Отборные мужья
Шрифт:
Моложавый на вид мужчина слегка призадумался, глядя на свое отражение в магическом зеркале, непроизвольно подмечая длинные бледно-серые, почти белые волосы с золотым отливом на свету, присущие всем архирам, заплетенные в косу, начинающуюся от плеч, кустистые брови на надбровных дугах изогнутой формы, под которыми прятались выразительные глаза цвета молочного аквамарина.
Взор его лишь на мгновение переместился на пергамент и перо, дописывающее сказанное. А когда Кхор вновь посмотрел в магическое зеркало, отражающее происходящее на корабле урков, то не удержался от
– Где? Где дева и Шишик? – удивленно выдохнул Хранитель Знаний, приказав перу: – Это записывать не надо.
Как раз в тот самый миг за его спиной раздался неласковый окрик племянника, штурмующего третий по счету зал Хранилища Знаний великих архиров, иными словами, библиотеки.
– Кхор! Ты! Ты?!
– О, нашелся, незабвенный и доблестный принц Тысячи островов, – проронил тот негромко, скорее сам себе.
А, опомнившись, дядя Шияна снова вздохнул и забрал из-под пера, поспешившего записать последние слова, испорченный листочек рукописи.
– Ты немного не вовремя, знаешь ли. – С этими словами дядя Шияра-Шияна полуобернулся и взмахнул свободной рукой, раскрывая сразу несколько дверей подряд в некотором подобии анфилады комнат, заставленных шкафами с книгами, фолиантами, талмудами, манускриптами, монограммами, свитками – конечно же, покрытыми пылью, в том числе и магической. А увидев на пороге третьего зала рыжую русалку, практически голую, да еще и с девой Касьяной на руках, поморщился, снимая иллюзию со своего племянника. – Дал бы мне немного времени запечатлеть ваш доблестный подвиг в летах, а уже после шел ко мне, преисполненный негодования.
– Дорогой мой дядя, – прогремел гигант ему в ответ. Приближаясь к деревянному резному столу с писчими принадлежностями, за которым сидел Хранитель Знаний, тот, казалось, кипел от злости, точнее, по-особенному мерцал в свете магических огоньков библиотеки архиров. – Если бы ты мне сразу рассказал про свой замысел, точнее, раннее завершение первого испытания, я бы никогда в жизни не отправил деву Яну на верную смерть!
– Да уж, – было ему ответом. – Неужели ты думаешь, я мог знать, что она перевернет скалу, не прочитав ни одной подсказки? Тем более сумеет найти в надписях карты намеренно допущенную ошибку? В её-то состоянии?
– А как же твое пророческое зрение? Отец-то смог увидеть. Ведь если бы не он… Если бы…
– Бусы, – ответил дядя, намекая на одну маленькую деталь. – Дева Яна, мирно спящая на твоих руках, к тому моменту надела бы бусы и обратилась русалкой.
– Но там были и другие участницы, – поумерив свой гнев, заметил принц Тысячи островов.
– И все сирены. Почти. В общем, выжили бы как-нибудь. Не переживай. Да. Кораблик достопочтенных неживых эжейских магов, конечно, жалко. Но что поделать? – Кхор улыбнулся племяннику одними глазами. Большего он себе не позволил, мудро решив не злить Шияра. Ведь для Романа Тысячелетия творцу шедевра требовался эпический эпос о герое и его героине, а не банальная приключенческая литература о мстительном упрямце и его дяде, который также не прочь отправиться наконец на поиски своей музы, передав обязанности хранителя выигравшей турнир особе и желательно
Шияр отвечать на это не стал. А лишь нахмурился и еще раз бросил негодующий взгляд на Кхора, прежде чем пройти в глубь комнаты, чтобы опустить спящую деву на красное бархатное ложе со специальным подголовником для удобства чтения.
Меж тем магическое зеркало продолжило отображать случившееся на каравелле под звучным названием «Королева урков».
– Эт чё сейчас было? – спросил Рынз у Вранга, слезая с вант с абордажным крюком, висевшем на костлявом плече. – Что мы рогатым скажем? Про Касьянку-то нашу.
– А ни чё, покурсируем тут еще немного, да, может, выкрадем её под конец испытаний.
– А не боишься гнева её ухажёра, случаем? – вклинился в разговор Гагр, кидая Бзошу свернутую бухту отдельно от металлического наконечника. – Этот и Конец Света устроить может в гневе. Силищи у него, как во втором Сердце Мира.
«И все-то они знают», – мысленно проворчал Кхор, обернувшись к внимательно слушающему Шияр-Шияну. Сложив руки на груди, племянник внимал планам новых претендентов на руку и сердце его девы, по мнению самого принца.
Новые слова урка заставили его призадуматься пуще прежнего.
– Да чего бояться-то? Сдадим Янку дриадам. А там он и явится спасать свою деву от брачного ложа… Тьфу, капища. И перед рогатыми обещание сдержим, и принц в шоколаде с Янкой, герой, спас невесту, а мы-то и подавно выиграем, заберем обещанный артефакт и смотаемся на Мейфию.
«То что надо! – подумал Хранитель Знаний, подмечая подходящий сюжетный поворот с похищением и спасением главной героини принцем. Придумывая дальше: – Эх! Упросить бы Шишика надеть доспехи и взобраться на пегаса… Правда, зачем? Для достоверности? Ха! Будь мой роман документальным – читатель бы помер со скуки на первом же листе».
Принц Тысячи островов лишь задумчиво скрестил руки на груди, переваривая информацию. В результате даже повеселел несколько секунд спустя:
– Покажи-ка мне лучше, чем сейчас заняты Тияр и остальные претендентки, – прогремел Шияр-Шиян своему дяде с легкой ухмылкой на лице.
Но вместо нового магического зеркала Кхор лишь применил портальную магию к своему племяннику, предупредив перед тем словами:
– Нет уж, тебе лучше увидеть это своими глазами. А я, пожалуй, пойду взымать долг с девы Касьяны за утраченный архирский словарик.
Заговорщицки потерев ладони с театральной гримасой заправского злодея, Кхор опомнился и вздохнул, огорчившись из-за отсутствия публики. Поднялся из-за стола, намереваясь срисовать образ спящей Касьяны для будущих иллюстраций к своему шедевру.
Глава 9. Джинисса
Угедаг. Поместье Кохтов. Детектив Рияна Дорин
«Тайное всегда станет явным», – так я считала, ведя то или иное расследование, работая в конторе Моран-Дорин-Корт в течение уже нескольких лет. А когда совсем уж путалась в догадках, повторяла себе это из раза в раз, пока голова не прояснялась. Но сегодня даже это мне не помогло. Не в этот раз.