Открытое окно
Шрифт:
– Если поможешь мне, то не только награду от господа бога, но и марки от меня получишь… – торжественно обещал я.
– Беда только в том, что у нас в Праге Беранеков по крайней мере столько же, сколько, в Варшаве Ковальских. Я сам знаю человек тридцать, и все они коллекционеры!
– Этот Беранек вовсе не должен быть коллекционером, – заявил я. – Достаточно, если он будет скупщиком краденого. А то, что он живет на Французской улице, в значительной степени ограничивает круг подозреваемых лип.
– Я только
– Не может быть! Я слышал это собственными ушами!
– Ну, тогда пойдем!..
Мы вышли на улицу и сели в машину.
По дороге Гонза рассуждал:
– Мне кажется, здесь что-то не так… Впрочем, я не знаю случая, чтоб кому-то повредила перемена обстановки!
Наконец мы остановились у входа в комиссариат. Гонза заглянул туда, чтоб навести справки…
Было двенадцать, когда Гонза вышел из комиссариата и махнул мне рукой:
– Беранеков на Французской – воз и маленькая тележка. Через два часа я получу некоторые данные. Пойдем-ка выпьем нива в кабачке, где когда-то пировал бравый солдат Швейк!
Он нажал стартер и подвез меня к знаменитому ресторану «У Калиха».
Пильзенское пиво, которое здесь цедили прямо из бочек, было поистине чудесным. Несколько минут мы с кружками в руках ходили вдоль степ, рассматривая экспонаты, посвященные памяти Ярослава Гашека. Кажется, он один не был коллекционером…
– Послушай, Глеб, – сказал Гонза. – Ты Прагу знаешь почти как я. Не заблудишься. А мне нужно заскочить на работу. Я приеду за тобой около трех, жди меня у вашего посольства. А тем временем наши сотрудники наведут справки о Беранеках.
Мы вышли на улицу.
Боковыми улицами пешком я направился в сторону Влтавы.
Самолет, с которым НД должен был прислать мне чемодан и паспорт, прилетал в час дня. Было еще рано звонить в посольство и спрашивать о моих вещах.
Мог ли я предполагать, что буду любоваться панорамой Праги благодаря… преступлению, совершенному в Варшаве!
Приближался третий час.
«Мингель и Трахт утром сели в поезд на одной из маленьких станций на чешской стороне границы. И теперь едут в Прагу. Ведь говорил же Трахт: „Как думаешь, удастся нам добраться до Праги?“ Они выйдут из поезда, наверно, под Прагой. Попробуют добраться сюда автобусом или трамваем: ведь на центральном вокзале из поезда не выходят без чемоданов!.. Не исключено, что НД, посылая мне самолетом чемодан и паспорт, заодно сообщит и новые, еще не известные мне подробности».
Дорога до посольства заняла минут десять.
Выйдя из
– Послушай, Глеб, – начал он, – мы разыскали одного филателиста Беранека. У него в коллекции есть марки «Где моя родина». Он заядлый альпинист и, возможно, вступил в контакт с варшавской шайкой во время вылазок в Татры. В прошлом году был несколько дней в Закопане…
Это мне и было нужно!
Я извинился перед Гонзой и поспешил в посольство.
– Ваше счастье, капитан!.. Другой за такую забывчивость поплатился бы, – заявила сотрудница, вручая мне запечатанный конверт с паспортом.
Тут же я получил и чемодан. Быстро открыв его в холле, я вынул из-под пижамы и туалетных принадлежностей обычный голубой конверт; на листке рукой НД было начертано:
«Немедленно возвращайся. Речь идет о Праге на другом берегу Вислы».
Если бы вместо швейцара, закрывавшего двери посольства, я вдруг увидел дьявола, это совсем бы не удивило меня.
Если бы мне кто-нибудь сказал, что в поисках двух прохвостов я должен отправиться на Багамские острова, я н бровью бы не повел.
Поистине во всем, что касалось убийств и грабежа в Западном районе, действительность превосходила всякую фантазию!
– Что, плохие вести из Варшавы? – спросил Гонза, ожидавший меня у посольства.
– Да. Я должен немедленно возвращаться домой.
– Ты спятил? Приезжаешь раз в два года… И только для того, чтоб сразу же вернуться? Садись! Беранек ждет. Едем на Французскую…
– Ты будешь смеяться, Гонза, – начал я уже в машине. – Понимаешь, у нас тоже есть Прага, район Варшавы, расположенный на правом берегу Вислы.
– Что? И там тоже есть Французская улица?…
Гонза остановил машину, выскочил из нее и, широко разведя руки, захохотал.
– Глеб! Ах, чтоб тебя! Дай я тебя обниму! Пойдем, я угощаю шампанским!
Только через минуту, видя, что он привлекает внимание прохожих, Гонза снова уселся за руль.
Я повторил ему ту часть подслушанного разговора Мингеля н Трахта, которая касалась подготовки третьего убийства и грабежа. Надо было немедленно возвращаться…
Вскоре мы остановились у касс аэропорта.
– Ты улетаешь, – с грустью произнес Гонза, – а я не успел купить тебе зубную щетку. У вас всегда так. Приедет какой-то тип, на авось, без всяких документов, и…
– Перестань звонить, ты, бюрократ замшелый! – ругнул я его. – Вот мой паспорт. Возьми мне билет без очереди!
Я взглянул на расписание.
Увы, не было никакой надежды в этот день очутиться в Варшаве. Даже если удастся достать билет, я все равно не успею добраться до аэропорта – дуда езды минут двадцать…
– Поедешь поездом, Глеб, куплю тебе плацкартный билет, – решил Гонза. – Может быть, еще успеем!