Отблеск Венеры
Шрифт:
Миновав таможенный контроль, где Серебров с азартом изъяснялся, пусть и с приобретенным акцентом, которого он естественно не заметил, но на доморощенном русском, он поймал такси и помчался в гостиницу. В отеле его ждали горячая ванна, постель и телефон. Он должен был непременно позвонить в Нью-Йорк и доложить кому-нибудь из компании, что он на месте и ждет дальнейших указаний. Таковы правила, и Денис с ними не спорил.
В «Редиссон славянская» его ждал пятизвездочный номер, забронированный месяц назад и терпеливо скучающий до приезда нового постояльца. Такси лихо мчалось в сторону центра. Пробки незаметно рассосались,
Серебров смотрел в окна на горящие огни столицы, удивляясь про себя, как изменился город в его десятилетнее отсутствие. Это другой город. Иная Москва. И сам Денис другой.
Путь продлился недолго. За окном замаячили стены гостиницы. Несколько организационных минут, и Серебров у себя в номере. Можно расслабиться. Наконец-то он «дома». Номер – его маленькое пристанище. Москва – тоже дом. Вновь обретенный дом.
Это и есть – возвращение…
Пусть и не навсегда…
Серебров отложил чемоданы и скинул помятый костюм. Первым делом он проверил бар. К счастью, там было, чем поживиться. Открыв бутылку французского шампанского с выстрелом пробки в потолок Денис, облив себе пояс и брюки, налил полный фужер пьянящей пены и залпом выпил.
Из холодильника он достал фрукты, апельсиновый сок и горький шоколад. Лишь сейчас Серебров понял, что очень голоден. Шампанское ударило в виски. Денис отломил ломтик горького шоколада, и настроение его улучшилось. Он стянул тесный галстук и бросил его на кровать. Рубашка оказалась испачкана сладкими брызгами. После расставания с ней Денис включил горячую воду.
Ванна постепенно наполнялась, так же как Денис наполнялся счастьем. Ни о какой миссии думать не хотелось. Серебров полчаса нежился под водой и еще час подремал в постели. Никакой миссии. Никакой заботы. Но в номере зазвонил телефон. Денис грузно приподнялся с постели и взял трубку.
– Слушаю, – сказал он уставшим голосом.
– Желаете ужин в номер? – послышалось из трубки.
– Да, только чуть позже.
– Во сколько?
– Примерно через час, – наобум сказал Серебров. Он наспех перекусил, и есть особо не хотелось. Больше хотелось спать.
– Хорошо, желаем приятного времяпрепровождения, – слабо донеслось в телефоне.
– Спасибо, спасибо, – добродушно сказал Серебров, зевая.
«Телефон…! – осенило Дениса. – Дурное шампанское. Я забыл позвонить. Придется поболтать с Крисом или кто там у них на проводе. Надеюсь, я на полном пансионе, и за все заплачено. А который час? Здесь вечер. Значит, там…? Неважно. Что-то я плохо соображаю…»
Различия в часовых поясах всегда напрягали Дениса. Он так и не разобрался, что к чему, подобрал упавший на ковер телефон и по памяти набрал номер. Послышались длинные трансконтинентальные гудки.
– Алло! – кто-то оказался на связи. Денису повезло. Компания функционировала круглосуточно.
– Это Серебров, – сказал он по-русски. – Соедините меня с Крисом Бейксли.
– What?
– Sorry, – опомнился он и повторил на безупречном английском, – я Ден Серебров, соедините меня с мистером Бейксли.
– Минутку, – понял проводник.
Ожидание длилось меньше.
– Я слушаю, – сказал миловидный заокеанский голос.
– Добрый вечер или доброе утро, Крис! – поприветствовал Серебров. – На связи Москва.
Крис явно ждал звонка.
– Приятель! И года
– Нормально. Лежу на кровати и плюю в потолок, отдыхаю, так сказать, привожу себя в порядок. А у вас?
– У нас полдень доходит. Ну что, дружище? Завтра утром езжай прямиком в Москва-Сити, где располагаются наши партнеры. Точный адрес прочитаешь в пятой папке в портфеле. Давай, займись ими серьезно! Разузнай про инвестиционный климат, пронюхай про конкурентов, получи гарантии, выведай про налоговые льготы и так далее. Ну, ты лучше меня в этом разбираешься. Если что, мы тебе звякнем. Не пропадай. План действий в седьмом папке.
– Вы хорошо обо мне позаботились, – подытожил Серебров.
– А ты позаботишься о наших инвестициях.
– Конечно! Как там Чарли? Передавай ему привет.
– Передам! Он куда-то запропастился, видимо, снова убежал за гамбургерами. Я никак его не отучу.
– Да! – вдруг вспомнил Серебров. – И передай привет Келли?! Как она там?
– Прилично, – ответил Крис, – функционирует в обычном режиме. Но грустна девица – ничего не попишешь. Я это вижу. С тобой она смотрелась веселее. Ладно! Никуда не денется. Мы с Чарли за ней присмотрим, и если стервочка вздумает соблазнить кого-то, мы первыми сообщим тебе это радостное известие.
– Договорились. Вы уж не обижайте ее. Мне кажется, она неплохая.
– Посмотрим. Благими намерениями… Я смотрю, ты больше о женщинах думаешь, чем о нас, в смысле о целях компании. Не раскисай и не вздумай закрутить роман с самарской красавицей.
– Я не в Самаре, Крис.
– Тем более! Ты в Москве. Там кругом агенты КГБ в юбках.
– ФСБ, Крис. Ты отстал от жизни. Это не Cоветский Cоюз, а ты рассуждаешь в духе бондиады времен холодной войны.
– Буквы поменялись, а суть та же. Будь осторожен. Я не доверяю русским. Но почему я доверяю тебе? Я не могу понять. Никаких интрижек, иначе страдалица Келли первая узнает об этом.
– Ты все тот же негодяй! – фыркнул Серебров. – За тысячу километров я не боюсь тебе это сказать.
– Еще вернешься и ответишь за это! – скабрезно хихикнул Крис.
Положив телефон, он протяжно вздохнул. Единственная ночь отдыха, а с утра бежать в контору. До него дошло, что он давно не брал отпуск, а как он сейчас необходим. Двухнедельное турне на Гавайи или проще – к предкам на пляж в Калифорнию. Так он пообещал себе, что как только он приземлится в Нью-Йорке с подписанными контрактами, то тут же возьмет пару недель на восстановление физических и душевных сил.
А как же Келли? Разумеется, он возьмет ее с собой. Ей, как никому другому, не повредит немного отдохнуть. На Гавайях одному скучно. Туда не летят в одиночестве. Если она не согласится? Не беда. Серебров будет первым в мире одиноким гавайским туристом. Не так важно, что одиноким, главное – первым…
5
Ленивый лифт поднимался со скрипом вверх.
Света Туманова прислонилась к стенке и думала о сдобной булочке с вишневым вареньем. Полчаса назад она купила вкусную парочку в супермаркете и не могла дождаться чудесного момента, когда булочки растают на ее языке. Света была заядлой сластеной, но не корила себя за невинную слабость. Кто из прекрасного пола не падок на сладкое?