От сердца к сердцу
Шрифт:
Сев за компьютер Элис, Мэгги нашла и распечатала интересующий ее файл. Здесь он не был защищен паролем и оказался значительно меньше по размеру.
Вернувшись к себе, она прочла информацию. Винсу Пазалини сейчас шестьдесят семь лет, его пенсия переводится на банковский счет здесь, в Сиэтле. Проверив списки пенсионеров, Мэгги очень удивилась, узнав, что многим из них деньги ежемесячно переводятся в тот же банк.
Она задумчиво потерла лоб. Скорее всего, сам Эдмонтон и установил пароль на этот файл. И наверняка сделал это неспроста. Если Мэгги взломает
Наполнив большую чашку кофе, она вернулась за стол, радуясь про себя, что предстоящее решение головоломки отвлечет ее от личных неурядиц.
Мэгги взяла блокнот и стала записывать все варианты пароля, которые пыталась применить. Она использовала дату рождения, имя, адрес, телефонный номер…
Ничего. Тогда Мэгги задумалась, как поступила бы сама, окажись она на месте Эдмонтона. Она принялась наугад набирать комбинации цифр и букв. Вскоре у нее зарябило в глазах, но положительного результата она так и не добилась. Тогда Мэгги принялась осматривать стол в поисках подсказки. Она даже опустилась на четвереньки и заглянула под стол, надеясь увидеть где-нибудь записанный на всякий случай пароль.
– Мэгги?
Удивленный голос Лукаса Хаммера заставил ее вынырнуть из-под стола. При этом, пятясь, Мэгги стукнулась головой о столешницу.
– Ой! – Она на миг зажмурилась от боли.
И от смущения. Потому что вид у нее сейчас был еще тот: волосы взъерошены, кожаная юбка неприлично задралась.
В такой ситуации джентльмен отвернулся бы. Но не таков был Лукас! Он словно приклеился взглядом к обтянутой красной кожей попке Мэгги. Его губы непроизвольно приоткрылись.
К счастью, Мэгги успела вынуть из уха сережку с красным камнем. Потерев макушку, она улыбнулась Хаммеру и протянула ладонь с лежащей на ней сережкой.
– Вот, обронила.
Лукас кивнул. Его взгляд был затуманен, дыхание слегка ускорено. Мэгги вдруг почувствовала себя стриптизершей, стоящей на сцене и пожираемой жадными взглядами зрителей.
– Похоже, папочкино свидание оказалось более удачным, чем наше, – произнес Хаммер, кивнув на букет роз.
– Да, Грег и Элис, похоже, поладили.
– Мы бы тоже могли неплохо… гм… поладить прошлой ночью.
Лукас закрыл дверь кабинета и вновь повернулся к Мэгги, которая, видя это, машинально придвинулась поближе к телефону. Если босс предпримет что-то, она позвонит в службу охраны или, на худой конец, шарахнет его аппаратом по голове. Странно, как мужчина столь импозантной внешности может обладать такими извращенными сексуальными вкусами.
– М-да… – неопределенно протянула Мэгги. – Ничего, может, как-нибудь в другой раз. – После дождичка в четверг.
Лукас приблизился на шаг.
– А если сегодня вечером?
– Жаль, но у меня на сегодня другие планы.
Которые не включают в себя кнуты, цепи, кожаные трусы и бюстгальтеры, а также весьма двусмысленные развлечения в специально оборудованных комнатах некоторых ночных клубов.
Представив себе все это, Мэгги
– Хорошо, а завтра?
Мэгги спросила со вздохом:
– Могу я дать ответ завтра?
Губы Лукаса обиженно дрогнули.
– Разумеется.
Мэгги подошла к двери и распахнула ее.
– Спасибо, что заглянули, мистер Хаммер… Мне еще нужно поработать, конец месяца, знаете ли…
Лукас недовольно засопел.
– Тогда до завтра.
Оставшись в одиночестве, Мэгги вернулась к прерванному занятию. Увидев на столе пачку жевательной резинки, лежавшую здесь, по-видимому, с незапамятных времен, она внесла ее название в строку пароля.
Нет, не то.
Она набирала названия жевательных резинок, которые только могла вспомнить, но все безрезультатно.
А ведь ответ где-то здесь, рядом. Усиленно моргая, Мэгги смотрела прямо перед собой, не сознавая, что ее взгляд устремлен на один из висящих на стене плакатов. На нем была надпись: «Гран-при 1997». Странно, никто из сотрудников никогда не упоминал о пристрастии бывшего бухгалтера к конноспортивным соревнованиям.
И тут Мэгги ахнула. Конечно же! Вот где спрятан ответ! Большие и маленькие буквы, а также цифры. Все настолько очевидно, что даже не верится.
Неужели разгадка кода все это время буквально висела перед ее носом?
Затаив дыхание, Мэгги набрала «Гран-при 1997».
«Пароль указан неверно» – всплыла надпись на экране компьютера.
«1997 Гран-при».
«Пароль указан неверно».
«Гран 1997 при».
«Пароль указан неверно».
Ну что же, вариант стоил того, чтобы попробовать.
Напоследок, просто для очистки совести, Мэгги набрала фразу наоборот – «7991 ирп-нарГ» – и нажала на кнопку «Ввод».
Подобно ключу, поворачивающемуся в хорошо смазанном замке, пароль открыл файл.
Радостный возглас Мэгги, наверное, был слышен в магазине деликатесов, находившемся через два дома от «Океаника». Опомнившись и сообразив, что привлекает ненужных свидетелей, Мэгги открыла поверх секретного файла другой – ежемесячный бухгалтерский отчет.
Лишь убедившись, что вокруг все спокойно, она вновь сделала активным таинственный файл.
Ее желудок словно завязался узлом от возбуждения, пальцы дрожали над клавиатурой, взгляд жадно впился в колонки цифр. Это были бухгалтерские счета, но отнюдь не личного свойства. Сведения относились к деятельности компании.
Мэгги не понадобилось и пяти минут, чтобы понять: она проникла в пещеру Аладдина, битком набитую драгоценными свидетельствами преступной деятельности, которые жаждало добыть ФБР. Ничего подобного не было и в помине в тех бухгалтерских книгах, которые были переданы Мэгги для каждодневной работы.
Эдмонтону нельзя было отказать в уме. Мэгги невольно восхищалась некоторыми тонкостями, понятными только бухгалтеру. Она погрузилась в чтение документа, подобно тому, как некоторые с головой зарываются в захватывающий детектив. Схватив блокнот, Мэгги начала делать записи. Достигнув конца файла, она едва не лопнула от восторга.