Отмороженный (Гладиатор)

Безымянный

Иван заметил, что тот смотрел на Андреева недоумевающе. До него не доходило, что Андреев просто боится сидящего перед ним человека.

«Клиент созрел», – вспомнил Иван фразу из какой-то старой советской комедии. Раздражение всегда снижает способность мыслить логически, делать правильные выводы, притупляет чувство опасности.

– Голову Вам морочат вот эти ребята, вместе с управляющим баром и директором магазина, – кивнул Иван на барную стойку.

– Смотрите, как они сейчас засуетятся.

Иван

достал из своей папочки вчерашний счет и положил перед Андреевым. Сделал он это плавным, медленным движением, чтобы не сводящий с них глаз бармен успел рассмотреть, что не какую-то там бумажку показывает Иван его хозяину, а именно счет.

– Ну? – сказал Андреев. – Счет.

Смена, действительно, засуетилась.

Второй официант с круглым, коротко стриженным черепом и туповатым выражением лица, забегал между столиками вдвое быстрее чем прежде, взяв на себя обслуживание всего зала, а «серьга» прямо за барной стойкой принялся строчить невыписанные еще счета. Время от времени стрекотал кассовый аппарат.

– Сегодня ребята останутся без своей ежедневной зарплаты, – сказал Иван, а выручка увеличится лимона на три. Старыми деньгами.

– Чего ты лепишь? – раздраженно и агрессивно спросил Андреев.

Он тоже видел, что работа смены изменилась, но не понимал причины. Слишком уверенный в себе и слишком сообразительный по сравнению с ним Иван его очень сильно раздражал, можно сказать просто злил, но послать его подальше и выкинуть из ресторана Андреев уже не мог – речь шла о его деньгах.

– Имеющий глаза... – сказал Иван. – Объясняю.

«Для дураков», – уточнил он беззвучно.

– Этот счет выписан вчера. Вот, на нем дата стоит. Чтобы понять, что сейчас происходит, достаточно найти второй экземпляр этого счета, который, должен сдаваться в бухгалтерию.

Андреев тупо уставился на счет.

– Сумма, на которую выписан второй экземпляр, – продолжал Иван, – и которую смена положила в кассу, тысяч на двести меньше той, которую с меня вчера взяли. И так с каждого счета.

Шея Андреева покраснела. Руки его дрожали, на бармена он кидал яростные взгляды.

– Только давайте без крика. – сказал ему Иван, подливая белого вина, – А то Вы всех клиентов распугаете. Да и убедиться нужно сначала.

До Андреева уже дошло, что Иван прав, его действительно обкрадывают, практически за каждым столиком. Он уже жаждал разборок, он готов был закрыть ресторан сейчас же и начать трясти смену. Но сначала нужно было и в самом деле получить доказательства.

– Тебе вернут твои деньги. Иди за мной.

Как Иван и предполагал, в бухгалтерию они прошли через кухню, а не через торговый зал магазина, и на глаза охраннику, таким образом, не попались. Бармен же сейчас гораздо

больше был озабочен своими проблемами, чем безопасностью хозяина.

Как ни был зол Андреев, на глазах у посетителей ресторана он себя сдерживал, но в подсобных помещениях разошелся. Он открывал двери ногами, а одну, которая была не заперта, а просто открывалась в другую сторону, даже сорвал с петель. Говорить спокойно он не мог и все время срывался на крик. Вобщем, переполох среди своих подчиненных он устроил страшный.

И это тоже входило в планы Ивана.

Директорша со своим кукольным, но окаменевшим лицом следовала за ним молчаливой тенью, время от времени пытаясь что-то сказать.

– Андрей... Андрей... – начинала она, но он тут же затыкал ее своим криком, пинком открывая двери, отшвыривая со своей дороги всех, кто не успевал юркнуть куда-нибудь за угол.

Иван держался рядом, стараясь не упустить подходящий момент.

– Зажрались, суки? – орал он. – Ну, блять...

Он, наконец, обратил внимание на следовавшую за ним хвостом директоршу.

– Я тебе, тварь, мало плачу? Я тебя мало ебу? Как ты могла, сука...

– Андрей... я не знала, – пролепетала та, но больше добавить ничего не смогла.

Он бегал из комнаты в комнату, грохая дверями, гоняя работников подсобных цехов магазина и ресторана и не находя себе места.

Наконец Андреева занесло в разделочный цех. Мясники, побросав работу, пулей выскочили оттуда.

«Годится», – подумал Иван.

Он открыл кран над ванной, где мясники обмывали туши, налил воды в какую-то кружку, подал Андрееву.

Тот выпил и тяжело опустился на трехногий табурет. В дверь просунулась голова директорши.

– Отчетность за вчерашний день. Сюда. —крикнул ей Андреев.

Иван занял позицию у двери, готовый выкинуть из цеха любого, кто помешает ему приступить к завершающей части операции.

Пачка вчерашних счетов появилась практически мгновенно. Иван положил их перед Андреевым на железный разделочный стол, быстро разыскал нужный счет.

Сумма, вписанная в него, действительно оказалась значительно меньше, чем в первом экземпляре – на сто девяносто три тысячи.

Пиво и креветки в этом счете вообще отсутствовали. По нему выходило, что Иван вчера ограничился только мясным салатиком под названием «Фигаро» и чаем с пирожными. О свиных краях, фаршированных грибами, которые, кстати, Ивану вчера показались чрезвычайно вкусными, во втором экземпляре счета тоже не упоминалось.

– Ах, твари... – задохнулся Андреев. – Счета переписываете...

– Официанта сюда, – рявкнул он за дверь, уверенный, что там внимательно прислушиваются к тому, что происходит внутри.