Отбросы
Шрифт:
Холодный пот мгновенно прошиб тело и я невольно попятился. А в следующую секунду я понял, что бегстве нет ничего зазорного. Морда чудовища возникла в пустоте и не смотря на то, что, судя по звукам, зверь довольно неспешно перебирал лапами, приближался он более чем стремительно.
Я нервно сглотнул. Морда гигантского красного дракона оказалась в считанных метрах от меня. Чудовище таких размеров могло перекусить меня пополам, даже не заметив этого. Я замер, не смея более шевелиться. Что-то подсказывало, что попытка бегства будет жестоко пресечена.
– Не бойся меня, смертный, – голос,
– Кто ты? – прохрипел я, едва находя в себе силы, чтобы выдавить застревающие в глотке слова.
– Я страж, я создатель... – ответил монстр, пасть его приоткрылась и я увидел в ней сотни острых зубов, каждый из которых не уступал в размерах мечу. – И я тот, кто привел тебя в этот мир, ты ведь уже вспомнил, верно?
Картинки замелькали перед глазами и вновь ожившие воспоминания пронеслись передо мной. Я едва не рухнул на колени под грузом нахлынувших эмоций и переживаний – «Проклятье, о таком я бы не был против забыть навсегда».
– Ты Велес, верно? – спросил я, заглядывая в гигантские, горящие золотом глаза.
– Верно, – гигантская морда качнулась, словно кивая в ответ на мой вопрос. – Я спас тебя от страшной участи, в Бездне ты бы преобразился. Стал бы монстром, что гораздо страшнее любого из тех, с кем тебе уже довелось сражаться и с кем еще предстоит.
– Но за что мне была уготована такая участь?
– Слов моего отца было недостаточно, чтобы ты понял? – дракон усмехнулся. – Что ж, я объясню. Творец всего сущего породил множество миров, еще большее количество было создано его детьми и абсолютно каждый преследовал одну единственную цель – создать мир, где все могли бы жить в мире и гармонии с друг другом. Но не в одном из миров, так и не удалось достигнуть этой цели. Главный завет моего отца который ты мог слышать, звучат как: «Любите друг друга», но ты принес в свой мир лишь горе и ненависть. Твой народ канул в небытие и это твоя заслуга, несмотря на то, что ты успел покрыть себя и своих воинов славой. В этом твой грех и за это отец приговорил тебя к вечным страданиям.
– Получается ты спас меня? – зачем-то еще раз решил уточнить я.
– Верно! – снова кивнул дракон. – Пусть ты и сражался против тех кого я люблю как собственных детей, мне нужен такой как ты.
– Но для чего?
– Много веков назад, мы молодые боги были изгнаны из мира которым нам доверили править, мы не оправдали надежд отца. Народы поклонявшиеся нам убивали друг друга без счета и потому наше место занял его сын. Но я предвидел такой исход наших судеб и создал мир, в который привел тебя.
Мир созданный изгнанником для изгнанников. Многие мои братья и сестры нашли здесь свой дом, как и народы почитавшие их.
Теперь я уже не знал что сказать, или спросить. Пищи для размышлений было получено несколько больше чем мой воспаленный разум был готов переварить за раз.
– А моя память? – вопрос из моих уст вырвался сам собой.
– Необходимая жертва, но временная, – заверил меня дракон. – Со временем она вернется к тебе. Хотя она будет лишней и принесет тебе лишь боль.
– Почему? –
– Дух и тело неразрывно связаны. Сохрани ты память о прошлой жизни и новое тело6 не выдержав, сошло бы с ума. А у него между прочим тоже есть, что вспомнить.
– Но почему меня ждет боль?
– Старые привязанности, любовь, друзья... Точнее, те кого таковыми считал. Память о них пробудит боль и сожаления, желание вернуться домой. А ее у тебя нет и не будет.
Должно быть следующий вопрос прекрасно читался по моему лицу, ибо дракон не дождавшись когда я озвучу его, продолжил свои объяснения:
– Мой мир существует вне основных потоков времени, вне отражений миров и реальностей. В тот миг когда ты шагнул на эту землю, минули столетия. Твой народ, твои люди их больше не существует.
Слова изреченный драконом сработали подобно молоту, с размаху опустившемуся на мою голову – теперь я бы и правда предпочел никогда не вспоминать потерянного прошлого.
– Лара говорила мне, что я орк, но не из этого мира, – хрипло выдавил я из себя.
– Так и есть, хотя дороги в этот мир были закрыты мною тысячу лет назад. Некоторые смертные нашли способ обойти это. И сами того не ведая, они собираются обречь свой дом на гибель, силы, с которыми они вступили во взаимодействие, несут лишь смерть и разрушения. Конечно, существуют меры предосторожности, но они не спасут этот мир от гибели.
– Что за меры и как я, смертный, могу помочь Богу?
– Наберись терпения, – змей обдал горячим воздухом из своей могучей груди. – Теперь, когда ты здесь, твоя судьба открыта мне и однажды она сведет нас не в мире грез. Помни об этом.
– Подожди... – лапа дракона поднялась, обрывая мою речь:
– Достаточно вопросов для первой встречи, смертный. Я еще навещу тебя. А теперь – просыпайся!
***
Я буквально вскочил со своей постели. К моим снам теперь присоединились еще и видения? Очень хотелось, чтобы это были просто сны, разум воспаленный и не такое покажет ночью. А я тем более тут, вроде как, смерть собственную вспомнил, вот теперь и сниться всякое... Может и те сны были просто кошмарами? Очень хотелось в это верить, на секунду я почувствовал, что схожу с ума. Впрочем, дракон в моем сне как раз об этом и предостерегал. Может, это такой способ самозащиты или действительно местные боги... Бог решил приглядеть за мной? С этой точки зрения не так все плохо.
Хотя в прошлом я кажется не любил сближаться с богами, предпочитая задабривать их жертвами, чтобы те в мои земные дела особо не лезли.
Становиться местным волхвом или шаманом я как-то тоже не горел желанием. Магия меня и в прошлом мире не особо прельщала, здесь же у меня вообще складывалось ощущение, что хороший колдун – мертвый колдун.
Ну ладно, кроме, девушек – к этим хоть какое-то, но доверие есть. Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
– «Может, я один из избранных богами героев?» – кажется что-то такое я слышал в прошлой жизни. Вот только там обычно боги как-то помогали и задачи ставили довольно четко – чудовище там победить какое, мир спасти. Здесь же явно было больше вопросов, чем ответов. Ладно, будем придерживаться версии, что мне снятся кошмары.