Открой свое сердце
Шрифт:
Прошлый вечер продемонстрировал его слабоволие. Как мог он себе такое позволить? Поцеловал ее. И не один раз, а три, и каждый поцелуй затягивал его все глубже в трясину беды. Деловое сотрудничество? Запрет из запретов!
«Дисциплина, — предостерег он себя. — Дисциплина и выдержка». Он выучился этому в детстве, когда ему было десять, и отец, получив травму на работе, начал пить все больше и больше. Стивену тогда пришлось взять на себя заботу о младших братьях. Почему же сейчас выдержка покинула его?
Он подумал о братьях, Майке и Бобби, пытаясь припомнить, когда в последний
Стивен был там всего один раз за пять лет, и то лишь потому, что его потенциальный инвестор находился в южной Калифорнии. У Майка и его жены было трое сыновей-погодков: одного, двух и четырех лет. Стивен никогда не встречался с ними, только на фотографиях.
Бобби, теперь уже Роберт для всех окружающих, кроме своих братьев, был адвокатом в одной фирме здесь, в Атланте, и трудился не покладая рук. Они иногда перезванивались, говорили, что надо бы встретиться хоть ненадолго, хоть выпить по стаканчику вместе, но всегда что-то им мешало.
Сегодня Стивен вдруг понял, что всегда встречи откладывал он. Он все время находил извинения, но за этим крылось иное: нежелание ворошить воспоминания, ужас прошлых дней, вернее, одного дня.
Он задумался, правильно ли поступал. Стивен ощущал ужасную пустоту, существование которой никогда не хотел признавать, но теперь вынужден был сказать себе, что она сидит глубоко в нем, готовая поглотить его целиком, если он даст слабину.
Ему следует больше времени проводить с братьями, вообще с людьми. После открытия новостройки он так и сделает. После того, как успешно запустит Индейские Холмы. Через несколько недель. Через несколько месяцев.
Будь проклята Джиллиан Коллинз за то, что пробудила в нем острое чувство одиночества, которое он загнал в дальний угол своего сердца. Будь прокляты ее карие глаза, которые все время стояли перед его мысленным взором. Будь она проклята за то, что так размягчилась его душа. Из-за нее он совсем раскис.
Джиллиан откинулась на спинку вертящегося кресла и собралась с духом, прежде чем набрать номер его телефона. Ей было необходимо позвонить Стивену Морроу. Сегодня была пятница, и они должны были передать объявление в газеты не позднее среды, чтобы оно успело появиться в воскресных выпусках, оповещая о предстоящем через неделю торжественном открытии района «Индейские Холмы».
Будет ли это старое объявление, подготовленное Лесли, или новое, которое предложила она?
Джиллиан всегда хорошо понимала, что на уме у клиентов, но Стивен Морроу оставался для нее загадкой. Ей казалось, что никогда она не сумеет понять его до конца.
Желудок у нее сжался при одной мысли о его вчерашнем поцелуе и поспешном уходе. Тело до сих пор ныло от неудовлетворенного желания. Сколько лет она ждала это чувство… и вот на тебе, втюрилась в чопорного бизнесмена, больше похожего на статую, чем на человека из плоти и крови.
Ее передернуло при мысли об этом. Наверное, она была единственной тридцатилетней девственницей
Неужели сбылось? Значит, она дожидалась его! Помоги ей, Господи!
Хлопнув записной книжкой по столу, Джиллиан с тоской посмотрела на письменный стол Лесли. Как ей хотелось, чтобы подруга была сейчас здесь и занялась делами этого Стивена Морроу.
Как же ей хотелось никогда больше его не видеть.
Врунья! Надо быть честной хотя бы перед собой!
Она решительно протянула руку и подняла телефонную трубку.
— — Морроу слушает, — отрывисто произнес он, когда секретарша соединила его с Джиллиан.
— Привет! — голос Джиллиан прозвучал протяжно и вызывающе, он всегда казался
Стивену таким сексуальным, и от этого звука все внутри у него напряглось. Он вошел в свой кабинет буквально за несколько минут до ее звонка, но знал, что ждал именно его, и эти несколько минут показались ему часами. Стивен был почти уверен, что после вчерашнего кошмара Джиллиан позвонит и разорвет их контракт.
Несмотря на твердое намерение держаться сухо, голос его невольно смягчился, и он отозвался:
— Привет!
На другом конце провода наступило молчание. На обоих концах. Стивен услышал собственный вздох. Перед его мысленным взором стояли ее темные, спадающие набок шелковистые волосы, качающиеся серьги, бездонные глаза, в глубине которых мелькали искорки. Наверное, она постукивает карандашом по столу со всей своей бьющей через край энергией.
— Я хотела выяснить насчет объявления… — голос ее звучал сдержанно, с несвойственной ей нерешительностью. Стивен огорчился: Джиллиан Коллинз не должна никогда быть растерянной, и, уж точно, он не хотел чтобы это случилось по его вине,
— Остановимся на вашем варианте, — проговорил Стивен, — Можете представить его мне в окончательном виде в понедельник?
Джиллиан заколебалась: для этого художнику придется поработать в субботу и воскресенье. Впрочем, такое бывало и раньше.
— Думаю, да. Что мне сказать Сергею?
— Вы имеете в виду, на каком плане из трех я остановился?
Теперь в голосе его явно слышалось участие, и Джиллиан почувствовала, как теплая волна пробежала по ее телу.
— Да.
— Думаю, лучше всего второй вариант, — ответил он и замолчал, а затем после паузы добавил предостерегающе: — Джиллиан, я не хочу, чтобы цирк задавил все остальные мероприятия.