Отдайте сердца
Шрифт:
– Не нужна мне ночлежка, – огрызнулся Алето, затем смягчил тон: – Мне к вам нужно. У меня есть магия.
Ученик смотрел просто и не выглядел задирой. Алето вспомнилось, как изображали юного Эйна-Дарителя: высоким, стройным, с длинными золотыми волосами и глазами небесного цвета. Мальчик напоминал его.
Он присвистнул:
– У тебя? Ты уверен?
– Да, у меня! – обиженно выкрикнул Алето.
В деревне только Синир знал, что у него проснулась магия, да и то понял он это случайно. Мужчина посоветовал прийти в Орден жизни, а на вопрос, как
Алето достал из кармана нож и немедля резанул себя по ладони. Полоса набухла красным. Он только успел сморщиться, как аристократ схватил его за запястье и сильным движением дернул на себя.
– Ты что делаешь! – воскликнул ученик, положив пальцы на порез. Края защипало.
Алето попытался вырваться, но даже сквозь прутья парню удавалось удерживать его. Когда тот выпустил руку, кровь уже превратилась в корку.
– Я хотел доказать, что тоже так могу!
– Тебе кто сказал, что нужно так доказывать? – фыркнул ученик.
– Синир, из моей деревни.
– Не общайся с ним, он тупой или по-дурацки шутит. Как тебя зовут?
– Алето, а тебя?
– Эйнар. Алето, тебе точно нужно к нам? – улыбка поникла. – Поверь, здесь нелегко.
– А здесь будто лучше! У вас правда… – Алето замялся, вспоминая слово, сказанное Синиром. – Стипендии большие?
Парень кивнул.
– У меня мать не может работать. Если не будет этой вот, – Алето снова сделал паузу. – Стипендии, она умрет с голоду. И Лота, это моя сестра. Мне нужно к вам.
Эйнар уверенно кивнул:
– Хорошо, идем, теперь ты не один. Я приведу тебя к Альвардо.
– Кто это?
– Наш отец.
Почему-то Алето стало не по себе от упоминания этого имени, но он все равно пошел.
5. Мертвец тебе сочувствует
Быстро спустившись по каменным ступеням, Алето вихрем залетел в комнату и упал на кресло, пристроив руку на подлокотник. Помещение напоминало колодец: в высоту оно было больше, чем в ширину. Запах сырости, привычный для дома, перебивал аромат крепкого табака.
– Не торопись, – с угрюмым видом произнес Энкарт, отрывая от губ трубку и выпуская колечки дыма, не слишком ровные и быстро распадающиеся в воздухе. – Твой кровный брат опять опаздывает.
Свет ламп усиливал морщины на лице Энкарта, и казалось, что ему даже не сорок, а все шестьдесят. Впрочем, некоторые в Ордене крови говорили, что он преуменьшает свой возраст – лысина подтверждала это.
– Безобразник, – изображая негодование, Алето осуждающе покачал головой.
Спустившись пониже в кресле, он сложил руки на животе. В этой комнате он бывал нечасто – обычно братья собирались наверху, в больших залах со старинной мебелью, пропахших пылью и книгами, напоминавших музей.
В Алеонте любили поболтать, что Орден крови – некроманты и чернокнижники, которые проводят кровавые жертвоприношения, издеваются над умершими, постоянно пьют, устраивают оргии и вообще. Если поделить все на два, то результат становился похожим
Да, опыты с телами были, но они же мертвы, какая им разница? А те, кого удалось вернуть к жизни, обычно говорили «спасибо». Это второй Орден боялся заглянуть за черту смерти – его последователи отказывались от половины тех возможностей, которые давала магия крови. Оба ордена были связаны с ней, но пока одни держались за выдуманные правила и все сводили к своему хорошенькому светловолосому богу, другие не боялись изучать жизнь и смерть.
А вот знала ли чертова церковь, сколько послушников тайно служили в Ордене крови? Или, не сумев найти свое место, поверили в иного бога – в человека? Не десятки – сотни. Это и было причиной схожих названий, обращений и бесконечной вражды, в которой «некроманты» уступали годами. Алето и сам когда-то принадлежал другому ордену. К счастью, умница-судьба все расставила на свои места.
– Ты вообще контролируешь его? – Энкарт продолжал бурчать, делая паузы только для новой затяжки. – Нет! Отпустил в город, как собаку на выгул, а он должен быть здесь! Я говорил брату Дано, что такого нельзя позволять, но нет, тебе же все с рук сходит. А это риск для нас, ясно?
Алето резко сел и, опустив ноги на пол, приблизил лицо к говорящему.
– Мой кровник – мое дело. За своим следи.
Он увидел, как резко расширились зрачки Энкарта. Улыбнувшись, Алето снова забрался в кресло с ногами и сложил руки на животе.
Вот она – та сторона, из-за которой поползли слухи. Для Ордена жизни окончательность секунды смерти была непреложным обетом и все делила на «до» и «после». Второе братство научилось использовать силу, чтобы вернуть человека, который умер несколько минут назад. Это было сродни тому, как на севере применяют науку – чистый расчет и годы опыта.
Однако было кое-что еще. Круг тех, кто заходил дальше. Кто мог вернуть умершего неделю, месяц или даже год назад. Хотя возрожденные менялись и вели себя не как нормальные люди, их нужно было постоянно поддерживать с помощью крови и контролировать. Так, у некоторых из братьев появлялся свой «кровник» – одновременно слуга и подопытный.
Алето было плевать на опыты, поэтому своего он отпустил погулять в городе и дал немного пошуметь. Недавно у него появилась новая идея – пусть лучше пошумит в церкви. Старый друг не должен заскучать, а вдруг ожившая женщина не смогла его развеселить? Нет, он заслуживает сюрпризов почаще. И здесь-то появление кровника будет как нельзя кстати.
– Мой кровный брат метет полы, не выходит в город и слушается меня, – Энкарт все не унимался. Ну пусть выпустит яд, пусть, а то захлебнется еще, бедолага.
Наконец, дверь распахнулась, и на пороге появилась высокая фигура, закутанная в плащ и в широкополой шляпе. Быстрым движением Чезаре Бона, кровник Алето, скинул маскировку на пол и прошел на второе кресло, затем снял темную кофту, обнажая торс с двумя черными пятнами на груди – следами начавшегося разложения.
– Ты опоздал, – голос Энкарта скрипел.