Отмороженный
Шрифт:
– Не расслышал ваше звание, Сергей Андреевич, – сказал я, чтобы что-то сказать.
– Я штатский, – весело откликнулся он. – Можете просто – Сергей. Так что скажете насчет вашей встречи с Борисом Львовичем, которую он уже запланировал на завтра с двух десяти до двух двадцати?
Это была наглость. Банкир, видишь ли, уделил мне время – десять минут! И небось подсчитал, какие от этой благотворительной акции понесет убытки.
– Я могу вашего банкира вызвать к себе в следственную часть повесткой! – вспылил я,
– Не вызовете, – от души развлекался генеральский помощник. – Могу поспорить на сотню баксов. Или даже на три.
– Которые вам выделит ваш банкир? – усмехнулся я.
– Ну, – произнес он голосом жлоба, разговаривавшего с лохом, потом спохватился и снова перешел на официальный тон, который ему нелегко давался. – Так что передать господину Савранскому?
– Что я жду его в это же время у себя в следственной части Генпрокуратуры. И продержу у себя столько, сколько сочту нужным.
И бросил трубку.
– Ты, папа, злой! – приоткрыла дверь моя четырехлетняя дочь Ниночка. – Я тебя такого больше любить не буду. – И топнула красным крохотным башмачком.
Жена поспешила к ней.
– Пойдем, Нинуля, я надену тебе новое платье.
– А почему вы раздетые? – поинтересовался наш несмышленыш.
Ответа не последовало. Жена прикрыла за собой дверь, подмигнув мне напоследок.
Я стал собираться на работу и только вдел левую ногу в штанину, раздался звонок. Так и поскакал к телефону на одной ноге, чертыхаясь и проклиная свою невезучесть.
Это конечно же был Меркулов.
– Что ты делаешь завтра с двух до двух двадцати? – спросил он.
– С двух десяти, – неожиданно поправил его веселый голос давешнего помощника генерала, подключенного Костей к нашему разговору.
– С двух до двадцати минут третьего я собираюсь плевать в потолок! – зло сказал я. – А что?
– А то, что в это время ты должен прибыть в офис господина Савранского, – сказал Костя сквозь зубы, – этого, надо отметить, заслуженного и весьма занятого человека, чтобы выслушать все, что он собирается тебе сказать.
– Это что? Указание по следственному делу? – спросил я. – Тогда попрошу в письменном виде.
Я положил трубку на рычаг и задумался. На Костю, вообще говоря, все это не похоже. В чинопочитании никогда замечен не был. Вряд ли «новые русские», вернее говоря, новые хозяева жизни пользуются у него таким авторитетом. Значит, на эту встречу стоит пойти. Хоть из любопытства.
Я бы и так пошел, если бы не самоуверенность этого господина. Как его там… Ну да, Горюнов Сергей Андреевич. Из молодых, судя по наглому тону, и очень нахальных.
Ясно, что генерала всеми силами хотят отмазать. Посмотрим… Хотя, положа руку на сердце, не очень мне все это нравится. Ну то, чем я занимаюсь в настоящее время. Генерала можно посадить. Или отправить на пенсию.
И все забудут или не захотят знать, как и кто этот дом построил, вот ведь что. Или вот машины, которые он вывез из Германии на продажу. Ведь классные машины. Хотя и подержанные. Ну пусть кто-то на них наживается, пусть. Но хороший водитель, понимающий в них толк, будет доволен, не так ли? Машина надежная, значит, меньше будет аварий и катастроф. Плохо ли? Сколько жизней спас генерал Тягунов этими автомобилями из Германии?
Вот какая странная философия меня обуяла.
Пожалуй, пора переквалифицироваться в адвокаты. Такую бы речугу в суде закатил. Присяжные бы плакали. Прокурор бы шмыгал покрасневшим носом. А проблемы загазованности наших городов? Ведь эти машины экологически выдержаны, как идеологически были выдержаны старые большевики, господа присяжные заседатели…
С таким настроением за расследование дела лучше не браться. До суда не дойдет, следствие завершится прекращением дела. Но в любом случае мне интересно, что скажет этот банкир Савранский?
Просто интересно. Личный банкир генерала. Подумать только.
У президента и премьера есть личные врачи, а у этого – личный банкир. Наверное, вместе делали деньги при поспешном выводе наших войск из Германии. (И чем поспешнее, тем больше денег?)
Но опять же, если время все расставит и рассудит, то кому потом будет плохо от того, что успешно, на общее благо заработает коммерческий банк, пусть даже основанный не самым законным образом?
Короче, на другой день я поехал к Савранскому. А куда денешься.
Савранский принял меня не сразу, сначала из-за дверей до меня доносился его басистый голос, когда он по-английски говорил с кем-то по телефону, ржал, слушая, наверное, анекдоты из-за океана. Что, кстати говоря, скоро подтвердилось. Когда я вошел к нему, он как-то сразу сощурился и на протяжении всего нашего разговора то и дело щурил глаза, словно прикидывал мне цену или подозревал в чем-то нехорошем. При этом курил толстенную сигару, которая посыпала его вздутую под напором живота манишку пеплом.
– Хотите анекдот? – спросил, рассматривая после рукопожатия свою влажную пухлую руку. – Мне только что передали из Бостона. Значит, приходит «новый русский» к старому еврею и говорит: папа, дай денег на «мерседес»… – И сам же громко засмеялся, закашлялся, не выпуская сигару изо рта, отчего на манишку просыпалось довольно много пепла.
Я вежливо улыбнулся. У толстосумого свои анекдоты, у нас – свои. Про толстосумов. Но рассказывать ему пока не буду. Вот вызову, если понадобится, повесткой к себе в следственный отдел – тогда и расскажу.