Отдел Х

MaMaCuTa Даша

Фразу она договаривала уже в дверях. Бросив на Изабеллу в крайней степени красноречивый взгляд, Дейв поплелся следом.

***

Мэй выскочила из лифта и со всего размаху влетела в широкую грудь Кинга.

– Опааааа… – он ловко поймал ее за лацкан пальто, не дав упасть назад.

– Я прошу прощения за опоздание. Фотосессия продлилась дольше, чем я предполагала.

– Ты как раз к обеду. Голодная? – улыбнулся Дейв.

– Да, – отвернувшись, Мэй повесила пальто в стоявший

в коридоре шкаф и направилась к кабинету.

– Эй, а руки мыть?

Фыркнув, она гордо прошла мимо парня. Несколько минут спустя девушка шагнула в кабинет и удивленно замерла на пороге. Тесс и Роб сидели за накрытым столом, Дейв колдовал над тарелками чуть поодаль.

– Блять, Мэйлин, шевели колготками, я жрать хочу, – проворчал Хилл. – Этот фашист нас полчаса уже маринует.

– Мы тебя ждали, – улыбнулась Тесс.

– Мистер Кинг, это было необязательно. Почему ребята должны страдать? – нахмурилась Мэй.

– О, их страдания будут вознаграждены сполна, как только они все это съедят, – хмыкнул он, ставя перед каждым тарелку с лазаньей, помидорами черри и рукколой.

Лишь от одного ее вида рты присутствующих наполнились слюной.

– Деееееейв… Да ты волшебник, – восхищенно пробормотала Тесс. – Ты что, где-то этому специально учился?

– Нет, – широко улыбнулся он, доставая что-то из маленького холодильника, стоявшего на окне.

– Давайте уже есть, а? – проворчал Роб.

– Секунду…

Развернувшись к ним, Дейв принялся наполнять их бокалы лимонадом. Все застыли, раскрыв рты. Даже Мэй изменило ее обычно непроницаемое выражение лица.

– Домашний. С лимоном, имбирем и мятой, – пояснил Дейв, садясь на свое место и беря в руки вилку.

Все тут же последовали его примеру, расправившись со своими порциями довольно быстро.

– Добавки?

Все три тарелки замерли в воздухе.

– А нет ее, – Кинг расхохотался.

– Вот ты сука, – Роб швырнул в него салфетку.

– Но есть десерт, – подмигнул тот.

– Да ты издеваешься?! – простонала Тесс, глядя на то, как он достает торт, украшенный свежими ягодами.

– Торт Павлова. Одно из национальных блюд Австралии. Очень долго… искал, – Дейв отрезал приличный кусок и, положив на тарелку, протянул его Тесс. – Чтобы приблизить тебя к дому.

– Спасибо, – она улыбнулась с такой благодарностью, что даже в глазах Роба заблестело что-то, похожее на теплоту.

– Я снимаю шляпу, мистер Кинг… – Мэй взяла свою порцию торта. – Такой обед никто из нас не переплюнет.

– Даже и не собирался, – буркнул Хилл.

Мэй наградила его снисходительным взглядом и принялась за десерт.

– Узнала че путное?

– Дай ей поесть! – возмутилась Тесс.

– Моделям вредно жрать сладкое и мучное, Австралия, – бросил Роб, поедая свою порцию с явным удовольствием.

Девушка смотрела на него и ловила себя на мысли, что, наверное, за последнее время –

это первый его нормальный обед. Если он, вообще, обедает. И завтракает. И ужинает. А он ел что-то полезное до встречи с ними? Мысленно пометив для себя приготовить суп, когда придет ее очередь, Тесс развернулась к Мэй, продолжая жевать торт.

– В окружении Беллы очень много людей. Но я выделила двоих, которые, как мне показалось, ведут себя странно. Первый – это гример. Строит из себя гомосексуала, но точно таковым не является.

– С чего ты так решила? – спросил Роб.

– Когда я переодевалась после фотосессии, он вломился в гримерку. И у него на меня встал, – невозмутимо ответила Мэй и удивленно вскинула бровки, когда из носа Дейва брызнул чай.

– Второй? – Хилл покосился на друга, который утирался салфеткой, что так заботливо впихнула ему Тесс.

– Вторая. Еще одна модель. Мэри Руф. Она ненавидит Беллу, но довольно умело это скрывает, притворяясь ее подругой.

– С нее и начнем, – кивнул Роб. – Завистливая девка всегда опаснее дрочера, притворившегося геем.

Обе девушки возмущенно посмотрели на него.

– Че вы так на меня уставились? Будь уверена, Мэйлин: он на тебя подрочил.

Все резко обернулись к Дейву, который подавился куском торта и закашлялся.

2.3.

Подпевая музыке, несущейся из маленьких беспроводных наушников, Мэй варила кофе. Плейлист, выбирающий музыку рандомным образом, включил одну из ее любимых песен. Девушка даже не заметила, как невольно начала пританцовывать в такт ритмичной мелодии. Лежащий на столе телефон мигнул экраном и погас. Отставив в сторону банку с кофе, Мэй взяла его в руки и прочитала пришедшее сообщение:

ГОЛУБОГЛАЗЫЙ:

«Я мог бы смотреть на это вечно…»

Девушка резко обернулась, одновременно выдергивая наушник и пряча телефон, чтобы он, не дай Бог, не увидел, как он записан в ее контактах. Стоявший в дверях кабинета Дейв широко улыбнулся.

– Эм… Кхм… Доброе утро, мистер Кинг. Кофе?

– Не откажусь. Тем более, у меня к нему и трюфели есть. Твои любимые. Шоколадные.

Он потряс в воздухе небольшой картонной коробочкой.

– Я не люблю трюфели, – солгала Мэй, даже не поморщившись.

– Как это? – обомлел Дейв. – Ты же вчера сама об этом говорила!

– Вы меня с кем-то путаете, мистер Кинг, – пожала плечиками девушка и отвернулась к кофеварке, чтобы спрятать рвущуюся наружу улыбку.

– Нет, я ведь совершенно точно уверен… – тихо бормотал парень, держа в руках конфеты.

Ухмыляясь, Паркер налила ему и себе кофе и повернулась.

– Попробую, конечно, раз уже принесли, – кивнула она, вручая ему кружку.