От я до я
Шрифт:
— Не такие, — соглашаюсь с дуралеем. И тут же чувствую себя полной дурехой. Влюбленной в своего друга дурехой.
Глава 59 Юлия
— Стоило мне свалиться с простудой, а тут такие события развернулись. Я невезучая по жизни, Юль. Все пропустила. Почему так?
Солдатенкова куксится, по мне, так переигрывает. Глаза горят любопытством, хотя она уже все знает. Написала мне в тот же день, когда кто-то скинул в один из закрытых студенческих пабликов нашу
— Зато ты здоровая, сейчас такой вирус ходит, что тебя все равно погнали бы из универа домой лечиться. Ты и так все знаешь.
— Ну как сказать. Знаешь, неприятно узнавать из чужих постов, что твоя подруга с парнем встречается. И что он тебя на глазах у Андреевой целовал. Я думала, ты мне скажешь. Хотя не удивлена: все к этому и шло. Я, кстати, ставку сделала, не удержалась. Вы сейчас самая популярная парочка, на первом курсе так точно.
Обалдеть!
— И на что ты поставила? Сколько мы с ним протянем вместе?
— Я романтик, Вьюгина, прикинь. Поставила штуку, что вы точно не расстанетесь до лета. Я в меньшинстве, кстати. Дальше — тут уже сложнее. Янош же не скрывал никогда, что только на один год здесь.
Ушам не верю! Романтик, решивший на мне срубить деньги! Впрочем, Солдатенкова из той редкой породы людей, которые не пытаются казаться лучше, чем они есть. В этом она похожа на Таньку. Та не стала отнекиваться, что она и запустила новый тотализатор: продержусь ли я рядом с Яношем дольше Лученко. «Все равно бы кто-нибудь да сделал такое или типа такого. Идея же на поверхности лежит».
— Не скрывал, но больше не собирается назад. Даже с братом старшим поссорился из-за этого.
Это не секрет, я ничего не сболтнула — об их ссоре знает весь первый курс. Слишком громко орали друг на друга в коридоре.
— Ради тебя остается? Ведь его здесь больше ничего не держит. Все так серьезно, да, Юль?
Понятия не имею. Вообще не хочу об этом думать. О будущем — тем более. О будущем с Яношем — вдвойне тем более. Я слишком много всего распланировала с Ромой, а все закончилось в момент, словно и не было ничего. До сих пор чувствую себя наивной дурой с ним. Поэтому с Яношем…
— Я не знаю, Арин, правда. Мне с ним… я летаю с ним, не представляла, что такое возможно с человеком, которого уже неплохо знаешь. Ну нет такой новизны-новизны, когда ты влюблен и только-только открываешь для себя человека.
— Вы прикольно смотритесь вместе, — замечает Солдатенкова. — Не только как друзья. Мне нравится, как он к тебе относится. Не так, как к другим.
— Тебе надо было на психфак, а не на переводческий. — Хлопаю по плечу Аринку и пытаюсь скрыть довольную улыбку. — Мне надо переодеться. А то опоздаем.
— Платье бомбезное, — в который раз выдает Солдатенкова. — Просто капец какое классное. Разумовский утащит тебя в какое-нибудь темное место и устроит непотребство, я тебе гарантирую.
Стараюсь не слышать Аринкины глупости, любуюсь на свое платье. Давно его купила — ярко-серебристое мини с откровенным вырезом на груди. Когда мы еще просто дружили, а Янош
— Спасибо за клатч, Ариш. Мне кажется, не придерешься.
— Особый вечер, да? Никогда не тусовалась с Разумовским, много людей будет?
— Понятия не имею, — честно признаюсь. — Боюсь, что много. Хотя ты же знаешь, что сегодня Полина собирает друзей в каком-то клубе.
— Dirty Dream, — кивает Арина. — Зато можешь быть спокойна: к вам не заявится, но много кого на себя перетянет, это факт.
Я сразу сказала Разумовскому, что сама доберусь до бара. Волнуюсь немного, поэтому и позвала Солдатенкову, она любого своими рассуждениями в чувство приведет. Жаль только, вопросы лишние иногда задает.
— А вы с ним уже того, а?
— Чего того? Помоги лучше молнию застегнуть.
Я молчу, а у Солдатенковой хватает ума не лезть больше с вопросами.
— Идеально! Юль, вот твое платье. Янош ошалеет, вот увидишь!
Он дважды звонил, пока мы ехали. Как назло, авария на дороге, таксист, матерясь, сделал довольно большой крюк, так что приезжаем в бар минут на сорок позднее, чем планировали.
Музыка ритмом отдается в груди. Похоже, здесь настоящая вечеринка, с диджеем, сетами, выпивкой и полуголыми девчонками.
— Ого! — пытается перекричать шум Солдатенкова. — Да тут не протолкнешься!
Растерянно смотрю по сторонам, пару раз даже пришлось уворачиваться от танцующих девчонок. Не узнаю бар — похоже, Янош полностью его снял для своей вечеринки. Свет слепит глаза, не сразу привыкаю к этому, но постепенно начинаю различать лица — много знакомых, очень. Рядом со мной компашка со второго курса, лично не знаю, но видела в универе не раз. Слева отрываются Солнцева с Юсоповой, ого, да тут даже Корнеев с пацанами. Вся наша группа перед глазами. Вот что значит Лученко не устраивала персональный кастинг перед вечеринкой. Похоже, сюда набился весь наш курс.
Арина что-то кричит, но я вижу лишь ее открывающийся рот и ни одного слова не могу разобрать. Пытается что-то мне объяснить, потом тычет пальцем в сторону стойки бара. Качаю головой — я пас, мне надо в этом безумии найти Яноша. Звонить бесполезно, конечно, поэтому просто пишу ему, что я здесь. Ответ приходит почти мгновенно: «Я тебя сейчас найду. Стой на месте». Ну это если меня не снесут — бар не предназначен для такого количества разгоряченных людей, но кого это волнует?!
Отхожу ближе к стене, чтобы никому не мешать, и вижу Яноша, он идет с другого конца зала, время от времени останавливаясь, чтобы получить поцелуй в щеку от девчонок и толчок в плечо от парней. Озирается по сторонам, явно меня высматривает. Какая-то девчонка чуть ли не запрыгивает на него, и меня словно холодом обдало. Смотрю на них и забываю, как дышать, сердце бьется в горле, а по телу начинает разливаться что-то мерзкое и липкое. А потом один маленький вдох, если заметный, но ощутимый, второй, третий… Янош снимает с себя девчонку, не давая ей впиться в губы, ставит ее обратно на танцпол, быстро делает шаг вперед, снова смотрит по сторонам… Поднимаю, наконец, руку вверх.