Отчаянная
Шрифт:
Но кто же она? Я взглянула на миссис Мэдкрофт, может быть, она узнала пригласившую нас хозяйку дома? Миссис Мэдкрофт смотрела на женщину безучастно. Ясно, они не знали друг друга.
Тем временем мистер Квомби, оставив багаж под присмотром кучера, взял миссис Мэдкрофт под руку и повел ее к двери.
— Дорогая леди, — обратился он к смуглолицей женщине, слегка поклонившись. — Миссис Ллевелин ожидает нас. Будьте любезны, известите о нашем приезде.
— И кто же приехал? — не скрывая холодного тона, спросила смуглолицая. — Как мне сказать?
Мистер
— Миссис Мэдкрофт и ее сопровождающие!
— Это та самая смехотворная спиритистка? — спросила женщина, не скрывая иронии в голосе. При этом ее брови поднялись кверху.
— А кто вы? — с трудом сдерживая гнев, спросила миссис Мэдкрофт, расценившая услышанное как намеренное оскорбление.
— Миссис Урсула Ллевелин, — чеканя каждое слово, ответила смуглолицая. — Я полагаю, мой брат поставил вас в известность о том, что вы здесь нежелательны.
Удар оказался сильным, а, главное, совершенно неожиданным с этой стороны. Кого-нибудь другого он, вероятно, свалил бы наповал. Но миссис Мэдкрофт за годы спиритической практики повидала в богатых домах, надо полагать, не только репортеров и аппетитные бутерброды, но и нечто другое. Жизнь медиума закалила ее, так что она не из тех женщин, кого можно сходу вывести из игры. К тому же, она помнила, что ее лондонский дом закрыт и находится под надзором полиции. Это придало ей энергии и стойкости. По крайней мере, внешне миссис Мэдкрофт никак не выказала своего внутреннего смятения. Она продолжала разговор спокойно и с достоинством.
— Да, может быть. Но, честно говоря, я не смогла проигнорировать просьбу вашей сестры.
— Скорее всего, вы захотели сами воспользоваться ее гостеприимством. Приехав, вы сделали хуже для себя. Можете разворачиваться и уезжать обратно!
В недоумении мы посмотрели друг на друга. Подумать только, проделали этот утомительный, долгий путь лишь для того, чтобы получить от ворот поворот и к ночи вернуться на железнодорожную станцию. Едва ли до утра окажется поезд, идущий в Лондон. Что делать? Не отталкивать же миссис Ллевелин и не врываться же в дом нахально?
Хотя мистер Квомби, судя по выражению его лица, был полон решимости поступить именно так. Его верхняя губа подергивалась, а черные глаза свирепо сверкали. Правда, если принять во внимание его низкий рост, с одной стороны, и энергичную решимость миссис Ллевелин, с другой, то я не стала бы держать пари, что мистер Квомби имел реальный шанс на успех. Несмотря на это, штурм мог начаться в любое мгновение. Ситуация обострилась до предела.
К нашему счастью, веселый женский голос, прозвучавший с обратной стороны двери, упредил решительные действия мистера Квомби.
— Ради Бога, что ты делаешь, Урсула?
— Проявляю в отличие от тебя здравый смысл.
— Какая досада! Почему ты вмешиваешься? Правая часть двери распахнулась и привлекательная молодая девушка в розовой шелковой юбке выскочила на ступеньки.
— Вы приехали, миссис Мэдкрофт! — восторженно воскликнула она. — Я ужасно боялась, что Эдмонд отпугнет вас. Он может быть очень убедительным, когда сильно захочет.
Миссис Мэдкрофт презрительно фыркнула в адрес Урсулы и стала искать носовой платок.
— Я оставила свой дом и потянула сюда за собой лучших друзей только для того, чтобы после такой дальней дороги меня выставили как шарлатанку, — произнесла миссис Мэдкрофт с пафосом, который у этих древних стен звучал особенно колоритно.
Младшая мисс Ллевелин повернулась к старшей сестре.
— На самом деле, Урсула, где твои манеры?
— Я не сделала ничего более того, что сделал бы Эдмонд, будь он здесь.
— Пф! Меня ничуть не интересует его мнение.
— Но тебе не следовало приглашать их сюда против его воли.
— А почему, собственно, нет? Это татке и мой дом» А это мои гости. Или ты забыла о моем праве?
— Пожалуйста, входите, миссис Мэдкрофт, и пусть поведение Урсулы не расстраивает вас. Никто на нее здесь не обращает внимания.
Мисс Ллевелин-младшая оттеснила сестру в сторону, чтобы дать нам возможность пройти в дом, и подала знак лакею внести багаж. Мы гуськом прошли через проделанную для нас брешь и оказались в просторном фойе. Пол был выложен плиткой розового мрамора, а вверх, к большой площадке спиралью уходила широкая лестница из красного дерева. Высоко над головой сквозь цветные стекла купола лился солнечный цвет. Дробясь на многочисленные разноцветные лучи, он радугой играл на стенах, отражался в отполированных столетиями плитках пола. В помещении было светло и достаточно тепло.
Вдруг волна холодного воздуха пронеслась сверху, от лестничной площадки, и обдала сзади мои плечи. Я почувствовала в плечах неприятное покалывание, меня охватил озноб. Я посмотрела вверх, но ничего не заметила. Это всего лишь сквозняк, успокоила я себя вслух. На самом деле я думала не так.
Мне вспомнилась тяжелая, удушливая атмосфера в доме миссис Мэдкрофт, которая навалилась на меня, как только я вошла. Там я тоже не обнаружила никаких видимых причин. Впрочем, лучше об этих вещах сейчас не думать.
Я поспешила догнать нашу компанию, от которой немного отстала, пока отыскивала источник «сквозняка». Мне казалось, что никто не обратил внимания на мое немного странное поведение, но я ошиблась.
Миссис Мэдкрофт испытующе посмотрела на меня и спросила: «Все в порядке, дорогая?»
— Да, все чудесно, — пробормотала я. Она скользнула взглядом вверх по лестнице и остановила его на площадке. И почти в тот же момент миссис Мэдкрофт затрясло в ознобе.
— Вы были правы, миссис Ллевелин, настаивая на моем приезде, — обратилась миссис Мэдкрофт к нашей доброй покровительнице. — Здесь кто-то отчаянно нуждается в моей помощи.