Отблески Тьмы
Шрифт:
– А вообще, хорошо!
– Болек после первой кружки блаженно выдохнул и сразу подобрел. На его зелёной и пыльной физиономии немедленно растеклось блаженство.
– Я вот всё равно не догоняю, - его брат с наслаждением забросил в рот ломтик копчёной
– Как нашему сержанту пришла такая умная мысля - всем скопом нагадить в том эльфячьем дворце? Да ещё и прямо посреди тронной залы?
Урук пихнул локтем в бок молча цедящему холодное пиво Троллю и хохотнул.
– А этот таку-ую кучу наложил, да ещё и зелёным! Что такое сожрал, Тролль?
Тот грустно заметил, что намедни его знахарка испытывала на нём новое зелье - настойку из поганок да мухоморов - но видать, маловато волчьих ягод добавила… Гоблины прислушивались с заметным интересом, а в глазах орка легко было разглядеть даже и зависть - ведь до такой отравы даже ушлый Шрокен не додумался!
– Да всё одно - не поймут елфы, что мы просто им своё презрение выказали, - добавил он.
– Скажут варвары, дикари!
Все некоторое время раздумывали над словами Тролля, а потом с грустным вздохом нацедили себе ещё по кружечке.
– А вот скажи, сержант… - Болек утёр рукой дико смотрящиеся на его физиономии белопенные усы.
– Я тогда всё к дрыхнущим елфам присматривался - да вот, ни одного толстого не приметил. Сталбыть, не бывает таких,
Орк не сразу ответил на этот вопрос. Посмотрел на древесную обитель, под которой внизу вновь притворилось зеркалом озеро. Затем усмехнулся легонько.
– А вот, месяцев через шесть посмотришь на свою госпожу, да и сам скажешь - что уж елфки пузатые точно бывают.
На разобиженной физиономии Лёлека аршинными буквами было написано, что его Светлая Госпожа ни за что не отстанет от какой-то там перворождённой. Однако, он скорее дал бы себя на растерзание тому хоббиту со здоровущей вилкой, которого корчмарь нанял в повара, нежели сознался бы в иных ненароком подслушанных тайнах.
Жизнь продолжалась - даже здесь. Завтра придёт делегация ещё от одной деревни - уж больно там разбойничают дикие упыри и горгульи с хребта. Лоину сир рыцарь пообещал добыть самую красивую гномеллу, да ещё и дочь старейшины клана. И гном теперь работал так, что только летели стружки из-под рубанка да искры с наковальни.
И когда утомлённое солнце наконец спряталось за почерневшим к вечеру дальним бором, с той стороны озера сир Арриол, рыцарь д'Эсте, закончил наконец свою страшную и ужасную сказку:
– …и простонал умирающий от ран урук-хай.
– Заклинаю вас, дети мои! Не заходите с наступлением света под коварные своды Вечного Леса, когда прадавние силы добра властвуют в нём безраздельно! У-у-у!…