От сердца к сердцу
Шрифт:
Посыпались всякие мелочи, кошелек, косметичка, жевательная резинка, ключи, вскрытый пакетик салфеток и, наконец, две черные дискеты – средоточие грязных секретов.
Смерив Мэгги зловещим взглядом, он взял одну дискету и осмотрел ее, будто просвечивая рентгеном.
– Ну и что здесь?
Когда Мэгги находилась с Гарри, ощущение опасности действовало на нее возбуждающе, но сейчас ничего подобного не происходило. Единственное, что она испытывала, это злость.
Нет, без борьбы сдаваться нельзя!
Конечно, Хаммеру
– Э-э… здесь просто некоторые бухгалтерские файлы, – пожала Мэгги плечами. – Все они относятся к отчету по текущему месяцу. Я собиралась поработать с ними дома.
– Принеси ноутбук, – велел Лукас Биллу Фоксу, который, положив пистолет на стол, массировал себе правое запястье.
Билл молча удалился.
Теперь, когда на нее не было нацелено оружие, Мэгги почувствовала себя немного свободнее. Да и преступников осталось только двое. Если бы не проклятые наручники…
– Послушайте, мне нужно в туалет!
Мэгги обращалась к Сэмми, который казался мягче остальных. Однако грузчик лишь покраснел. Вместо него ответил Хаммер, который жестко отрезал:
– Нет!
Ожидая возвращения Билла, Лукас принялся рыться в косметичке. Наблюдая за ним, Мэгги удивлялась, как она могла считать этого человека джентльменом.
Прикованная к трубе рука понемногу начала терять чувствительность. Мэгги принялась сжимать и разжимать пальцы, чтобы возобновить кровообращение.
– У вас с Эдмонтоном были личные отношения? – спросил Хаммер, снимая колпачок с патрона губной помады.
– Нет. Я же сказала: мы никогда не встречались. – Неужели эти негодяи в самом деле убили бухгалтера? Поежившись, Мэгги продолжила: – Я устроилась в «Океаник», потому что мне хотелось перемен. Собственно, что тут такого? Чем провинился Эдмонтон?
Лукас несколько мгновений пристально рассматривал ее, потом пожал плечами.
– Уверен, тебе и так все известно. Эдмонтон постоянно разнюхивал, какой товар мы закупаем в Колумбии, а сам тем временем все больше и больше привыкал к кокаину.
– Так он был наркоманом?
– Кокаин стоит дорого, поэтому Эдмонтон предпринял некоторые операции на стороне. Позже он, должно быть, догадался, что мы следим за ним, потому что украл большую сумму денег и удрал из Штатов.
Для Мэгги ситуация начала понемногу проясняться. Вероятно, у Эдмонтона были сообщники.
– А чем не угодил вам покойный Винс Пазалини, распространитель наркотиков? Тоже перешел дорогу «Океанику»?
– Умненькая девочка. Правда, Сэмми? Да, Винс работал с Эдмонтоном. Зато сейчас оба эти парня исключены из бизнеса. Осталось выяснить, какова здесь твоя роль.
– Я не сотрудничала с Эдмонтоном и Пазалини. И вообще никогда их не видела. Мне совершенно ничего не известно. – Мэгги мысленно выругала себя за упоминание имени убитого
Вернулся Билл с ноутбуком, который Хаммер тут же включил. Когда компьютер загрузился, Лукас сразу вставил дискету. Спустя несколько секунд на экране появился злосчастный файл.
– Вот уж не знал, что парень приберегает для себя информацию, – пробормотал Хаммер. Затем он поднял голову и взглянул на Мэгги. – А может, ты не наркотики здесь искала? Собралась шантажировать меня, да, детка?
– Ничего подобного. Я наткнулась на этот файл, и мне стало интересно, что это такое, только и всего.
– Допустим. Зачем же тебе понадобилось тащить файл домой?
– Просто хотелось просмотреть его на досуге. Речь идет о пенсии, а у меня создалось впечатление, что мой предшественник что-то напутал. Но мне не хотелось обвинять его, не разобравшись как следует в этом деле.
– Вот как? Значит, ты не пыталась выгадать прибавку к собственной будущей пенсии взамен на обещание хранить в тайне информацию о наших операциях?
– О каких еще операциях? Мне лишь известно, что ваш пенсионный план никуда не годится. Могу поделиться идеями, как его исправить.
– Ну и ну! – воскликнул Сэмми. – Так, может, она в самом деле ничего не знает?
Лукас саркастически хохотнул.
– Ты что, забыл про упаковочную бумагу, которая была найдена вон там, под настилом? – кивнул он в ту сторону, где Мэгги и Гарри проверяли содержимое контейнера.
– Неужели вы так разозлились из-за того, что я не выбросила этот несчастный обрывок в мусорный бак? – изумленно произнесла Мэгги, чувствуя, как кровь холодеет в жилах.
– Не прикидывайся дурочкой, дорогуша, тебе это не идет. Наш мусор дороже золота. В Колумбии упаковочная бумага пропитывается чистейшим кокаином, цена которого здесь измеряется миллионами долларов. Впрочем, ты сама все прекрасно знаешь. Тебе осталось лишь сказать, кто с тобой работает, и мы забудем об этом неприятном инциденте.
Забудем? Возможно, но только после того, как она, Мэгги, превратится в корм для рыб.
Нужно во что бы то ни стало добиться, чтобы эти выродки открыли наручники, пусть даже для того, чтобы перевезти ее в дом Лукаса. Тогда появится шанс убежать. План, конечно, плохонький, но другого все равно нет.
Мэгги изобразила на лице страх, что вообще-то было нетрудно сделать в данных обстоятельствах. С опаской оглядевшись по сторонам, она прошептала:
– Если я все расскажу вам, меня убьют.
– Не бойся, детка. Говори все без утайки, и мы найдем возможность принять тебя в наш бизнес.
Мэгги вздохнула с показным облегчением.
– Я вас не выдам, Лукас! А сейчас не могли бы вы снять с меня наручники?
– Сначала расскажи все, что знаешь.
– О, гляди-ка, печенье! «Орео», мое любимое. – Биллу, похоже, наскучил разговор, и он принялся выдвигать ящики стола.