Отблески света
Шрифт:
– Еще один шаг – и я убью тебя, – говорю твердо.
– Эх, Алиса, опять этот Первозданный Свет, – насмешливо фыркает Альрайен, даже не делая попытки остановиться.
– Что? – От удивления чуть не роняю шар, но каждый шаг аллира нервирует и увеличивает напряжение. Не выдерживаю, вновь вскидываю руку, готовая в любой момент запустить светом в Альрайена. – Не смей, не приближайся!
– Ударишь собственного мужа? – приподнимает бровь Альрайен в изумлении и вдруг смеется: – Да, ты можешь. Ну же, попробуй. Может, тебе станет легче.
–
Конечно, я не собираюсь его убивать и даже калечить до того момента, как близнецы окажутся в безопасности, не имею права. Делая шар света не столь опасным для жизни, швыряю в Альрайена. Он не отбивается – все равно бессмысленно. Ловко уворачиваясь, аллир призывает ветер – и тот встает между нами почти непробиваемой стеной.
– Вот выпустишь пар – сразу почувствуешь себя лучше, – продолжает насмехаться Альрайен.
– Убью! – рычу я и бросаюсь к аллиру, на ходу выхватывая меч.
Пока преодолеваю разделяющее нас расстояние, обращаюсь к ветру в надежде на эффект неожиданности. Поток воздуха скручивается в тугой хлыст и делает Альрайену подсечку, стегая сзади по ногам с такой силой, что тот опрокидывается на спину. Успевая разглядеть потрясенное лицо аллира, я с довольной усмешкой отмечаю, что сюрприз удался.
Альрайен явно не предполагал, что я научусь пользоваться ветром за такой короткий срок. А чего, спрашивается, ожидал? Что я впаду в депрессию и буду рыдать, забившись в угол? Нет, они у меня все поплатятся за свою роль в этой истории!
Падение сбивает концентрацию Альрайена. Стена из ветра рассеивается, пропуская меня. Однако аллир успевает подняться до того, как мой меч его настигает.
– Мою магию используешь против меня?! – с наигранным возмущением удивляется Альрайен, отбивая удар своим клинком. – Как не стыдно, Алиса!
Я наступаю на него, нанося удар за ударом, используя не только меч, но и ветер. Однако застать аллира врасплох больше не получается – он успешно защищается. Кажется, будто драка лишь забавляет его. Просто разминка, легкая, приятная. А вот мне тяжело. От резких движений спина горит огнем, в пояснице пульсирует такая боль, что хочется кричать. Все свои чувства я вымещаю на аллире, не прекращая наступления.
– А ты молодец! – восхищается Альрайен с веселой улыбкой. – Отличная тренировка в комбинированном применении ветра и меча, тебе только на пользу!
Сил на ответ уже нет. С каждым ударом, с каждым разворотом или рывком они покидают меня. Тело слабеет и молит об отдыхе. Но я продолжаю нападать, пытаясь хоть вскользь задеть Альрайена, нанести пусть легкую рану, чтобы только добраться до него, причинить боль, даже не сравнимую с той, что я испытываю сама.
Моя боль настолько невыносима, что на глаза наворачиваются слезы. Я чувствую, как дрожат руки, как ветер выпивает остатки моих сил, но не могу остановиться.
Боже, как больно!
Кусаю губу и надеюсь, что в пылу сражения
Острая боль вспыхивает в пояснице, вгрызаясь глубже, разрывая тело на части. Брызжут слезы, всего лишь на мгновение запаздывает реакция. Я даже понять не успеваю, как Альрайен выбивает меч и перехватывает меня, смыкая руки на талии. От новой вспышки боли ноги подкашиваются. Я невольно откидываюсь назад, от чего почти ложусь на его руку, ту самую, которая придерживает меня за поясницу.
– Алиса? – удивляется Альрайен при виде моих слез. В таком положении их невозможно не заметить. – Нам просто нужно спокойно поговорить и во всем разобраться.
Глупый! Он думает, что дело только в проклятой свадьбе.
Не желая смотреть в его посерьезневшие, такие пронзительно-синие глаза, устало прикрываю веки.
Странно, сознание куда-то ускользает. С каких пор я стала такой неженкой? Постоянно подаю в обморок, то в замке, полном сектантов, то в горящем доме. Теперь опять.
– Алиса? – Доносится встревоженный голос откуда-то издалека.
Чувствуя, как руки перехватывают по-другому, больше не касаясь поясницы, я приоткрываю глаза и вижу кровь на ладони аллира.
– Откуда?.. – теряется он. А я наконец проваливаюсь в уже привычную темноту, надеясь, что хотя бы на этот раз никто не нарушит покой.
Время тянется, превращаясь в густую, вязкую массу. Дни и ночи смешиваются в сознании, врываясь в него непонятными, резкими вспышками. Темнота вновь обманывает меня, или ей просто мешают завладеть мною полностью. Да, точно – мешают.
Как же я устала от них! Кто просил меня мучить? Зачем? Временами темнота милосердно укутывает, затопляя собой все чувства и эмоции, но потом кто-то выдергивает меня из нее. Возвращается боль, терзая поясницу, выдавливая слезы из глаз и срывая стоны с непослушных губ.
Здесь жарко и отчего-то влажно. Наверное, это плавится моя собственная кожа. А потом все мучения сменяет приятная, прохладная темнота, заботливо принимающая в свои объятия. Но это длится недолго: меня вновь безжалостно выдергивают назад, заставляя переживать эту боль снова и снова. И так продолжается вечность.
– Как можно столь беспечно относиться к собственному здоровью, – звучит взволнованный, полный затаенной боли голос в один из тех моментов, когда темнота отступает, возвращая возможность отчасти воспринимать окружающее пространство. Чья-то рука нежно гладит щеку, одаривая нежной и такой желанной сейчас прохладой. Подушечки пальцев почти невесомо скользят по лбу, убирая слипшиеся от пота пряди волос. И здесь прохлада – приятно. Потом пальцы гладят губы, в отличие от остального тела пересохшие. – И я виноват, не заметил, как тебе плохо, позволил устроить эту глупую драку…