Отблески света
Шрифт:
В мелкую деревушку нас приводит необходимость. Прожившие все свои пятнадцать лет в городе, ни разу никуда не выезжая и далеко за его стены не высовываясь, ребята с трудом преодолевают дорогу, задерживая наше продвижение настолько, что я начинала всерьез беспокоиться, как бы не застрять в этом мире навечно. Наличие одного фоара помогает только тем, что тяжелые сумки с вещами не приходится таскать на своих плечах. Пожалуй, в управлении ветром я освоилась не так хорошо, чтобы постоянно сохранять концентрацию для облегчения ноши. Устав и от пешего хода, и от периодического нытья близнецов, я вынуждена
Заходить в деревеньку не то чтобы страшно, однако напряжение не покидает меня ни на секунду. После длительных раздумий решаю взять близнецов с собой. Есть, конечно, вариант оставить их в лесу дожидаться вестей от меня, но на больших расстояниях ветер ничем помочь не может. Значит, проще их защищать, если они будут под боком. Даже если в деревне вовсю орудуют сектанты.
В голове мелькает подлая мысль, что вдвоем с Альрайеном можно было бы избежать многих проблем, но я быстро прогоняю эту предательницу, в очередной раз убеждая себя, что сумею справиться без чьей-либо помощи.
На первый взгляд, в деревеньке все спокойно. Поначалу жители поглядывают на нас с опаской, но, поняв, что под слоем пыли и грязи скрываются два подростка и девушка, не намного их старше, быстро успокаиваются. Упитанная женщина лет сорока встречает нас приветливой улыбкой и предлагает остановиться у нее. Вымотанные дорогой и истосковавшиеся по ванне, мы сразу соглашаемся.
А ведь прошло всего два дня! Что же будет дальше, если не найдем подходящих фоаров?
Заняв две соседние комнаты на втором этаже, мы по очереди купаемся в местном жалком подобии ванны. Внимательно прислушиваясь к ветру, который должен стеречь близнецов, я отправляюсь отмываться последней. Здесь нет слуг, поэтому приходится все делать самой.
Сходить с ведрами к колодцу, набрать воды, наполнить ею широкую бадью. Сначала я пытаюсь нести ведра руками, но потом не выдерживаю обострившейся боли в пояснице. Приходится воспользоваться ветром. При этом вдруг впервые ощущаю странную нагрузку на разум.
Так не выматывают никакие физические упражнения. Стоит подхватить ведра с помощью ветра, как перед глазами резко плывет, начинает кружиться голова. Неведомая сила как будто протискивается в сознание и рвет его на кусочки.
С одной стороны, я здесь, на улице неподалеку от колодца. С другой, я отчетливо присутствую в доме, где Вивилла и Шей собираются за кухонным столом, дожидаясь ужина. Эта двойственность тянет меня в разные стороны, голова раскачивается, выталкивая опору из-под ног. Все перемешивается, вокруг темнеет.
Прихожу в себя стоя на коленях посреди дороги. Надо мной склоняется мужчина и, кажется, что-то говорит. Заметив, что в моих глазах появляется подобие осмысленности, он подхватывает меня под мышки, ставит на ноги и только после этого повторяет:
– Девушка, вам плохо? Я могу помочь?
Тело дрожит от перенапряжения, по лбу щекотно и противно стекают струйки пота, но я неуверенно киваю. Правда, не уточняю при этом, на какой вопрос отвечаю. Хмыкая, мужчина окидывает меня взглядом. Делает какие-то выводы, поднимает с земли ведра, вода в которых чудом не расплескалась при моем падении.
–
Слегка пошатываясь, я направляюсь к дому.
Что же такое происходит? Переборщила с использованием ветра? Уперлась в тот самый потолок, который искусственно построили Высшие? Странно, в таком случае, мне казалось, просто ничего не должно получаться, как будто и нет подобной магии. Как, например, не могу слиться с ураганом из ветра – эта возможность осталась за пределами мира. Но в чем тогда дело? Переусердствовала? Может, мой разум не привык к таким нагрузкам и не справился с тем, чтобы и следить за ребятами, и поднимать ведра здесь, рядом со мной? В следующий раз нужно быть осторожней.
Благодарю человека за помощь, расстаюсь с ним на пороге дома и дальше несу ведра сама. Жалея поясницу, с осторожностью использую ветер. При этом уже не стараюсь проследить еще и за ребятами. Все ли у них в порядке, я проверяю чуть позже, после того, как наполняю бадью водой.
В тесной будке, заменяющей ванную комнату, помимо бадьи, стоит тумба с некоторыми необходимыми для купания принадлежностями, такими как мыло и чистые полотенца, а также стул, на который можно повесить одежду. Несмотря на убогость обстановки, здесь довольно уютно. Будка не выглядит разваливающейся, деревянные стены темно-коричневого цвета покрыты чем-то наподобие лака, делающего их удивительно гладкими. Если бы не столь ненавистная мне бадья и скромные размеры помещения, можно было бы представить, что находишься в маленькой, непритязательной бане. Даже зеркало обнаруживается на одной из стен, чем я собираюсь воспользоваться.
Раздеваюсь. Вещи оставляю на стуле и встаю спиной к зеркалу. Голову поворачиваю так, чтобы видеть свое отражение.
До сих пор, стараясь особо не тревожить поясницу, я толком не представляла, в каком она состоянии и что с ней творится. Узнать это теперь страшновато. Бросаю взгляд через плечо, опускаю глаза… и с трудом сдерживаюсь, чтобы не закричать.
Какая же я дура – не нашла времени, чтобы обработать рану! Думала: поболит, да само пройдет, и упрямо не обращала внимания на не спешившую прекращаться боль.
От увиденного начинают дрожать ноги. Хватаюсь за край бадьи, чтобы не упасть.
Рана и не думает заживать. Да, она покрылась коростами жуткого фиолетово-бурого цвета, но по краям – множество глубоких порезов, в беспорядке покрывающих поясницу. Отчетливо вижу скопившийся гной. Однако это не самое страшное. Между порезами тянутся какие-то тонкие синие полосы, похожие на выступившие вены или вьющиеся стебли неведомых растений. Неровные полосы распространяются в разные стороны от центра, куда угодило заклинание, и уже выходят за края раны, местами почти достигая талии. Неужели эти странные штуки разрастаются, повреждая все большую площадь моего тела?!
Хочу кричать и биться в истерике от страха, но сдерживаюсь. Забираюсь в бадью, погружаю дрожащее тело вглубь. Чуть не вскрикиваю, когда рана встречается с нагретой при помощи света водой. В очередной раз справляюсь с порывом – только тихо постанываю, кусая губы.
Что же делать? Судя по всему, состояние раны с каждым днем ухудшается. Без целительного вмешательства на выздоровление рассчитывать бесполезно. Нужно поспрашивать в деревне, вдруг найдется лекарь или, еще лучше, маг-целитель? Да, так и сделаю. Сама обработать этот кошмар я вряд ли осмелюсь.