Отличный Город

Форд Джеффри

На пути в глубь острова мы столкнулись с собакой, которая, выскочив из-за дюны, нацелилась вцепиться мне в глотку. Капрал свалил ее мгновенным выстрелом из пистолета. Всего в нескольких шагах от того места он показал мне кости огромного морского животного, которое в штормовую ночь выползло из воды и издохло среди дюн. Дальше в долинке среди песчаных холмов лежал маленький оазис. У прозрачного озерца росли увешанные плодами деревья.

– Иногда я прихожу сюда подумать о брате, – заметил капрал, срывая лимон с низкой ветки.

– И что вы надумали? – спросил

я.

– Знаете, все начинается с матери, – отвечал он, надкусывая лимон. Запахло половиной духов Арлы.

Был почти полдень, когда мы перевалили особенно высокую дюну и увидели перед собой мощную стену, сложенную из ракушечника, а за ней – высокие, изрытые норами курганы, словно песчаный замок, размытый волнами.

– Палишиз, – сказал я Маттеру.

Тот бросил на меня загадочный взгляд.

– Страшная древность, – сказал он. – Я как-то наткнулся на чердаке гостиницы на писанину Харро. Так он думал, они пришли из моря.

Мы прошли по улицам, которые, как и в моем видении, были вымощены плоскими раковинами. Солнце светило нам в спину. Увиденное так поразило меня, что, пока мы петляли среди подножий насыпей, я принялся пересказывать капралу историю путешествия Битона в рай. Рассказ занял весь обратный путь, а заканчивал я его уже ночью, на веранде, над стаканом розовых лепестков.

Когда я замолчал, капрал только покачал головой. Глаза его закрылись, и он упал со стула на пол. Молчальник поспешно принес ему подушку. Сочетание трех пальцев и Запределья оказалось слишком крепкой смесью. Мы укутали спящего старым пледом, и я вышел посмотреть на звезды. Проходя между дюнами, я думал об Арле и о том, как найти ее. Отличный Город стоял у меня перед глазами, но его зловещая мощь пугала, и я решил для начала придумать хотя бы, как вырваться с Доралиса.

Остановившись на тропе и глядя в небо, я отыскивал линии созвездий. На тропе послышались шаги.

Я решил, что это Молчальник, потому что когда я выходил, обезьян сделал мне знак, что догонит чуть погодя. Потом чьи-то руки вцепились в мой воротник. Я опустил взгляд и увидел перед собой лицо Маттера дневной вахты. Мой взгляд уперся прямо в шрам, рассекавший надвое его макушку.

От него несло спиртным и, заговорив, он заплевал мне лицо.

– Клэй, – кричал он, – приказываю отправляться в рай! – Он дернул меня за ворот, пытаясь увлечь за собой. – Я нашел! Он здесь, на Доралисе.

– Где? – тупо спросил я, еще не опомнившись от внезапного нападения.

Он остановился и чуть ослабил хватку. Взгляд его блуждал, словно в поисках утерянной мысли.

– Я был там, – сказал он и снова сжал пальцы. Я ткнул его в глаза двумя пальцами левой руки, и он мгновенно выпустил меня. Убегая через дюны к гостинице, я слышал за спиной его вопль, но меня мучило только одно: лежит ли капрал ночной вахты там, где я оставил его? Да или нет? Во всяком случае, загадка разрешилась бы.

Я ворвался через раздвижную дверь на веранду, где Молчальник наигрывал печальный ноктюрн. Задыхаясь после быстрого бега, бросился прямо к бару. Капрал Маттер спал

подле стойки. Я налил себе вина, отпил и уставился на него. Показалось или нет, что его белый парик надет немного криво, что он тяжело дышит и что плед накинут иначе, чем раньше? Со второго взгляда я уже не был так уверен в этом. С третьего убедил себя, что капрал дневной вахты в самом деле бродит по дюнам в поисках рая.

На следующий день я рассказал страдавшему с похмелья Маттеру о стычке с его братом.

– Так он еще не в раю? – удивился тот.

– Он был в дюнах.

– Плохо дело, – сказал капрал.

– Он приказывал мне отправляться с ним в рай, – добавил я.

– Совсем сдурел, – заключил Маттер. – Не удивлюсь, если скоро им позавтракают дикие собаки.

Наутро несколько дней спустя меня разбудил Молчальник. Он верещал и махал руками, призывая убраться из постели и идти за ним. Солнце едва поднялось, и в комнате было по-утреннему зябко. Капрал Маттер ночной вахты вошел в дверь. Он выглядел озабоченным.

– В гавани катер с солдатами, – сказал он. – Вам бы лучше раздеться и побыть в копях, пока я выясню, чего им надо.

Я незамедлительно последовал его совету и через полчаса уже задыхался в жаркой вони шахты. «Всего лишь еще одно напоминание об аде», – твердил я себе, задыхаясь и кашляя. Через два часа меня стало одолевать беспокойство. Что могло понадобиться солдатам? Быть может, доставили нового осужденного, думал я.

Еще через час я услышал сверху голос капрала. С радостью бросил кирку и полез по тропе из ямы. Наверху под полуденным жарким солнцем рядом с Маттером стояли трое вооруженных солдат.

– Клэй? – обратился ко мне один из них. Я кивнул.

– Прошу вас следовать за нами.

Я покосился на капрала, который чуть заметно покачал головой, давая понять, что обращаться к нему не следует. Солдаты провели нас через дюны к бухте, где у причала стоял паровой катер.

– Капрал Маттер, – сказал один из солдат, когда мы остановились на причале.

Капрал выступил вперед.

– Мы забираем Клэя, – сообщил солдат.

– Как вам угодно, – сказал Маттер.

Тогда солдат вытащил из-за пояса и приложил к виску капрала предмет, напоминающий черную коробочку с двумя стальными шипами на конце. Капрал закричал от мучительной боли. Это длилось не меньше минуты, и в конце ее глаза старика потеряли цвет, а из ноздрей, ушей и рта повалил черный дым. Маттер осел наземь у моих ног.

– Что это? – только и мог спросить я, Солдат с гордостью протянул мне устройство.

– Расплавляет металлические детали. Самый простой способ избавляться от негодного материала. Теперь, если вам угодно подняться на борт, физиономист Клэй, мы имеем приказ Создателя эскортировать вас в Отличный Город. Вы помилованы.

Как был, в одном белье, я поднялся на борт катера. Жаль было оставлять Молчальника одного, но это был единственный способ попасть в Город. Меня устроили у борта, откуда открывался отличный вид. Кто-то из солдат принес мне одеяло укутать плечи. Я все не мог поверить в помилование.