Отель «Рай»
Шрифт:
Как я хотела увидеть Ваню, зарыться в его русые волосы, обнять, приготовить что-нибудь вкусненькое! Я совсем его забросила из-за своих переживаний. Ничего-ничего, мы наверстаем упущенное. Или упустим наверченное?
Я вошла домой как будто после омовения в живой воде. Меня встретил пыльный коридор, разбросанные по всей квартире вещи, гора неглаженого белья и подвядшие фиалки. Где были мои глаза? Ведь у меня квартира совсем запущена, а я депрессирую. По фэн-шуй так не полагается. Срочно уборку, выброшу весь хлам, может быть, даже чуть-чуть отремонтирую, покрашу, пока Ваня у бабушки с дедушкой.
Мне так понравилась квартира Софьи Сергеевны — ничего лишнего, свет, простор
Для начала я наполнила душистой пеной ванну и легла в воду со стаканом апельсинового сока. В тело постепенно возвращалась радость.
Я радовалась радужным пузырькам на поверхности воды, ощущению нежности ласковой пены и полностью расслабилась в чарующем аромате. Вдруг где-то внутри меня начали появляться простенькие строчки на незатейливый мотивчик. Просто в стиле Михаила Михайловича.
Я решила стать счастливой, Необычной и красивой, Очень легкой и свободной И лететь куда угодно! Позади остались тени, Боль, обида и сомненья, Впереди — открытые пути! Смело я могу вперед идти!Мне стало смешно. Зачем я депрессировала?
Через некоторое время я позвонила родителям и попросила привезти Ваню с дачи, потому что у меня все хорошо. Когда я говорила с мамой, она испугалась, что я напилась. Мой голос звучал ласково и обволакивающе, словно не было у меня никаких проблем и горестных переживаний, но я со смехом заверила ее, что трезва как стеклышко. Ваню пообещали привезти через день.
Потом я набрала номер Надежды и взахлеб, со всеми подробностями, описала процедуры, которые провела со мной Софья Сергеевна. Она искренне порадовалась за меня и порекомендовала поменьше болтать обо всем, а побыть один день наедине с собой.
— Вы прямо сговорились с ней молчанку мне устроить. Конечно, помолчу, завтра целый день планирую убирать дом.
— Фэн-шуй в действии! Вот и славно, трам-пам-пам! — засмеялась Надежда серебристым смехом.
…Спала я в эту ночь освобождения без сновидений. Последние дни я никак не могла заснуть, даже с легким снотворным. В голове роились мысли об Алеше, я все представляла эту усатую толстуху Дуст в его объятиях и безумно мучилась. В мое сознание никак не могла войти мысль, что Алеша предал меня, ведь он постоянно повторял как заклинание: «Я не могу жить без тебя, не бросай меня, я без тебя не выживу».
В эту первую благословенную ночь после благотворного сеанса Софьи Сергеевны я спала как младенец, заснула тут же, как только голова коснулась подушки.
Утром меня разбудило пение птиц. Они свили гнездо на дереве, до которого можно было дотянуться с нашего балкона. Будильник показывал только шесть утра, но мне не хотелось валяться дольше. Я с удовольствием умылась, сделала легкий комплекс гимнастики и растяжек. Прошла на кухню, неторопливо смолола ручной мельницей в тонкий порошок кофейные зерна — арабику «Сулавеси». По кухне разлился аромат кофе.
Обычно в одиночестве я по-быстрому размешиваю растворимый кофе в большой чашке и хлебаю его без всякого наслаждения, запивая также наскоро приготовленные бутерброды, но сегодня особенный день. Праздник освобождения и любви. Любви к себе.
Я сварила кофе с солью и щепоткой корицы. Горячий, крепкий, с плотной пенкой, ароматный, в тонкой белоснежной фарфоровой чашечке… Только ради того, чтобы получить
«Господи, опять домик… Да что ж такое! — вздохнула я и решительно вымыла чашку и блюдце. — Ничего. Я сама построю себе дом. И поселится счастье в нем. Дом станет тоже моим белоснежным конем».
Для начала я собрала в большой черный пакет все Алешины подарки. Прямо скажем, их было немного. Пара дешевеньких платьев, трикотажная майка с капюшоном с надписью «Коста-Эсмеральда», полосатая майка, косметика и духи, купленные им наспех в последний момент в «дьюти-фри», диски «Актриса Весна» и «Белые розы». Все это торжественно полетело в мусоропровод. Все наши совместные фотографии уместились в четырех больших альбомах, я также упаковала их в черную пленку, заклеила скотчем и убрала в самую глубину антресолей. Причем не проронив ни слезинки. Прощай, помойный чистюля, целуйся со своей гренадершей, а нам больше не по пути.
Я почувствовала себя свободной и независимой. Включила музыку и стала разбирать ящики шкафа. Там у меня накопился обычный женский хлам: потерянные сережки, разорванные золотые и серебряные цепочки и так далее. Я сгребла все это и вышла на улицу сдать в ближайшую скупку как лом. За все это получила вполне приличные деньги, около четырехсот долларов, которые я немедленно потратила в ближайшем магазине. Я купила чистящие средства, новую скатерть на кухонный стол, новую сковородку и кастрюли, кисти и краски, новые керамические кашпо для цветов и еще множество хозяйственных мелочей. Покупок было так много, что пришлось ловить машину, чтобы все это хозяйство довезти до дома. Я решительно выбросила все старые журналы и газеты, ненужную обувь, разобрала шкафы, тщательно пропылесосила и вымыла пол, постирала занавески и покрывала. Покрасила оконные рамы и подоконники. За работой время пролетело совершенно незаметно, наступил вечер. Я заказала пиццу «Маргарита», которую через полчаса принес милый мальчик. Расправившись с ней в два счета, я оглядела плоды своего труда, и мне хотелось сказать, как Богу в один из дней его творенья, «Весьма хорошо». Интересно, что мне не давало это сделать раньше? Алеша. Все мои помыслы, время и энергия уходили на раздумья о нем и наших отношениях.
Завтра с дачи привезут Ваню, вот уж он обрадуется и удивится. Я за один день сделала такой объем работы, который в обычной жизни может выполняться месяцами. Закончила я все глубокой ночью и без сил рухнула в кровать. Сон снова пришел моментально.
Проспала почти до двенадцати часов, меня разбудили мои, когда приехали всем составом. Мама и папа охали и ахали, глядя вокруг, а Ваня даже запрыгал от радости, потому что покидал он унылую, плачущую мать в пыльной, запущенной квартире.
— Мамочка, мамочка, я так рад! Ты в порядке! — подпрыгивал Ваня. — Давай придумаем еще что-нибудь хорошее-хорошее! Будь всегда такой, как сегодня!
Я напоила родителей чаем, мы быстренько съездили с папой и Ваней в «Рамстор», затарились свежими продуктами и минеральной водой, потом, отпустив успокоенных родителей восвояси, с Ваней купили прекрасные канцелярские принадлежности к новому учебному году, несколько новых книг, перекусили в «Граблях» и, довольные, вернулись домой.
Мы сидели с сыном в кухне и ужинали под бормотание телевизора.
На душе было спокойно и легко. Ваня рассказывал мне о новых компьютерных играх.
— Кстати, Ваня, знаешь, кого я случайно встретила пару дней назад?