Отдел Химер
Шрифт:
Обостренным зрением я увидел, что к поверхности поднимается чья-то тень, и, поспешно натянув маску, нырнул навстречу. По еле слышному шлепку понял, что Майя следует за мной. Успокаивающе помахав Олегу, сделал знак, что всё в порядке, и направился в сторону берега.
Ресторан производил впечатление скромного заведения. Что, впрочем, не мешало элегантности и некоему шарму. Проворные официанты обоего пола, облаченные в небесно-голубую униформу, тихо и быстро двигались между столиками. В углу негромко играл струнный
Сидящий напротив Олег поднял бокал, отсалютовав нам с Майей.
— За успешное проведение операции!
— Будь здоров, Олежек! — Она улыбнулась.
— Давно хотел спросить, ребята. Почему у вас такой странный режим?
— Мы совы, — поспешил объяснить я. — Ты же слышал прибаутку: «Город просыпается в одиннадцать вечера»?
Майя натянуто улыбнулась. Вообще-то мы ждали интереса со стороны Олега. Это был лишь вопрос времени. И, боюсь, долго дурачить его не удастся. Даже простой обыватель и тот заподозрил бы неладное. Ученый же, с его пытливым умом, вполне мог докопаться до сути, просто немного понаблюдав.
Мы закончили ужин и, сев в такси, направились в аэропорт. Машина подъехала прямо к трапу небольшого самолета. Забросив в салон сумки, мы неспешно заняли места. Олег, которого сморило от выпитого и съеденного, сразу задремал, а мы просто пялились в иллюминаторы, коротая время.
Летели часа два и, прибыв на место, сразу взяли напрокат машину, решив, что связываться с отелем нет смысла. Горная дорога, петляя подобно свернувшейся кольцами змее, привела к знакомому ущелью. Поскольку до грота еще несколько километров, остановились и, заперев салон, взвалили на плечи рюкзаки.
— В горах нельзя ходить ночью, — стал упираться Олег.
— Но если очень хочется, то ведь можно? — голоском пятилетней девочки спросила Майя. — Правда, Игорь?
— Ну-у, если осторожно, то думаю, что да. — Я солидно кивнул и, сойдя с дороги, направился в темноту.
— Экстремалы чертовы, — бурчал Искрин, спотыкаясь на каждом шагу.
Так, ковыляя и ежеминутно боясь, что он что-нибудь себе сломает, проковыляли метров триста. В очередной раз подхватывая неуклюжего товарища, я не выдержал и легонько надавил на его сонную артерию.
— Хватай, пока не очнулся, — прошептал Майе.
Взяв Олега под руки, мы взлетели и за пять минут достигли таинственного грота. Теряющиеся во мраке горы все на одно лицо, и, достав мобильник, Майя набрала мой номер. В метрах двенадцати слева послышался мелодичный звонок. Таща Олега за собой, приземлились на краю расщелины.
— Ну что, будем оживлять? — Майя кивнула на ровно дышащего Искрина.
— Знаешь, вообще-то мне тоже очень хочется, чтобы он подождал нас, находясь в бессознательном состоянии, — вздохнул я. — Но ты же понимаешь…
— Что?
— Я ведь, когда еще нормальным был, аж волосы на себе рвал
— Ну и что? — удивилась Майя. — Я же тоже когда-то обыкновенной была. Однако как-то обходилась.
— Тут другое, — не согласился я. — Ты не догадывалась, что нечто подобное возможно, вот и жила себе спокойно. А прикоснувшись к тайне и зная, что она тебе не по зубам… В такой ситуации волком выть хочется.
— Ладно уж, давай попытаемся. — Она покорно кивнула. — Только…
— Ну не могу я, Майя! — в сердцах воскликнул я. — Непорядочно это как-то.
— Ага, ты еще предложи его инициировать, — проворчала она.
Я покачал головой:
— Ну, это было бы глупо. У него семья, и вообще…
— То-то, — довольно подытожила моя милая начальница. — Хорошо хоть, что это ты понимаешь. В общем, пробуй привести его в чувство, а если не получится, то просто укутаем в спальник и оставим ждать.
— А если этот вернется?
— Вот когда вернется, тогда и начнем думать, — отрезала она. — Да и вообще, волков бояться — в лес не ходить…
Минут пять я честно пытался вывести Искрина из бессознательного состояния. Массировал жизненно важные точки, хлопал по щекам и даже давал нюхать ватку, смоченную нашатырным спиртом. Но поняв, что тут не справиться даже реанимационной бригаде, с облегчением вздохнул, так как в глубине души согласен с Майей, считая Олега обузой. Нет, он прекрасный товарищ и в некоторых ситуациях его советы просто незаменимы… Но, будучи хорошо сработавшейся командой, мы, приняв его в свои ряды, становились на несколько порядков уязвимее. Ибо давно известно, что любая группа настолько сильна, насколько силен самый слабый ее участник.
— Ну что, готов? — Майя затягивала на груди ремень акваланга.
— Это сосиску варить надо, а пионер всегда готов.
— Тогда пошли, сосиска!
Майя встала спиной к мерно колыхающейся поверхности и, подмигнув, плюхнулась в воду. Ни брызг, ни кругов. Словно в киношном компьютерном эффекте, водяная линза поглотила ее тихо и беззвучно. Не знаю, преломление ли света тому виной или еще что, но, перейдя грань, она как будто сразу удалилась на приличное расстояние. Вот только что стояла рядом и вдруг оказалась в доброй сотне метров.
Медленно шевеля ластами, Майя вдохнула, выпустив на волю стайку пузырьков, и призывно замахала, давая понять, что всё хорошо. Так же, как и она, встав спиной, я зажмурился и сделал шаг.
Тело словно попало в объятия удава. Сдавило барабанные перепонки и, реагируя на изменение среды, я автоматически перешел в боевой режим. Сердце заработало, разгоняя кровь по сосудам и уравнивая давление. Маска, вжавшаяся в лицо, создавала страшные неудобства, но снять ее я не решился. Майя подплыла и, похлопав по плечу, кивнула вверх.