Отделенные

Кнави Нико

Рыцарь прошел вдоль стены, на которой между изящными драпировками висели картины. Они его не заинтересовали, а вот проход, обнаружившийся между ними, – очень даже.

В устланном коврами коридоре не было слышно никаких шагов. Эйсгейр нахмурился. Слишком удобно для убийц и шпионов. Политические водовороты опасны, и молодому королю стоило бы соблюдать осторожность.

– Или ты просто древний дурак, – сказал рыцарь самому себе.

В королевстве уже лет восемьдесят царил мир и покой… Но держать

ухо востро все равно надо! Политика, она такая – с виду все спокойно, а потом как начинается…

Эйсгейр надеялся, что король это понимает. Хотя постоянно быть начеку тому было трудновато, и вовсе не из-за молодости. Просто, взойдя на престол, он почти сразу женился, и весьма удачно – слухи о счастливом браке венценосной четы разносились далеко за пределы дворца. Даже в Эйсстурме ходило немало сплетен среди знати. Как все подозревали, молодая королева уже ждет первенца, о чем на сегодняшнем торжестве должны объявить во всеуслышание.

Рыцарь медленно шел по коридору, осматривая роскошную драпировку. Точно из Унат-Хаара: такие затейливые узоры ткут лишь в Городе мастеров. Стоит чудовищно дорого, как и ракатский хрусталь.

– Нет, все-таки ковры слишком мягкие и толстые, – пробормотал себе под нос Эйсгейр. – Надо намекнуть об этом ко…

До него донеслись голоса. Рыцарь замер. Слышно было плохо, поэтому он снова медленно пошел вперед.

– Мне самому лично сказали, что их король безумен.

Эйсгейр, наконец, смог разобрать речь.

«Чей король?» – подумал он, весь обращаясь в слух.

Говорили за стеной, в одной из комнат отдыха для знати, как догадался рыцарь.

– У них есть информаторы в самом Лесу. – Этот голос, как и первый, был Эйсгейру незнаком. – И они могут попасть во дворец.

«Океан-отец, – изумился рыцарь, – это об эльфийском короле?!»

Он почти не дышал, слушая разговор за стеной.

– Вот когда грохнут этого остроухого, тогда и посмотрим. – Третий, хорошо поставленный голос определенно принадлежал Шeлану, герцогу Мирaра.

– Вполне возможно, тогда будет уже поздно решать, – ответил первый голос.

– А по мне, сейчас слишком рано решать, – возразил герцог. – Периамский император когда-то тоже бахвалился, что у него есть оружие, беспроигрышный план и он захватит Лес. А в итоге? И к тому же…

Послышался звук открывающейся двери.

– Господа, пора в тронный зал.

Эйсгейр спешно перенесся стихией к комнатам отдыха, надеясь увидеть, с кем будет герцог. Не получилось – пришлось обмениваться приветствиями и словесными приятностями с разными благородными господами. Когда рыцарь нашел герцога Мирара, статного мужчину в накидке с золотыми мантикорами, рядом с ним была только его супруга. Низенькая и пышнотелая герцогиня выглядела совершенно не подходящей своему мужу-красавцу.

–

Великий лорд Эйсгейр, – сказал Шелан и поклонился: статус обязывал его поздороваться с правителем Северных земель первым.

«Точно его голос», – подумал рыцарь.

Обмениваясь любезностями, он размышлял, не вывести ли разговор на эльфов. Но вопрос решился сам собой.

– Вы ведь бывали в эльфийской столице, милорд? – вдруг поинтересовалась герцогиня, и Эйсгейр увидел, как Шелан, едва заметно прищурившись, зачем-то одернул накидку.

– Да, миледи, но больше века назад.

– Говорят, тронный зал теперь похож на зал во дворце эльфийского короля в Тал-Гилас. Это правда?

– Простите, после ремонта я здесь впервые, – сказал Эйсгейр, с улыбкой глядя то на Шелана, то на его жену, – не успел все осмотреть. Не могу ничего сказать.

– О, жаль…

– А вы видели эльфийского короля? – спросил Шелан, пока у его супруги разочарованно колыхался второй подбородок.

– Видел, конечно, и говорил с ним.

Герцог хотел было сказать что-то, но жена его перебила:

– И какой он? Слышала, эльфы и слова против не могут сказать своему королю, такой он суровый.

– А я бы сказал, они его любят… – ответил Эйсгейр, мельком глянув на Шелана: тот чуть нахмурился и поджал губы. – По крайней мере, такое у меня сложилось впечатление. И он показался мне добрым.

Шелан вдруг чуть наклонился к рыцарю, будто на самом деле хотел перейти на шепот:

– Но, если прошло больше века, не мог ли он измениться?

– Кто знает. Все может случиться.

Рядом с ними появился церемониймейстер.

– Милорды, нижайше прошу поторопиться. Милорд Эйсгейр, позвольте проводить вас к вашему месту.

Рыцарь сдержал вздох и последовал за ним, хотя и сам отлично знал, где должен быть. Он хотел побеседовать с Шеланом подольше, тем более об эльфийском короле. Может, герцог сболтнул бы чего ненароком или как-нибудь не так себя повел? Подслушанное Эйсгейру, мягко говоря, не нравилось, и в голове не укладывалось совершенно. Убийство эльфийского короля… Это вообще возможно? Кто эти «они», утверждающие, что владыка Светлого Леса безумен?

Эйсгейр наконец увидел обновленный тронный зал: его расширили, витражи в высоких стрельчатых окнах отреставрировали, а некоторые даже полностью поменяли. Теперь внутри огромного помещения стало гораздо светлее и радостнее, чем было при старом короле.

«И правда, напоминает дворец в Тал-Гилас, – подумал рыцарь. – Или то, как он выглядел сто тридцать лет назад».

По пути к своему месту рядом с троном Эйсгейру снова пришлось раскланиваться и всячески любезничать. Это немало его раздражало. И собственные мысли о подслушанном разговоре радости тоже не добавляли.