Отчаянные

Стивенс С. К.

– Мэтт, сволочь, хорош меня мочить!

Белокурый гитарист, не отрывая глаз от экрана, изо всех сил старался не улыбнуться:

– Извини, не хотел.

– Эван, чувак! Ты зарядил мне в башку!

Эван тоже сдержался:

– Ой, виноват, мой косяк!

– Келлан, твою мать! Научись целиться!

Когда ребята захохотали, Келлан не смог скрыть улыбку.

– Ну и падлы же вы! – Гриффин отшвырнул свой пульт.

Под общий смех он вылетел из комнаты. Хохот прекратился, когда через минуту Гриффин вернулся с двумя

огромными водяными пистолетами.

– Сдохните, твари! – проорал он и разрядил их в нашу четверку.

Я завизжала и, как могла, прикрыла ноутбук. Ребята с потрясенными возгласами метнулись врассыпную. Гриффин разразился смехом маньяка и бросился за Мэттом, который припустил вниз по лестнице. Эван выскочил из своей комнаты с ведром водяных шариков. Издав боевой клич, он погнался за Гриффином. Келлан, смеясь, последовал за ним, горя нетерпением поучаствовать в битве. Я покачала головой, прислушиваясь к хаосу. Мужчины.

Были вопли, звуки ударов, проклятья. В какой-то момент Гриффин громко крикнул:

– Келлан, из шланга – жульничество!

Они вернулись минут через сорок, промокшие до нитки. Я отставила ноутбук на столик, скрестила руки и буркнула:

– Вы жестоко ошибаетесь, если надеетесь, что я приберу тот бардак, который вы устроили внизу.

Келлан, глупо ухмыляясь, замотал головой. Капли воды стекали с его волос, футболки и брюк.

– Не волнуйся, утром придет уборщица. – С этими словами он повернулся и показал мне припрятанное ведро.

– Не смей! – вот и все, что я успела сказать.

Он вылил все его содержимое, окатив меня ледяной водой.

– Тебе конец, Келлан Кайл! – взвизгнула я и вскочила с дивана.

Гриффин поджал губы, когда я промчалась мимо него к своему муженьку – покойнику в недалеком будущем.

– О, да она просто чума, когда злая. Доставляет!

Незачем и говорить, что засиделись мы допоздна, а на рассвете ребятам предстояло радиоинтервью. Затем мы незамедлительно вылетали в напряженное рекламное турне «Чудил». Готов или нет, пусть начнется безумство.

* * *

Утром, когда мы спустились с сумками вниз, Ник уже ждал нас. Он вскинул брови:

– Готовы?

Келлан кивнул, зевая. Это было заразно, и я тоже зевнула. Ник улыбнулся и указал на женщину, стоявшую от него справа: высокую, длинноногую блондинку, одетую с таким же шиком. Лицо у нее было строгое, холодное и бесстрастное, ни тени сердечности.

– Это Тори, она будет натаскивать вас на все медийные интервью.

Тори протянула руку Келлану:

– Приятно познакомиться официально. Ник рассказал много хорошего.

Лицо ее осталось невыразительным, глаза же скользнули по его телу.

– Натаскивать? – переспросил Келлан у Ника, пожав ей руку.

Ответила Тори. Она объяснила, в чем заключается ее задача и почему группа испытывает в ней необходимость:

– Это я организовала все

интервью. Я заведую регистрацией перед каждым, и я же уведомляю интервьюеров, о чем нельзя спрашивать. Я также имею право прерывать беседу, если они не выполняют пожелания фирмы.

– Фирмы? – нахмурился Келлан. – Не мои?

– Ник потребовал обойтись без твоих рассказов о личной жизни, – криво улыбнулась Тори.

Ее стальные глаза встретились с моими, и намек был вполне прозрачен. «Ни слова о том, что ты женат».

Келлан резко повернулся к Нику:

– Ты не хочешь, чтобы я говорил о своей жене? Значит, если меня спросят, что у нас с Сиенной, я должен сказать… – Он вскинул руки, подчеркивая мучительность вопроса.

– Ответишь, что не даешь комментариев, и пусть думают что хотят, – холодно улыбнулся Ник.

– Без комментариев? – Келлан уронил руки. – Да с тем же успехом я могу заявить, что ежедневно сношу ей башку!

– Я не прошу тебя лгать, – пожал плечами Ник. – Просто не отвечай и не делись… необязательными сведениями. – Он вызывающе изогнул бровь. – Надеюсь, ты с этим справишься?

Ребята посылали Келлану предостерегающие взгляды, а я схватила его за руку. Если он не опровергнет уже вовсю гулявшие слухи, то он, по сути, подтвердит их. Он и без того завелся из-за рискованного клипа. Умалчивание о личной жизни и близко не походило на облизывание посторонней женщины, однако выглядело не меньшим насилием. Я не знала, как он ответит Нику.

Тот, тоже неуверенный, добавил:

– Мы рассчитываем, что сингл выбьется на первое место. Через несколько недель, когда выйдет альбом, меня не удивит, если он попадет в первую двадцатку. Все это в значительной мере связано с тем, что общественность неровно дышит к вам с Сиенной. В ее глазах вы пара, и такую славу не купишь. Когда ваш клип взорвет рынок, шум поднимется до небес. И если мы этим не воспользуемся, не оседлаем волну, то упустим момент и твой альбом камнем пойдет на дно. Этот рынок переполнен такими же яркими талантами. Откуда ты хочешь начать карьеру – с вершины или со дна, из темноты забвения? – Сделав чопорное лицо, Ник с напускным безразличием повел плечом. – Выбор за тобой.

Он делал вид, будто ему все равно, но его тон выдавал обратное. Кроме того, было совершенно ясно, что выбор совсем не за Келланом. Он был за Ником, и тот уже решил его судьбу.

Келлан стиснул зубы и промолчал. Не зная, что он сделает в следующую секунду, я поддержала его безмолвным пожатием руки.

Мы потянулись с поклажей к двум гигантским черным внедорожникам с тонированными стеклами. Мне показалось, что эти близнецы чересчур выделялись, как будто мы какие-то шпионы или правительственные агенты. Люди в черном. Если фирма намеревалась маскировать наши передвижения в этом городе, ей было бы лучше нанять лимузин. Но если ей хотелось разжечь всеобщее любопытство, кто там внутри, выбор был правильным.