От сердца к сердцу
Шрифт:
– Мне было все равно, Патрик. Меня не волновало, утону я в море или нет.
На какое-то мгновение кисть Патрика застыла в воздухе – так он был потрясен признанием Джулии, но он заставил себя писать дальше, потому что не хотел, чтобы Джулия смущалась. Патрик опасался, что, увидев, как внимательно он прислушивается к ее словам, она просто замолчит.
Последние три недели Джулия почти каждое утро приходила к нему. Она наблюдала за тем, как он рисует персонажей ее волшебных сказок, и, отвечая на его вопросы, понемногу рассказывала
Оба сироты. Оба выросли, сами придумывая себе развлечения. Патрик выжил благодаря тому, что видел в окружавшем его сером мире яркие видения, а Джулия – придумывая сама себе истории о сказочных существах – добрых змеях и драконах. Эти фантазии и помогли детям устоять в суровой борьбе. Возможно, в этом и была причина того, что, став взрослыми, оба верили, что могут продолжить жить в атмосфере своих волшебных грез.
Но Патрик и Джулия, беженцы из мира безнадежности и нищеты, так и не смогли прижиться в мире богатства, несмотря на то что их мечты вторгались и туда. Больше того, и Патрик, и Джулия были близки к исполнению своих желаний, но оба потерпели неудачу. Дерзкие сироты осмелились притронуться к сверкающему великолепию своих грез… и жестоко поплатились за излишнюю самоуверенность.
Джулия бесстрастно рассказывала Патрику о своей жизни, но печаль в глазах цвета лаванды говорила сама за себя. И вот робкая птичка доверила ему всю правду о себе.
– Так тебе было все равно, Джулия? – спросил Патрик, не переставая писать красками.
– Нет. Мне даже казалось, что в некотором смысле так было бы лучше.
– Для кого?
– Для Мерри.
– Мерри не было бы лучше, Джулия. – Положив кисточку, Патрик повернулся к своей гостье и дождался, пока она поднимет на него глаза. – И для меня это не было бы лучше.
– О! – Щеки Джулии покраснели. – Спасибо тебе, Патрик.
– Ты должна была бороться, чтобы не погибнуть в тот день в море, Джулия. Ведь если бы ты захотела утонуть, это было бы очень просто. Но что-то заставило тебя выстоять, несмотря на силу ветра и мощь волн.
– Что-то… – кивнула Джулия.
– Думаю, ты слишком сильно любишь Мерри, чтобы оставить ее. – А потом, воспользовавшись случаем, он подошел поближе к Джулии, надеясь, что она не отпрянет от него. – А может, ты надеешься, что Джеффри вернется.
Джулия не отвернулась, она лишь улыбалась растерянной улыбкой.
– Этого не будет, – прошептала она едва слышно.
– Нет?
– Нет. – Она смело посмотрела ему в глаза. – Ты любил когда-нибудь?
– Да. Однажды. Но женщина, которую я любил, оказалась совсем не той, за кого я ее принимал.
– Кажется, со мной приключилась та же история.
– Но ты ведь по-прежнему любишь его, не так ли, Джулия? Несмотря на то, что он сделал.
– Да. – Подняв голову, Джулия тихо спросила: – А ты? Ты все еще любишь ее, Патрик?
– Да, – кивнул он. – Все еще люблю.
Кейси припарковала свой двухместный спортивный «мерседес» на стоянке
Кейси уже собиралась постучать, как вдруг до нее донеслись голоса – Патрика и еще чей-то, более нежный. Спрятавшись в пустом деннике, Кейси стала ждать. Все утро ее сердце бешено колотилось, она осмелилась верить, надеяться, а теперь ее обуял страх.
Патрик нашел себе другую женщину.
«Но ты напомнишь ему о нашей чудесной любви, – сказала себе Кейси. – И кем бы она ни была, Патрик предпочтет остаться с тобой».
Кем бы она ни была…
Но ею оказалась Джулия! Старинный враг Кейси. Джулия охмурила Патрика!
Джулия потеряла Джеффри. Или, может, она просто выбросила его, потому что нашла себе другого мужчину, который был нужен ей больше?
Вчера, слушая историю о том, что Джулия с Джеффри расстались, Кейси испытывала сострадание к бывшей однокласснице и была готова посочувствовать ее потере.
Но Джулия, оказывается, ничего не теряла!
И, как всегда, она выиграла.
Из всего, что Кейси хотела в жизни, из всего, что Джулия отняла у нее, любовь Патрика была единственным, что имело какое-то значение.
– Увидимся завтра утром, Джулия, – сказал Патрик. Он говорил эти слова каждый день, но сегодня они приобрели особый смысл, потому что отныне они могли при желании говорить от имени своих сердец, как это и было сегодня.
– Да, Патрик, – тихо отозвалась Джулия. – Завтра.
Кейси слышала нежное прощание и обещание встретиться завтра. Она видела, как порозовели обычно бледные щеки Джулии, видела кокетливое выражение ее лавандовых глаз, смотревших на Патрика.
Джулия с Патриком. Они лежали на лугу любви над полуостровом, глядя на звезды? В конце концов, этот луг принадлежал Джулии, ведь это был уголок Бельведера. Патрик и Кейси любили друг друга на этом лугу, источавшем одурманивающий аромат, хотя оказались там лишь случайными прохожими.
Но теперь Патрик стал полноправным хозяином луга. А что осталось Кейси? Что дала ее любовь?
Ей остались лишь чувства да отчаянное ощущение собственной неполноценности. То, что она впервые почувствовала более десяти лет назад. И все из-за Джулии! Она была уверена и тогда, и сейчас, что должна выиграть любыми путями, иначе ей грозит тяжкая смерть от удушья.
Патрик смотрел вслед Джулии, уходящей от него по широкой, выложенной кирпичами дорожке. И Кейси наблюдала за ней, пока Джулия не исчезла за углом. Тогда Кейси вышла из денника.
– Здравствуйте, Патрик.
– Кейси? – Сердце Патрика отозвалось на ее голос раньше его разума. Он так скучал по ней, но разум, понимавший, какая опасность подстерегает его, заставил погасить огонь в глазах, которые были готовы лучиться радостью, он принял равнодушный, усталый вид. – Здравствуй, Кейси.