Я видел ее не два, а три раза, считая вчерашнюю ночь, когда я глазел на нее в окно.
Да уж, мне точно пора выйти из дома и заняться каким-нибудь делом. Желательно таким, чтобы семь потов сошло.
Не успев опомниться, я пронесся через комнату и снова очутился у окна. Опять. А почему – даже думать не хотел.
Я отдернул занавеску и нахмурился. Мы ведь с той девушкой даже еще и словом не обмолвились, а я уже подглядываю за ней, как маньяк какой-нибудь, и жду… да, собственно, чего? Как она снова выйдет из дома? Или я так готовлюсь к неизбежной встрече?
Видела бы меня сейчас Ди – каталась бы по полу от смеха.
А если бы меня сейчас видела Эш, точно выцарапала бы мне глаза, а моей новой соседке дала бы такого пинка, что та улетела бы в космос. Эш с братьями прибыли с Лакса примерно тогда же, когда и мы, и у нас с ней завязались отношения, скорее, потому что мы оказались рядом, а не по большой любви. Несколько месяцев назад мы расстались, но я знал: Эш все еще надеется на то, что рано или поздно мы с ней будем вместе. Не потому что я ей очень дорог, но от нас этого ждут… ну и, наверно, ей не хочется, чтобы я встречался с другой девушкой. Признаться, Эш мне все же небезразлична, тем более что мы с ней и с ее братьями знакомы сто лет.
Краем глаза я уловил какое-то движение и, повернув голову, увидел, что кто-то закрыл противомоскитную сетку на двери широкой веранды напротив. Черт.
Я перевел взгляд и увидел, что девушка сбегает по ступенькам крыльца.
Интересно, куда это она собралась. Здесь и заняться-то особо нечем, да и едва ли у нее уже появились здесь знакомые. К ним тоже никто не приезжал, только ее мать то приходила, то уходила в самое разное время.
Девушка остановилась перед машиной и вытерла руки о шорты. Мои губы тронула легкая улыбка.
Вдруг она повернулась и зашагала в сторону нашего дома. Я замер, вцепившись в занавеску. Не может быть. Она идет сюда? Но с чего вдруг? Она ведь даже не знает, что здесь живет девушка. Так почему тогда…
Ну надо же, она правда идет к нам.
Я отпустил занавеску, попятился от окна и повернулся к входной двери. Закрыл глаза, считая секунды и вспоминая о том, чему меня научила история с Доусоном. Люди для нас опасны. Уже тем, что они рядом. Общаясь с ними, мы рано или поздно оставляем на них след от Источника. А учитывая, что Ди норовит подружиться со всем, что дышит, эта девушка может оказаться в опасности. Она живет в соседнем доме, и мне не удастся проконтролировать, сколько времени они с Ди проводят вместе.
Ну и еще то, что я за ней следил. Это тоже может оказаться проблемой. Я сжал кулаки.
Я не позволю, чтобы мою сестру постигла участь Доусона. Я не переживу, если Ди погибнет. Именно люди погубили Доусона: Аэрумов к нему привела девушка. С Лаксенами это случается сплошь и рядом. Не всегда по вине людей, но результат всегда один и тот же. Я не позволю, чтобы кто-то, намеренно или нечаянно, поставил Ди под удар. Какая разница? Я вскинул руку, едва не швырнув журнальный столик в стену, но вовремя опомнился и успел его остановить, прежде чем он в нее врезался. Я глубоко вдохнул и поставил столик на место.