Отношение

Велимера

— Я же вам говорил, она не слышит, — раздалось от дверей.

— Да откуда вам знать? — привычно ответил я.

— Вчера было ровно три года, как она в коме, — лечащий врач подошел к постели и проверил показания приборов.

— Уж извините, я не праздновал, — фыркнул я, все так же сжимая кисть жены в своих руках.

— Я к тому, что, может быть, уже…

— Вот только не надо снова! — я вскочил, возмущенный. — Олеся жива? Жива. Значит, очнется! Все! — мысленно глубоко дыша, я снова присел.

— Подумайте о вашей дочери, ей же через год в школу, это деньги…

—

Вы что, хотите убить мою жену? — тихо и угрожающе поинтересовался я.

— Нет-нет, вы не так меня поняли! — замахал руками врач.

— Вот и не надо тут мне тогда, — я уткнулся лбом в матрас и закрыл глаза.

Деньги — не проблема. Все ее лечение оплачивает шеф, не вычитая из моей зарплаты. Хотя, это мою зарплату можно было бы вычитать из суммы, ежемесячно выкладываемой Степаном Артемовичем. Сказал, буду возвращать преданностью. Да я рвать зубами глотки готов за то, что он для меня сделал! Вернее, не “за то”, а “потому”. Он сделал это не потому, что хотел моей преданности, а потому, что мы практически друзья.

Вспомнилось, как я, едва выписавшись из больницы со своими переломами ребер, хреначил со всей силы кувалдой байк за миллион, на который копил всю жизнь. Этот железный монстр едва не убил мою жену. Потом в дело пошла болгарка, меня пару раз тряхнуло током… А потом шеф, наблюдавший за экзекуцией, сказал, что лучше бы я его продал и вложил деньги в лечение любимой. А когда я нервно рассмеялся со словами, что на такую дорогую вещь покупателя найти непросто, этот бывший бандюган просто протянул мне готовый договор купли-продажи, где была указана цена, в пять раз большая, чем стоит новый такой мотоцикл. Этого хватило на операцию в австрийской клинике и на первый год комы уже на родине. Может, он и тот еще ублюдок, но друг он охуительный, никогда не забуду то, что он для меня и моей семьи делал и делает.

Комментарий к

Маленькая, но хотелось рассказать историю Стаса без романтических перепалок основной парочки.

========== Часть 8 ==========

POV Степанида

Меня разбудило громкое:

— Стеша!

Я резко села, потирая глаза закованными руками, Степа приподнялся на локте и глянул на экран телефона.

— Что-то он долго… — буркнул брюнет, а по ступенькам уже топали чьи-то ноги.

Подозреваю, это мой сводный братик за мной пришел.

— Стеша! — и правда, сей блондинистый двухметровый каратист ворвался в спальню во главе небольшой группы парней с серьезными пушками. — Стешенька, девочка моя…

Я едва не расплакалась, протягивая к брату руки.

— Медленно работаешь, — Степан встал и потянулся, пока Макс ощупывал меня со всех сторон и охал, как наседка.

— От тебя я этого меньше всего ожидал, старый изврат! — рявкнул Максим, пока один из вооруженных мужчин ковырялся отмычкой в замках наручников. — Даже и не подумал шифроваться, сукин ты сын!

Если сейчас Максик заведется и полезет выяснять отношения с моим обидчиком, я домой попаду через пару суток…

— Воу, мы оба не знаем мою мать, так что не уверен в состоятельности этого обвинения, — рассмеялся Степа, наливая себе в стакан явно что-то крепкое, — виски будешь?

И чего

он такой спокойный? Мне, например, страшно немного оказаться между двух огней.

— Я сейчас твою кровь пить буду, ублюдина! — процедил Макс, чуть ссутуливаясь, как всегда делал перед атакой.

Щелкнул, открываясь, второй “браслет”, и я бросилась блондину на шею:

— Максик, поехали домой!

— Подожди, сестрёныш, я сейчас этому ублюдку перее-э… Втащу, и пойдем домой, — брат попытался меня отодвинуть, но я вцепилась в него клещом — боюсь за своего сводного, мало ли, что таится за спокойствием брюнета, с ехидной улыбочкой потягивающего, кажется, опять виски.

— Ну, я хочу домо-ой! — заканючила я, зная, что он не сможет сопротивляться. — Да и не обижал меня особо Степашка, — за спиной раздался звон стекла, — честно-честно!

Лишь бы у Максика крышу не сорвало, иначе его никто не удержит.

— Степашка? — явно сдерживая смех, выдавил Макс. — Не, ну как тебя только не называли, но Степашкой!.. — откинув голову, он рассмеялся в голос, обнимая меня за талию.

— Вот же негодница, — фыркнул Степан, — я тебе это еще припомню!

— Но-но! — сразу посерьезнел Максим.

— Не нокай, я тебе не конь! Забирай девчонку и вали, пока я добрый! — отрезал брюнет, наливая себе новую порцию в другой стакан. — И бате моему отчитаться не забудь, верная болонка.

— С-сука! — прошипел брат. — Ладно, уходим.

Молодые люди организованно вымелись из комнаты, следом меня вытащил Макс, подхватив на руки. Он и не подумал притормозить в прихожей, а я не стала напоминать о своей обуви — последнее высказывание Степы явно разозлило старшего, так что я помалкивала в тряпочку. И радовалась, что этот пиздец кончился. Меня поругают, польют слезами, насильно покормят и спать в кроватку уложат. И телохранителя, скорее всего, приставят.

— Прости, — вдруг негромко попросил он уже в лифте.

— За что? Ты же забрал меня домой, — я потерлась лбом о его щеку, крепко обнимая за шею.

— Я не имею права даже смотреть на него, не говоря уже о том, чтобы вламываться в квартиру и угрожать, — вздохнул блондин, — хотя я и собирался набить ему морду за тебя и глаза на пятки натянуть вместе с яйцами, прости, не могу.

— Ну и фиг с ним, — беспечно хмыкнула я.

Конечно, неприятно побыть три дня в наручниках, да еще и чужой подстилкой, но интуиция подсказывает, что это не самое страшное, что могло случиться со мной в этом доме.

— Либо он дебил, либо спецом охрану убрал, — пробормотал под нос Макс, пересекая пустой гулкий холл со мной в руках, — ладно, ребят, по домам, на завтра вам отгул, спасибо за работу.

Почти синхронно кивнув, молчаливые головорезы загрузились в синий микроавтобус и уехали. Меня же Максим усадил на переднее сиденье своей машины и сам забрался в салон.

— Фу, ты опять курил? — я сморщила нос от соответствующего запаха.

— Это от нервов! — заоправдывался брат, набирая чей-то номер. — Мы с отцом уже трое суток землю носом роем, все найти тебя не могли. А, да, нашел, — уже другим тоном сказал он явно не мне, — нет, жива-здорова. И я тоже. Да, едем.