Отпусти... Нам нельзя
Шрифт:
В четырнадцать я тоже плакала по Стёпе, но… не было той обжигающей боли в груди, не было еле сдерживаемого желания крушить все вокруг. Тогда мне было, скорее, обидно… за то, что выставил, что не ответил на чувства, не позволил быть рядом. Тогда я тоже страдала, но та боль и эта, которая раздирает меня изнутри на части…
В тот момент, когда за Денисом закрылась дверь, я дико хотела бежать за ним, спросить за что и почему он так поступает со мной. Я бы поняла его ненависть, его нежелание принимать меня в своём доме, но зачем
Я не знаю, в какой момент стала настолько зависимой от этого парня, но я уже боялась того, что испытывала. Нет, не потому что не хотела, а потому что боялась. Он не был обычным парнем из книг, романтиком, тем, кто будет гулять с девушкой под луной, читать стихи и носить на руках. Он был, скорее, эдаким авторитетом, тем, по которому плачут по ночам в подушку и за которым бегает половина девочек из школы.
Влюбиться за две недели… как глупо…
Только сейчас осознала, что прошло не так много. Всего две недели назад я потеряла маму, приехала в новый дом, встретила ненавистного мне братца.
Чем больше я размышляла, тем больше склонялась к мысли, что я полюбила его сразу, как только увидела его полные ненавистью глаза, услышала его презрительный голос, почувствовала его руки на своей коже, губы…
Уже тогда я летела как бабочка на огонь, не осознавая, что опаляю крылья. Да и откуда мне было знать, что любовь появляется так быстро? Я всегда думала, что нужно знать человека, его привычки, знать о нём всё, начиная с того, что он любит есть и заканчивая увлечениями, хобби, названием любимых книг. Что я знала о Денисе?
Только то, что он самоуверенный, дерзкий, наглый и безжалостный. Я не знала, что он любит есть, название его любимой книги, если он вообще читает. Ни названия любимой группы, песни, ни увлечений. Я ничего о нём не знала, но когда он был рядом, я мгновенно расплавлялась, становилась мягкой, чувствовала его всем телом. Наверное, это и есть любовь. Внезапная… всепоглощающая и… болезненная.
Стёпу я любила, но не так. Он был прав… это привычка. Он был рядом несколько лет, воспринимал и поддерживал меня как старший брат. Наши мамы дружили, помогали друг другу, да и мы сблизились, он защищал меня от обид, давал советы, а я… думала, что влюбилась. Конечно, взрослый парень возиться с тобой, помогает и поддерживает, друг.
Именно им он и был… другом. Как жаль, что я поняла это только сейчас, влюбившись в другого. Послушай я Стёпу тогда, мы бы продолжили общаться и я бы не лишилась его поддержки, хотя… кто знает, может это и к лучшему.
В дверь позвонили, а я была не в силах встать. Внезапно осознала, что я так и не закрыла двери. Услышала, как повернулась ручка, и в груди разлилось липкое чувство страха.
— Вита? — я
Чувство страха ушло на второй план. Стёпа.
— Я здесь, заходи, — крикнула из кухни.
— Что ты делаешь на полу? — первое, что спросил Стёпа, появившись в дверном проёме.
— Сижу, — пожала плечами я.
Он подошёл и пристально взглянул на меня.
— Где Денис? Он тебя обидел?
— Нет, — я мотнула головой. — Я из-за бабушки плакала, а Денис… домой поехал, наверное.
— Ну что ты, — Стёпа уселся рядом со мной, обнимая за плечи. — Иди сюда, маленькая, с бабушкой всё будет хорошо.
На глаза снова навернулись слёзы. Я никогда не могла сдержаться, когда меня жалели. Когда кричали не плакала, никогда не плакала, а когда вот так нежно прижимали к себе… ревела.
— Ты ведь не из-за бабушки плачешь, да маленькая? — я согласно кивнула. — Видишь, как оно. Я ведь говорил тебе, что не любишь ты меня, что это привязанность только. А я тебя любил… и сейчас люблю.
Я отстранилась, вставая на ноги.
— Почему ты пришёл?
— Не поверишь, но приревновал. Я видел, как он на тебя смотрел.
— Как? Он меня ненавидит, — горько усмехнулась я.
— Возможно, но ты же помнишь, что я говорил когда-то?
— Помню. Ненависть всегда рядом с любовью. Так?
— Да, так, маленькая.
— Тогда почему? Почему он так поступает? Почему заставляет ненавидеть его?
Стёпа пожал плечами, давая понять, что тоже не знает.
— Откуда у тебя такая машина? — задала я вопрос, который меня волновал.
— Я устроился на работу водителем к одному богатому бизнесмену. Однажды я спас ему жизнь… ну и вот…
— И всё?
— Он был благодарен. Подарил мне часть акций в его компании. У меня и квартира своя есть. Думал, что приеду за тобой, заберу к себе. Не сейчас, конечно. Я хотел твоего восемнадцатилетия дождаться.
— Стёпа, — неуверенно начала я. — Прости, но я…
— Я знаю, Вита. Видел, как ты на Дениса смотрела. На меня так никогда не смотрела. Друг я тебе.
— Друг, — я кивнула. — Давай выпьем чаю.
Мы пили чай и разговаривали обо всём, что произошло в нашей жизни.
— А я и так о тебе всё знаю, Витусь. Я всегда неведомо следил за тобой. Кстати, как так получилось, что Денис твой брат?
— Он не брат. Он приемный сын моего отца.
— Тебя отец к себе забрал? Не знал.
— Всего две недели назад.
— А мама что? Не против?
Я уставилась на Стёпу.
— Нет мамы. Умерла она. Две недели назад.
— Боже, я не знал.
Я посмотрела на Стёпу, не понимая, что за игру он затеял. Говорит, что следил за мной, а о матери не знает. Мама же не две недели назад заболела и даже не месяц. Если следил, знал бы. Возможно, ему не сказали, он же обо мне спрашивал, а не о матери.
В дверь снова позвонили.
— Я открою, — Стёпа поднялся, направившись к двери.