Открытие
Шрифт:
Фемистокл с удивлением опустил глаза и обнаружил, что улика — камень от стены — совсем маленький, с игральный кубик. Он торопливо пробормотал заклинание, и доказательство трусливого нападения сразу же возросло до своего прежнего размера, став таким тяжёлым, что волшебник не удержал его в руке и выронил. С громким стуком камень упал на пол и раскололся на три куска. Огонь бессовестно ухмыльнулся.
Фемистокл сконфуженно закашлялся и расправил плечи.
— Этот… э-э-э… камень из стены
— Не-а, — ответил Ураган.
Паучиха затряслась, и, поскольку у неё не было головы, это, по-видимому, была её манера качать головой. Яррн тоже прокряхтел вполголоса:
— Нет.
Огонь продолжал смотреть на Фемистокла.
— Тогда я вам напомню, — сказал Фемистокл. — Этот камень упал в миллиметре от меня.
— Иногда бывают несчастные случаи, — высказался Огонь.
Ураган выглядел удручённым, прочесть мысли Паучихи было абсолютно невозможно, а Яррн Второй всё ещё оставался невидимым.
— Разумеется, бывают, — подтвердил Фемистокл. — Особенно, если кто-нибудь этому немного посодействует.
— Ты… ты же не делал этого? — ошеломлённо пробормотала Паучиха.
— Небольшая встряска ещё никому не повредила, — заметил Огонь. — Фемистокл ведь волшебник, не так ли? А мастера магии владеют защитным заклинанием, так что с ними ничего не может случиться.
То, что сказал Огонь, было полной чушью — просто он хотел оправдаться перед друзьями.
— Если даже это соответствует действительности, — ответил Фемистокл, — это не даёт вам права на такие шутки! Что, если бы мимо проходил кто-то из учеников? Камень мог бы убить его!
— Ну и что? — протянул Огонь. — Надо соблюдать осторожность! Некоторые потери всегда неизбежны.
У Фемистокла перехватило дыхание от возмущения.
— Некоторые потери? — выдавил он. — Ну знаешь ли!
Даже Ураган и двое других были потрясены, но Огонь даже не отвёл взгляд. Более того: Фемистокл вдруг увидел в его глазах не просто ребяческое упрямство, а жестокость, заставившую его содрогнуться. Это был уже не капризный мальчишка, а существо, готовое ко всему, — опасное существо, не знавшее ни пощады, ни сочувствия. Фемистокл даже похолодел: он вдруг снова вспомнил слова гнома и на мгновение испугался.
Но тут же прогнал эту мысль. Чепуха! Неужто он боится ребёнка? Да, этот ребёнок весил примерно две тысячи фунтов, был четыре метра в длину и имел клыки, как у саблезубого тигра, — и к тому же наверняка ещё и умел выдыхать пламя, — но тем не менее это был ребёнок. Возможно, это был тот самый случай, когда неплохо бы вспомнить почти забытое правило. А именно: иногда следует внушать милым деткам, что старших надо уважать…
Ярость исчезла с его лица и уступила место решимости.
— Хорошо, —
— Интересно, какими же? — прошипел Огонь.
— Я не хочу знать, что вы забыли в подземелье, — продолжал Фемистокл. — И я больше не хочу знать, что вы здесь обсуждали.
— А это вас и не касается, — грубо отрезал Огонь. — Есть такая вещь, как сугубо личные дела.
Фемистокл пропустил его хамство мимо ушей (хотя это далось ему с трудом) и продолжал в том же духе:
— Отныне ноги вашей не будет в этом лабиринте. Ваша так называемая банда прекратила своё существование. Можете оставаться друзьями, но вы не будете собираться там, где вам нечего делать. И вы больше не будете запрещать другим ученикам применять магические силы или ходить на занятия.
Огонь зашипел. Паучиха ещё больше задрожала, а Ураган недоверчиво хмыкнул. Только Яррну Второму хватило ума придержать язык.
— Я хочу, чтобы вы поднялись наверх к остальным, — распорядился Фемистокл. — Через час начнётся урок. И не опаздывать!
Паучиха засеменила к двери, и часть стены словно сместилась, когда Яррн сдвинулся с места. Но оба сразу же остановились, когда Огонь угрожающе прошипел:
— Не выйдет. Такой номер у меня не пройдёт!
— Что ты сказал? — опешил Фемистокл.
— Мы этого не допустим! — закричал Огонь, разинул пасть и выдохнул пламя метровой длины в сторону оторопевшего Фемистокла!
Это произошло так неожиданно, что лишь в последний момент Фемистокл пустил в ход свою собственную магию, чтобы отразить смертельный огненный залп. Пламя погасло, но его ударной силы хватило, чтобы волшебника отшвырнуло к стене. Обескураженный и почти обессилевший, он испуганно уставился на молодого дракона — он просто не мог поверить в то, что тот сделал. Прошли мучительные секунды, прежде чем он снова выпрямился и недоумённо провёл рукой по лицу — на месте бровей остался лишь серый пепел. Если бы не его хорошая реакция…
Фемистокл был скорее растерян, чем разозлён. Он приблизился к Огню и стал бормотать заклинание, чтобы наказать наглеца, но не успел.
— Схватить его! — заорал Огонь и выпустил ещё один язык пламени.
Но на этот раз Фемистокл был начеку, и ему не составило труда отразить нападение. А затем случилось то, на что он действительно не рассчитывал: нерешительно, один за другим, Паучиха, Ураган и Яррн Второй развязали свои магические силы и присоединили их к силе дракона — и над Фемистоклом собралась волна невероятно яркого и горячего пламени, которое вмиг могло бы испепелить его.